Посетитель - Алекс Баркли

— Не пойдет! — твердо заявил Шон. — Не пойдет, папа. Ни за что.

— Еще как пойдет. Я специально решил поговорить с тобой до того, как это сделает мама. Ведь она тоже собиралась наставить тебя на путь истинный. Но я не желаю, чтобы она о чем-то волновалась, поэтому и беседую сейчас с тобой. Ты сам скоро поймешь, почему ее не следует волновать.

Тут в комнату вошла Анна.

— Привет! — Она уселась рядом с Шоном.

Тот нахмурился:

— Что-то не так?

— Все нормально. Просто мы с отцом хотели сообщить тебе кое-что.

Шон молча ждал продолжения.

— У нас будет ребенок, — сказала она, глядя в глаза сына.

— У кого? — Шон переводил взгляд с матери на отца и обратно. — У вас? Как это? О Господи! И вы ведь, кажется, не шутите… Поздравляю! — Он приобнял мать и слабо улыбнулся Джо.

— И вот твой отец подумал, что, понимаешь… ну, мне не следует сильно волноваться. И я надеюсь, что ты мне в этом поможешь.

— Конечно, мам. Я очень рад за вас, ребята. Я что хочу сказать… Это довольно странно, но…

Джо бросил на него строгий взгляд.

— Правда-правда, это странно, — продолжал Шон. — Но наверное, это будет просто здорово — стать для кого-то большим братом.

Зазвонил мобильник Джо.

— Это Том Блазков. Две новости: пришли результаты из лаборатории по поводу второго халата из фирмы «Трахорн» — совпадение с кровью Итана Лоури. И еще… у нас появился очередной труп.

Дин Вэлтри жил и умер в перестроенном под жилье офисе на Дуэйн-стрит. В арктически-белом пространстве его жилища были размещены разнообразные произведения искусства. Сейчас, когда он лежал на длинном диване с низкой спинкой, полностью одетый в темно-синий в полоску костюм, голубую рубашку с белыми воротничком и манжетами, с золотистым галстуком и золотыми запонками, Вэлтри и сам напоминал одну из инсталляций своей коллекции.

— Застрелен в голову, когда сидел на диване, — заключил Джо.

Доктор Хайленд поднял на него взгляд и кивнул.

— Видимо, слишком погрузился в любование самим собой на экране телевизора, чтобы заметить, как вошел убийца, — усмехнулся Дэнни.

— Привет! — К ним присоединился Бобби.

— Теперь первый участок совсем не такое безопасное место, как раньше, — как бы между прочим заметил Джо.

— Кончай дурака валять! — вскинулся Бобби.

— Ну, и что тут случилось? — спросил его Джо.

— Похоже, опять двадцать второй калибр, но лицо этого парня не успели превратить в кровавое месиво.

— С соседями кто-нибудь беседовал?

— Здесь много квартир пустует. Двое, которые были дома, ничего не слышали. К тому же квартиры тут с хорошей звукоизоляцией.

— Давайте все как следует осмотрим.

— Да уж, эта квартира как раз и предназначена для осмотра, — заметил Дэнни. — Если бы кто-то сейчас начал разносить вино и сыр, можно было бы подумать, что мы явились на открытие художественной галереи.

— Итак, — сказал Джо, обходя стороной занятых своих делом криминалистов, — в тот самый день, когда мы обнаруживаем четкую связь между «Трахорн рефайнинг» и лабораторией Вэлтри, того самого Вэлтри обнаруживают мертвым.

— Ты считаешь, он был главным звеном во всей цепи?

— Я считаю, что он знал, кто был таким звеном. И думаю, ему нанесли визит нынче ночью.

— Это должен быть кто-то из тех ребят, что работают в его лаборатории.

— Может, нам надо копнуть глубже — проверить поставщиков, всех, кто мог приходить в здание или выходить из него, кто мог иметь доступ к мусорным мешкам или пакетам, как приходящим, так и исходящим.

— Но мы ведь уже опросили всех — от уборщиц и выше.

— Возможно, кого-то пропустили.

Экскурсия по квартире много времени не заняла — огромное чистое пространство, где все аккуратно прибрано и в таком же отличном состоянии, как в лаборатории Вэлтри.

— А этот парень — просто аккуратист, — заметил Джо. — Посмотри: компакт-диски расставлены в алфавитном порядке, книги тоже.

— Ну что ж, тем легче нам будет работать: ничего не нужно искать. Могу спорить, что любая бумага в каждой папке, что стоят вот в том шкафу, находится точно на своем месте.

Джо надел перчатку и отодвинул стеклянную дверцу шкафа. Ярлычки на папках были разных цветов, соответствующие определенной теме, названия напечатаны четко и ясно.

Дэнни пожал плечами:

— У нормального человека никогда не хватит времени на такую чепуху.

Джо подошел к кухонному столу и взял трубку телефонного аппарата. Просмотрел все номера в его памяти и переписал себе в блокнот. То же самое он проделал и с мобильником Вэлтри.

— Последний номер набран в полседьмого вечера.

— Видимо, когда он вернулся с работы, — предположил Дэнни.

Они прошли в спальню, которая отделялась от жилой зоны не доходящей до потолка белой кирпичной стеной. Постель была огромная, с балдахином из белого муслина на четырех подпорках.

— Он один здесь жил? — спросил Дэнни.

— Один.

Здесь все оставалось нетронутым — тихое и спокойное местечко, вроде как не имеющее ничего общего со сценой, разыгравшейся в другом конце квартиры.

— Кое-чего тут не хватает, в этой квартире.

— Души, — подсказал Дэнни.

— Нет, кроме этого.

— Мебели.

Джо покачал головой:

— Оборудования, аппаратов всяких, машин, всего того дерьма, что мы видели в его лаборатории.

— Но он же работал именно в лаборатории, разве нет?

— Когда он водил нас по ней, тебе не показалось, что этот парень чувствует там себя немного не в своей тарелке? Что ему как-то не очень комфортно в этой обстановке? Пока он любовался собой на телеэкране, я проглядел его ежедневник — у него каждый вечер какое-нибудь мероприятие. И в дневное время он не выполняет работу обычного техника. И ночью он, конечно, тоже ею не занимается, хотя бы потому, что в квартире нет никакого оборудования.

— Да, но он же большой босс. Он сам не возился с печами, всякими там скальпелями и прочим дерьмом. Но он научил этому своих сотрудников.

— А ты вспомни ту девушку-азиатку, которая предложила попросить Вэлтри провести нас по лаборатории. Думаю, именно потому, что у нее были какие-то сомнения насчет его профессиональной компетентности.

Они вышли в коридор.

— Итак, Вэлтри присваивал себе славу за работы, созданные талантом его сотрудников, — подвел итог Дэнни. — Но так вообще-то все боссы поступают.

— Ты прав, конечно, но здесь есть одна тонкость. Как мы теперь знаем, он и до создания лаборатории демонстрировал заказчикам отличные работы.