24 часа - Грег Айлс

– Что ты делаешь?

– Надень бюстгальтер!

Она тут же послушалась, и доктор передал ей пейджер.

– Читай последнее сообщение!

– Как?

Бывшая шлюха, а в пейджерах не разбирается!

– На «Просмотр» нажми!

Поплутав среди кнопок, девушка наконец нашла то, что нужно. Голубые глаза сузились, а Уилл будто своими глазами видел бегущие по дисплею слова.

– Это сообщение только что прислала моя жена. Понимаешь, что она хотела сказать?

Шерил покачала головой.

– Джо собирается убить нашу девочку. При любом раскладе. Вне зависимости от того, получит выкуп или нет.

– Неправда!

– Раз Карен пишет, значит, так оно и есть.

– Джои не позволил бы отправить такое сообщение. Это какая-то ошибка.

– Никаких ошибок! Просто Карен умнее Джо, вот и нашла способ его перехитрить. Видишь, как все просто! А сейчас ты скажешь мне, где Эбби.

– Нет, – растерянно заморгала Шерил, – я не знаю, где ее держат.

– А я для твоего же блага надеюсь, что знаешь.

Неожиданно к блондинке вернулась былая уверенность:

– Что, помучить не терпится? Давай, док, мы ведь уже это проходили!

– Не бойся, милая, если помучаю, то не пистолетом! – Ни один мускул не дрогнул на лице Уилла, но в глазах мелькнуло нечто, заставившее девушку насторожиться.

– Ты что задумал? – испуганно спросила она. – Я ведь сто раз объясняла: даже если бы знала, где прячут девочку и ты смог выпытать, копам туда ни за что не успеть. Через двадцать пять минут позвонит Джои. Не отвечу – Эбби умрет, элементарно! А отвечу, стоит сказать одно-единственное слово, и случится то же самое. Ты не знаешь, какой у нас пароль! Короче, отдай пушку, и поскорее обо всем забудем.

Уилла охватила странная апатия: ничем эту девицу не проймешь!

– Помнишь, ты сказала: больнее, чем было, я не сделаю?

Она снова растерялась.

– Да, и что?

– Ты ошиблась, милая! Не забыла мою вчерашнюю презентацию?

Задумавшись, Шерил закусила нижнюю губу.

– Вставай!

– Да пошел ты…

Переложив «вальтер» в левую руку, Дженнингс рывком поднял ее на ноги. Удивительно, но суставы не болели. Похоже, мозг тройную дозу эндорфинов вырабатывал.

– Расстегни мне ремень! – велел он.

– А?

– Делай, что говорю!

Перепуганная Шерил послушалась.

– Сними его!

– Что?

– Сними ремень, черт подери, из шлевок вытащи!

Снова послушалась.

– Неси сюда стул! – К сожалению девушки, он показывал на стул с жесткой спинкой, что стоял у стены, а не на уютное кресло, в котором отдыхал совсем недавно. – Поставь его у кровати и сядь.

– Зачем?

Уилл отвесил ей пощечину.

Пелена горечи заволокла голубые глаза, но за ней проступало что-то еще. Безысходность… Шерил с детства привыкла к такому отношению. Словно тень, она метнулась к стулу и поставила у кровати.

– Садись!

Шерил села.

Отложив пистолет, Дженнингс пристегнул ее ремнем к стулу, зафиксировав застежку на уровне груди, затем принес из ванной пояс махрового халата и привязал щиколотки к ножкам.

– Я буду кричать! – предупредила она.

– Давай, хоть глотку надорви! Потом объяснишь Джо, почему утром он не получит деньги.

– Ты убиваешь дочку, – пробормотала Шерил, явно решившая, что доктор сошел с ума. – Неужели не понятно?

Отступив на шаг, Уилл критически оценил свою работу: неплохо, вот только криками Шерил, даже невольно, может создать кучу проблем. Страх вообще непредсказуем… Пришлось отлучиться и принести из соседней комнаты чемоданчик с образцами и носки, которые тут же превратились в кляп. Голубые глаза расширились от ужаса.

Подтащив стул к самому краю кровати, он перевернул его вместе с девушкой на матрас. Теперь двигать гораздо легче: достаточно просто за ножки толкать. В результате Шерил оказалась на спине с разведенными, поднятыми к потолку коленями. Совсем как наездница в стременах!

– Если ты вчера меня слушала, то наверняка получила какое-то представление о миорелаксантах.

Шерил смутилась: похоже, накануне вечером ей и без релаксантов забот хватало. Нужно было соблазнять Уилла, каждую минуту думая о том, как лучше достать пистолет. А что, если план А не сработает, доктор не захочет секса и не позовет в номер?

Дженнингс достал из чемоданчика ампулу анектина и обычный шприц. Блондинка не отрываясь смотрела, как он снимает колпачок, протыкает резиновую пробку и набирает шестьдесят миллиграммов раствора. У многих людей необъяснимый страх перед иглами: с этим анестезиологам приходится сталкиваться каждый день.

– Это сукцинилхолин, – спокойно объявил доктор. – Вскоре после его введения скелетные мышцы перестанут выполнять свои функции. Скелетными называют те мышцы, что приводят в движение кости. Значит, под действием препарата ты сможешь нормально видеть, слышать и думать, а вот дышать и двигаться не получится.

Казалось, голубая радужка Шерил поблекла, слившись с белком.

– Мучиться вовсе не обязательно, – любезно пояснил доктор. – Скажешь, где прячут Эбби, и я сразу уберу шприц.

Шерил лихорадочно закивала.

Наклонившись над кроватью, Уилл тут же вытащил из ее рта носки.

– Клянусь Богом, я не знаю! – жадно глотнув воздух, зачастила она. – Пожалуйста, не делай укол!

Пришлось взять пульт и прибавить громкость. Ведущий «Телешопа» настойчиво советовал приобрести «уникальные» фарфоровые тарелки с изображением Рональда и Нэнси Рейган: "Предложение действительно только до конца лета!" Шерил попыталась укусить, когда Уилл засовывал ей в рот носки.

Забравшись на кровать, он сел девушке прямо на грудь: в таком положении на стройные, не тронутые загаром бедра можно откинуться не хуже, чем на спинку стула!

– Хочешь – кричи, но секунд через пять после укола даже пискнуть не сможешь! Послушай меня, Шерил: этот препарат я впервые увидел в действии еще интерном. С его помощью врач "Скорой помощи" усмирил наркомана, который пытался зарезать копа прямо в операционной. Ужасное зрелище! На моих глазах сукцинилхолин убийц в хныкающих детишек превращал. Представь: лежали парализованные, ходили под себя и синели. Подключаешь такого к искусственному дыханию – вроде оживает, но думает только об одном: если аппарат отключат, мозг вырубится, как дешевая лампочка. По-моему, это то же самое, что живому в гроб лечь!

Шерил отчаянно билась, пытаясь вырваться из пут, но в результате только Уилла вместе со стулом раскачивала. Дженнингс ввел кончик иглы во внешнюю яремную вену, и девушка тут же успокоилась.