Люмен - Кортни Коул

Мои губы припухли, рот приоткрыт, я пристально смотрю ему в глаза, на это лицо, которое я так люблю, на эти губы, с которых только что слетели слова из моего сна.

Это невозможно.

Этого не может быть.

– Ты… я хочу тебе кое-что сказать. – Мой голос обрывается, и он смотрит на меня вопросительно, улыбка застыла на его губах, как след прежнего очарования, остаток чего-то прекрасного.

Чего-то, что было запятнано уродством.

Неведением.

– Ты сказал, что я лучше, чем ты того заслуживаешь, – произношу я, чувствуя, как дрожит мой голос, и сейчас мне совсем не хочется говорить ему правду, потому что она чересчур безумна. – Почему ты это сказал?

Он пожимает плечами в ответ.

– Потому что ты нежная, честная и очень красивая. Очевидно, что я тебя не достоин.

– Но почему? – настойчиво продолжаю я, не удовлетворенная его ответом, – должна же у тебя быть какая-то причина.

Он медленно качает головой, все так же пристально глядя на меня.

– Это все какая-то бессмыслица! – говорю ему я.

– Иногда вся наша жизнь – бессмыслица, Калла, – так звучит его ответ.

Он отводит свою руку, и тепло его тела покидает меня. Мои пальцы мгновенно замерзают под дуновением промозглого океанского ветра.

Теперь наступает его очередь изучать меня своим взглядом, исследовать линии моего тела в резких порывах воздуха.

– С тобой все в порядке? – нерешительно спрашивает он. – Ты… ты… ты выглядишь какой-то другой.

Я встряхиваю головой.

– Я все та же. Просто… в этих словах я услышала нечто… как будто я уже слышала их раньше. Как будто ты уже говорил их мне когда-то.

Если бы я не знала его достаточно хорошо, я бы сказала, что он побледнел. Дэр медленно мотает головой, какое-то странное выражение запечатлено на его лице.

– У тебя есть предположения почему? – подозрительно спрашивает он, его глаза отливают каким-то потусторонним блеском, а губы плотно поджаты.

– Нет. А у тебя?

Он смеряет меня насмешливым взглядом.

– Откуда же мне знать, что происходит в твоей голове? – произносит он, но его слова звучат как-то расплывчато, неясно, а все его лицо говорит мне об обратном, от чего мои нервы натягиваются до предела.

– Почему ты всегда говоришь загадками? – бормочу я.

Он встряхивает головой.

– Я вовсе не хочу вводить тебя в заблуждение. Просто… я подумал… а, забудь. У тебя и так слишком много причин для беспокойства. Не хочу нагружать тебя еще и своими проблемами.

– У всех свои секреты, – говорю я с отсутствующим видом, сердце в моей груди как будто немеет.

Он кивает:

– Да. Я тоже так думаю.

Моя кровь превращается в лед, сердце тяжелеет, все мое существо наполняет необъяснимый ужас и какие-то дурные предчувствия, хотя всего несколько мгновений назад я была поглощена ощущением потрясающего единения с любимым мужчиной. Теперь же все прекрасное во мне умерло, пало под давлением этого жутковатого выражения на лице Дэра.

– Расскажи мне, – спокойно прошу его я, – я имею в виду твои секреты. Что ты скрываешь, Дэр? Между нами много недосказанности, я вижу это. Поделись со мной.

Он отводит взгляд, полный печали, и от этого мне становится еще страшнее. Мое сердце сбивается с ритма, бешено ударяясь о грудную клетку, пульсируя где-то в области моих висков.

Он явно что-то скрывает.

– Я не могу рассказать тебе. Пока не могу. Сейчас не лучшее время. – Его голос звучит торжественно и в то же время лишен всяких эмоций.

– Наступит ли когда-нибудь это лучшее время, о котором ты говоришь? – спрашиваю я.

Он пожимает плечами:

– Не знаю. Я надеюсь на это.

Его ответ мне совсем не нравится.

– Просто мы… я… я доверилась тебе, – бессильно признаюсь ему я, – и понимаю, что у тебя есть какая-то тайна и она касается в том числе. Я не могу… не могу.

Сердце начинает биться еще быстрее, и внезапно на меня накатывает непреодолимая слабость: по скользким камням я начинаю спускаться обратно к лодке, не проронив больше ни единого слова. Последнее время мне все чаще кажется, что в этой истории только один сумасшедший человек – я. У меня создается ощущение, что я теряю рассудок, как будто весь мир состоит из неразрешимых загадок, и я не имею ни малейшего представления о том, как к ним подступиться.

Дэр идет следом за мной, он берет меня за руку, чтобы помочь забраться в лодку.

Молчание между нами напряженное, словно заряженное миллионами электрических частиц, и я не знаю, почему это происходит. Я также не знаю, почему мне все больше кажется, что я стою на краю обрыва и одно неловкое движение может стоить мне жизни.

Когда мы оказываемся на полпути к бухте, Дэр распрямляется на своем сиденье.

– А поплыли в ту маленькую пещерку, которая так тебе нравится, – мягко предлагает он.

Спиной он опирается на корпус лодки, и лучи умирающего солнца красиво играют на обнаженном торсе, а в его глазах столько невыразимой чувствительности и надежды, что у меня не остается сил отказать ему.

Вместо этого я безмолвно разворачиваю лодку в сторону пещеры, и мы плывем туда. Не знаю почему, но мне совсем не хочется находиться здесь. Мне нужно подумать, я должна двигаться дальше. Мне нужно постараться сохранить здравомыслие, потому что мне кажется, что со мной происходит что-то странное.

И я не могу понять, что именно.

Все, что я могу сказать… внезапно я почувствовала себя потерянной.

Дэр держит меня за руку, пока мы шагаем по мелководью в сторону маленького, скрытого от посторонних глаз грота, который я безумно люблю. Не сказав ни слова, я достаю свой клад в виде мешочка с разными приспособлениями и собственноручно делаю факел из обрубков плавучего леса.