Глубокий шрам - Арно Штробель

— На чём я остановился… ах да. В общем, я решил покончить с этой связью. Написал Мириам, что нам нужно встретиться. В небольшом лесочке, где нас никто не видел. Мы уже не раз бывали там вдвоём, когда в машине… — Пассек на мгновение прикрыл глаза.

— Где это было? — спросил Макс.

— Неподалёку от замка Эллер.

Бёмер и Макс переглянулись.

— Там её сегодня и нашли.

Глаза Пассека наполнились слезами.

— Я вообще ничего не понимаю.

— Представьте себе, мы тоже, — холодно обронил Бёмер. — Дальше.

— Она приехала вечером. Мы, как обычно, поставили машины друг за другом на узкой заросшей лесной дороге, где почти никто не ездил. Я пытался объяснить Мириам, что не могу уйти от жены, что на кону всё моё существование. Ланц — близкий друг моего тестя. Я знал: старик будет давить на него, пока меня не уволят. Но она не слышала. Твердила, что работу я найду где угодно и что она зарабатывает достаточно на нас обоих. А когда я отказался менять решение, назвала меня трусом и принялась осыпать оскорблениями.

Он снова взял стаканчик и осушил его.

— Она совсем потеряла голову и даже ударила меня по лицу. Тут у меня терпение лопнуло. Сел в машину — она стояла позади её — и сорвался с места на полном газу. Я был вне себя.

Пассек замолчал, уставившись на свои руки.

— И вдруг она оказалась передо мной. Просто бросилась под колёса. Всё произошло так быстро… Раздался жуткий звук — и её не стало. Я ударил по тормозам и глянул в зеркало. Мириам лежала у обочины. И не шевелилась. Я… я решил, что она мертва.

— И вы просто уехали, — процедил Бёмер. — Бросили её и смылись, верно?

— Да. — Пассек произнёс это так тихо, что едва можно было расслышать, а затем вскинул голову и заговорил громко и быстро: — Но… вы не понимаете. Меня охватила паника. Тысяча мыслей пронеслась в голове. Всё вскроется. Жена, её отец… Я подумал, что, может быть, даже попаду в тюрьму, вся моя жизнь обратится в руины. А я ведь и правда был ни при чём...

— Сейчас расплачусь от умиления. — Бёмер с грохотом ударил ладонью по столу. — Ну же, дальше.

— Я поехал домой. На следующий день каждые десять минут проверял свежие пресс-релизы и полицейские сводки. Но — ничего. И через день — тоже. Я не мог этого понять и снова отправился на то место. Мне нужно было знать, что с Мириам.

Пассек уставился на стаканчик, вертя его в пальцах.

— Её там уже не было. Чуть дальше тянется довольно крутой откос. Он уходит вниз на несколько метров и сплошь зарос кустарником и подлеском. Я подумал, что Мириам, возможно, была тяжело ранена и…

— Вы подумали, что она поднялась и свалилась с откоса, — закончил за него Макс, видя, что Пассек не решается продолжить.

Тот кивнул.

— И вам было глубоко наплевать, что ваша бывшая любовница, возможно, лежит там, тяжело раненная, и издыхает в муках, — добавил Бёмер и вскочил. — Меня тоже сейчас вывернет.

В комнате на какое-то время повисла тишина, нарушаемая лишь скребущим звуком: Бёмер, по своей привычке, проводил ладонью по щеке.

— Лишь несколько дней спустя появились первые сообщения о пропаже Мириам. Её так и не нашли — вы знаете. До сегодняшнего дня. Теперь вы понимаете, почему я рад? — робко спросил Пассек.

— Нет, — ответил Бёмер. — Теперь я понимаю, что вы — трусливая мразь.

— Я советую вам позвонить адвокату, господин Пассек.

Макс не испытывал к журналисту ни малейшего сочувствия. Даже будучи уверенным, что Пассек не причастен к серии убийств, он понимал: тому, что тот сделал два с половиной года назад, оправдания нет. Как минимум ему предстоит ответить за оставление места ДТП и неоказание помощи.

Но ни в коем случае нельзя дать доктору Фаршайдту ни малейшего повода к чему-то придраться, — мысленно отметил Макс.

Разговор с Пассеком записывался; при необходимости они смогут доказать, что и Бёмер, и он сам предоставили задержанному возможность связаться с адвокатом.

— Зачем? Мне стало легче оттого, что я наконец всё рассказал. Скрывать больше нечего. — И тише добавил: — И терять, пожалуй, тоже. Похоже, за последние дни я и так потерял всё.

Бёмер решил отпустить Пассека домой. К этому моменту и он уже не верил, что журналист причастен к убийствам.

Когда Макс наконец лёг в постель, было почти два часа ночи. Он отправил Дженни короткое сообщение — что скучает и с нетерпением ждёт завтрашней встречи. Несколько минут заставлял себя не смыкать глаз на случай, если она ответит, но усталость взяла своё, и он уснул.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 41

Воскресенье

В половине десятого утра зуммер радиобудильника вырвал Макса из глубокого сна. Ещё не очнувшись, он нашарил смартфон и приподнялся на постели. Пришлось несколько раз протереть глаза, прежде чем на расплывшемся экране проступили хоть какие-то очертания.

Рядом с его ночным сообщением темнели две серые стрелки: дошло, но не прочитано. Значит, она ещё спала.

Он поколебался — не рано ли звонить? — и всё-таки решился. Ему не терпелось услышать её голос, особенно такой — ещё сонный, с лёгкой хрипотцой.

После первого же гудка включилась голосовая почта.

— Это я, — проговорил он немного растерянно. — Только что проснулся и захотел тебя услышать. Ты, похоже, ещё спишь. Будь умницей, перезвони, ладно? Я соскучился.

Он наскоро принял душ и позавтракал. Без четверти одиннадцать, уже садясь в машину, решил сделать крюк и заехать к Дженни. Мысль о том, что через четверть часа он сможет обнять и поцеловать её, была слишком соблазнительной, чтобы ей противиться.

На звонок в подъезд никто не отозвался; вторая попытка оказалась столь же напрасной. Он уже собрался уйти, когда дверь распахнулась и на улицу вышел молодой человек. Макс приветливо кивнул и проскользнул внутрь, пока та не захлопнулась. Через две ступеньки он взлетел по лестнице и, запыхавшись, остановился у квартиры Дженни.

Когда и здесь на звонок никто не ответил, тревога навалилась всерьёз. В голове тотчас всплыло нынешнее дело; перед мысленным взором встали снимки убитых женщин. Он забарабанил костяшками в дверь —