Хищный аленький цветочек - Дарья Донцова

– Ну ты даешь! – поморщился Бочкин.

Я вскочила.

– Почему нет?

– Сядь, – попросил Гоша. – Убийца судит своих жертв, он ангел-мститель.

– Хорошо, – кивнула я. – Но предлагаю посмотреть на ситуацию еще и под другим углом. Если наш маньяк художник, то его инсценировки и есть проявление того самого пресловутого творческого самовыражения, перформанс под названием «судебное заседание».

– За уши притянуто, – отрезал напарник. – Но ты не договорила по поводу старой одежды. Что еще Федор собрался крепить к стене?

– Там было много вещей, – произнесла я, – разного размера и качества.

На кухне стало тихо, потом Бочкин закрыл ноутбук.

– Полагаешь, женщин, похищенных бандой, было много?

– На мой взгляд, то, что я увидела в картонном коробе, могло принадлежать восьми-десяти человекам, – прошептала я. – Обратила особое внимание на детскую розовую курточку с вышивкой золотыми и красными нитями. Ксения, соседка Светланы, упомянула, что Анатолий перед встречей с Евгением, своим двоюродным братом из Германии, приобрел Ляле дорогой костюмчик, щедро украшенный вышитыми бабочками. Я тебе уже говорила, что комплект сделан фирмой «Папийон». Курточка в коробке явно от того же бренда и очень напоминает вещь, описанную Ксенией. К тому же подходит к туфельке, которую я видела в подвале. И, между прочим, с изнанки к курточке пришита метка с именем «Ляля». Ася, бросив взгляд на составные части инсталляции, затряслась, схватила коробку и утащила, несмотря на возмущение Леонида. Почему она так поступила? За ответом далеко ходить не надо: преступники не выбрасывали шмотки похищенных женщин, складировали их в чулане, а Федя на них наткнулся и решил выставить на всеобщее обозрение.

Егор взял батон и отрезал от него кусок.

– Верх идиотизма хранить тряпки. Это же улики. И с тех пор как изобрели анализ ДНК, доказать, кому принадлежит одежда, очень легко. Ну а теперь дай внятное объяснение: почему Карманов, знающий о том, чем занимается преступная группировка, которой верховодит его приемная мать, решил использовать одежду жертв? Совсем дурак, что ли? Вдруг в галерею придет кто-то из близких тех матерей с малышами, узнает юбку, кофту, бросится в полицию, заварится каша…

– А если он именно этого и хотел добиться? – предположила я. – Сам побоялся сдать Козину, решил пойти другим путем. Понадеялся, что родственники жертв обратят внимание на его перформанс.

– Глупее ничего в жизни не слышал, – скривился Бочкин. – Хотя, может, ты и права. Карманов художник, что у него в голове, нормальному человеку не понять. Я недавно пошел к дантисту, полистал в приемной журнал, наткнулся на снимок картины какого-то мужика. Фамилия у него странная… Бокс? Факс? Что-то похожее. Короче, чума! Слом мозга! У меня после разглядывания его работы в придачу к зубам еще желудок, спина и голова заболели. Полная шиза.

– Наверное, ты имеешь в виду художника по имени Иероним Босх, – уточнила я.

– Во, точно! – обрадовался Гоша. Затем сменил тему: – И где эта коробка сейчас?

– Понятия не имею, – вздохнула я. – На месте Мухиной я бы все немедленно сожгла.

– Надеюсь, она этого не сделала. Надо попытаться отыскать улики! – оживился полицейский.

– Замечательное предложение, – согласилась я. – Вот завтра и начнешь.

Бочкин стал намазывать масло на ломоть нарезного.

– Завтра в полдень я должен устроить Козиной первую примерку платья. В девять утра надо забрать у нашей портнихи кофр с раскроенным материалом и привезти его в дом Елены Львовны.

– Ваши спецы нашли шелк! – обрадовалась я.

Егор положил хлеб на тарелку.

– Разве я не сказал тебе? Владелица галереи слегка приврала – тряпка совсем не эксклюзивная. И не китайская, а итальянская, продается в Москве, правда, только в одном месте. Поступим так. Я затею примерку, позову местный народ для обсуждения, задержу всех у Козиной, а ты тем временем поищешь вещи для инсталляции.

Я захлопала в ладоши.

– Чудесное задание! Ты знаешь, сколько квадратных метров в доме? Их не успеть обшарить и за неделю.

– Надо же с чего-то начать? – возразил Гоша.

– Лучше придумай, как удалить всех из дома надолго, а самим там остаться, – посоветовала я.

Бочкин придвинул к себе поближе блюдечко с мелко нарезанным сыром.

– Может, нам завтра повезет? Елена Львовна наконец-то будет одна, а ее приятели займутся своими делами?

Я выхватила у него из руки тарелочку.

– Не трогай. Это для мышей!

Глава 30

Егор откинулся на спинку стула.

– Для кого? Ты прикармливаешь грызунов? Вроде трясешься от ужаса при их виде.

Я отнесла сыр на подоконник.

– Никого я не боюсь, просто мне не нравятся непрошеные гости. Но эти оказались милыми – прогнали Лапушку. Тот, едва их увидел, затрясся и удрал без оглядки.

– Твой распрекрасный ухажер падает в обморок при виде мышек? – заржал Бочкин. – Степа, ты достойна лучшего. Правильно поступила, что натравила мышат на мужика. На фига тебе трус?

Я собралась достойно ответить «жениху», но у того затрезвонил телефон. Гоша схватил трубку и со словами: «Нет, конечно, не сплю, вспоминаю чудесно проведенный с тобой день», – выскочил в коридор.

Я села на стул. Егор и Алена перешли на «ты»? Роман модельера и галерейщицы стремительно развивается. Но почему Бочкин сейчас вылетел из кухни?

Большинство мужчин, если им позвонила любимая девушка, живо покинет офис, чтобы поболтать там, где никто не подслушает их разговор, – представители сильного пола стесняются нежничать при посторонних. А подружка начинает хныкать: «Милый, почему у тебя такой тон? Сердишься? Разлюбил? Ответь немедленно! Мне плохо! Ты решил разорвать отношения? Твоя мама добилась чего хотела! Оо-о-о!» В этот самый момент парень, успевший достичь укромного уголка, запыхавшись, говорит: «Зая, успокойся! Я же на работе. Ты лучшая, чмок-чмок, моя кисонька».

Но мы-то с Гошей вовсе не жених с невестой, напарники, у нас общее дело, а Козина преступница. С какой стати Бочкину стесняться меня? Наоборот, ему надо вести переговоры с хозяйкой галереи при мне.

Я быстро вышла из кухни. Вся история с так называемым ангелом-мстителем с самого начала была танцами на граблях. Я говорила, что оказалась в похожей ситуации ранее, когда помогала Якименко и выдавала за своего жениха-стилиста Михаила Невзорова. Причем она очень плохо закончилась[16]16 Ситуация, о которой сейчас вспоминает Степанида, описана в книге Дарьи Донцовой «Укротитель медузы Горгоны», издательство «Эксмо».

[Закрыть]. И с этой, в которую я попала сейчас, похоже, не все ладно. Неужели Елена Львовна понравилась Егору? Она же намного его старше!