Пустошь. Дом страха - Блейк Крауч

Где-то после полуночи, проехав пол-Вайоминга, после городка Вамсаттера я свернул на обочину И-80. Луны не было, поэтому я не мог видеть окружающую местность. У меня лишь было ощущение, что она еще более бескрайняя и пустынная, чем Небраска. Сбросив чемоданы на пол и свернувшись клубком на заднем сиденье, я закрыл глаза. Когда мимо по шоссе проносились машины, «Лексус» вздрагивал. Я забылся сном, гадая, правда ли, что «У Рикки» произошло то, что произошло.

Я проснулся в половине четвертого утра от стона Орсона. Выбравшись из машины и открыв багажник, я обнаружил, что он мечется и брыкается внутри, хотя глаза у него были закрыты. Я тряхнул его, пробуждая от кошмарных сновидений, и он, открыв глаза и сообразив, где находится, сел.

– Мы где? – спросил он.

– Посреди Вайоминга.

– Я очень хочу пить.

– Придется подождать до завтра.

Орсон потянулся и зевнул.

– Я слышал выстрел, – сказал он.

– Орсон, как найти твой дом?

Он снова растянулся в багажнике.

– Ты сделаешь мне еще один укол?

Я сел на бампер.

– Конечно.

– Это ведь И-восемьдесят, так?

– Да.

– Оставайся на «Восьмидесятке» до тех пор, пока не попадешь в Рок-Спрингс. Это в юго-западной части штата. От Рок-Спрингс поезжай на север по Сто девяносто первому и следи за счетчиком пробега. Когда проедешь семьдесят миль, остановись и посади меня рядом с собой. Дальше тебя поведу я.

– Хорошо.

– Сегодня доедем до места?

– Нет, я до смерти устал и буду спать до обеда.

– Энди, ты убил Лютера?

– Я сдрейфил, – сказал я, поднимаясь на ноги. – Поэтому ты оставил ему записку.

– Я знаю, что я…

– Ты по уши в дерьме. Переворачивайся, я сделаю укол.

* * *

На двух тысячах миль такое рано или поздно должно было случиться.

Во вторник утром, после того как я проехал повороты на Ред-Дезерт, Тейбл-Рок, Биттер-Крик и Пойнт-ов-Рокс, когда до Рок-Спрингс оставалось меньше тридцати миль, сзади послышался вой сирены – внедорожник дорожной полиции чуть ли не уткнулся мне в бампер. Мой «Глок» был засунут за заднее сиденье. Я свернул на обочину, утешая себя: с какой стати полицейскому обыскивать мою машину? Орсон без сознания. Все документы у меня в порядке. «У Рикки», возможно, вообще ничего не было. Я белый и пушистый.

Полицейский постучал мне в окно. Я опустил стекло.

– Ваши права и документы на машину, – властным, суровым тоном произнес полицейский.

Улыбнувшись, я достал из бардачка документы и протянул их в окно.

Полицейский вернулся вразвалочку к своему зеленому «Бронко» и забрался внутрь.

Часы на приборной панели показывали 10.15, однако, по моим ощущениям, времени было гораздо больше. Прерия стала безводной. Вдоль горизонта на северо-западе тянулась цепочка невысоких бурых гор. За ними громоздились серые тучи.

Только тут я заметил на полу рядом с собой свитер и джинсы, которые были на мне «У Рикки». Все пропало. Одежда была перепачкана кровью Лютера, и я пожалел о том, что не выбросил ее вчера вечером на заправке в Шайенне. Я нагнулся было, собираясь поднять вещи с пола, но меня остановил хруст шагов полицейского по гравию.

Выпрямившись, я посмотрел ему прямо в глаза. Он был одних лет со мною. Мне он напомнил блюстителя закона из какого-то фильма, хотя я не смог вспомнить, из какого именно.

– Мистер Паркер, вы догадываетесь, почему я вас остановил? – спросил полицейский, возвращая мне водительское удостоверение Орсона и документы на машину.

Я положил их на сиденье рядом с собой.

– Нет, сэр.

Сняв солнцезащитные очки с зеркальными стеклами, он устремил на меня пристальный взгляд своих бледно-голубых глаз.

– Вы виляли по шоссе из стороны в сторону.

– Разве?

– Вы пьяны?

Порыв ветра приподнял шляпу полицейского. Он вовремя схватил ее и сунул под мышку. У него были непокорные светлые волосы, такие, что, если дать им отрасти, они станут кучерявыми, как у негра. Мысленно представив себе полицейского со светлой негритянской шевелюрой, я непроизвольно фыркнул.

– Что тут такого смешного?

– Ничего, сэр. Я не пьян. Просто я устал. Я за рулем вот уже двое суток.

– Вы едете из Вермонта?

– Да, сэр.

Полицейский бросил взгляд на чемоданы на заднем сиденье.

– Вы едете один?

– Да, сэр.

– Какой из чемоданов ваш?

Хитрый ход.

– Оба.

Полицейский кивнул.

– И вы в дороге с воскресенья?

– Да, сэр.

– Должно быть, дело спешное.

– Не совсем. Просто я хотел проверить, как быстро смогу пересечь страну.

Я полагал, мое честолюбие вызовет у полицейского улыбку, но он оставался таким же равнодушным.

– Куда вы направляетесь? – спросил он.

– В Калифорнию.

– Куда именно?

– В Лос-Анджелес.

– «Восьмидесятка» ведет не в Лос-Анджелес. «Восьмидесятка» ведет в Сан-Франциско.

– Знаю, но я хотел проехать через Вайоминг, поскольку никогда не бывал в этих краях. Здесь очень красиво.

– Здесь сраная пустыня, твою мать.

Я уставился на золотой значок над нагрудным карманом, уверенный в том, что полицейский сейчас прикажет мне выйти из машины.

– Ну, вам следует знать, что вы направляетесь навстречу бурану, – сказал он.

– Снежному бурану?

– Точно. По прогнозам, это будет что-то страшное.

– Спасибо за предупреждение. Я ничего не слышал.

– Неплохо будет укрыться в каком-нибудь мотеле. В Рок-Спрингс или Солт-Лейке, если дотянете до него.

– Я подумаю.

Полицейский вопросительно посмотрел на мое лицо; он уже давно обратил внимание на заживающие ссадины.

– Вас кто-то ударил?

– Да, сэр.

– Когда это произошло?

– В прошлые выходные, в баре.

– Похоже, крутая была драка.

Да, это тот еще типаж. Определенно, я вставлю его в какую-нибудь книгу.

– Судя по всему, вам изрядно досталось, – заметил полицейский.

– Да, но вы бы посмотрели на другого парня.

Этот затасканный штамп доконал полицейского. Сдержанно усмехнувшись, он оглянулся на пустыню и пришел к выводу, что ему пора трогаться в путь. Глядя в зеркало заднего вида, я увидел, как полицейский, не спеша, вернулся к своему «Бронко».