Пропащий - Харлан Кобен

Лас-Вегас, штат Невада

Морти Майер спал мертвецким сном, лежа на спине в своей постели, когда кто-то приставил дуло пистолета к его лбу.

– Просыпайся!

Морти широко раскрыл глаза. В спальне было темно. Он попытался приподнять голову, но пистолет не пускал. Взгляд Морти метнулся к ночному столику… часов там не было. Только тут он вспомнил, что будильника давно нет – с тех самых пор, как умерла Лия и он продал их старый дом с четырьмя спальнями.

– Слушайте, парни, – начал он, – я отдам, вы же знаете…

– Вставай! – скомандовал голос.

Пистолет отодвинулся в сторону. Морти поднял голову и, вглядевшись, различил лицо мужчины, обмотанное шарфом. Ему невольно вспомнилась радиопьеса «Тень» времен детства.

– Чего вы хотите?

– Ты должен мне помочь.

– Я вас знаю?

– Вставай!

Морти покорно свесил ноги с кровати и с трудом поднялся. Голова протестующе гудела: сон прервали в тот момент, когда возбуждение от выпитого уже проходит, а похмелье начинает набирать силу подобно надвигающемуся шторму.

– Где твой саквояж?

Морти немного успокоился. Вот, оказывается, в чем дело! Он присмотрелся, надеясь заметить следы ранений на теле незнакомца, но было слишком темно.

– Вы? – спросил Морти.

– Нет. Она внизу.

Она?

Морти нагнулся и вытащил из-под кровати кожаный докторский саквояж, потертый и рваный, с испорченной молнией. Позолоченные инициалы Майера, когда-то так ярко блестевшие, давно исчезли. Лия подарила ему этот саквояж в день окончания медицинского колледжа Колумбийского университета, больше сорока лет назад. После этого Морти тридцать лет проработал терапевтом и вырастил вместе с Лией троих детей. И вот теперь ему почти семьдесят, он живет один в грязной комнатенке и должен всем на свете.

Игра… Для Морти она была смыслом жизни. В течение многих лет он еще как-то держался, продолжая тянуть лямку, и не давал игре захватить его полностью. Однако в конце концов демоны в его душе взяли свое, как это всегда и бывает.

Кто-то считал, что до поры до времени его сдерживала Лия. Может быть, и так… В любом случае, с тех пор, как она умерла, бороться стало незачем. И для демонов наступил звездный час. Морти потерял все, включая врачебную лицензию, подался на Запад и в итоге угодил в эту вонючую дыру. Он ходил играть почти каждый вечер. Его сыновья, уже взрослые и семейные, больше с Морти не общались, обвинив его в смерти Лии. Они посчитали, что он свел их мать в могилу. И может быть, были правы.

– Быстрее, – сказал незнакомец.

– Да-да, сейчас.

Они спустились по лестнице в подвал, где горел свет. В этом здании когда-то помещалось похоронное бюро. Морти снимал квартирку на первом этаже и пользовался подвалом, где раньше хранили и бальзамировали тела умерших.

В дальнем углу подвала был устроен покатый спуск с автостоянки наверху, напоминавший детскую горку. Прежде по нему сгружали трупы. Плитка, покрывавшая стены подвала, начала осыпаться, вода включалась лишь с помощью гаечного ключа, а у стенных шкафов отсутствовали двери. Но воздух до сих пор хранил запах тлена – призраки прошлого не желали уходить.

Раненая женщина лежала на железном столе. Морти сразу увидел, что дела обстоят неважно. Он молча посмотрел на своего спутника.

– Помоги ей!

Морти не понравился его тон. В нем, безусловно, слышался гнев, но главным образом – отчаяние, почти безнадежность. Это была скорее мольба, чем приказ.

– С виду она совсем плоха, – заметил Морти.

Таинственный гость приставил пистолет ему к груди:

– Если умрет, то и ты вместе с ней.

Коротко и ясно. Морти судорожно сглотнул слюну и подошел к женщине. За последние годы на этом столе перебывало множество мужчин, однако женщина попала сюда впервые.

Здесь Морти и зарабатывал себе на пропитание – зашивал на скорую нитку. С огнестрельной или ножевой раной не пойдешь в больницу: врач обязан сообщить куда следует. И таким образом, импровизированный госпиталь Майера не имел недостатка в клиентах.

Он постарался вспомнить, что учили делать в подобных случаях в медицинском колледже. Так, прежде всего дыхание и кровообращение… Женщина едва хрипела, легкие были забиты слизью.

– Это вы ее так?

Мужчина молчал.

Морти постарался на совесть, сделал все, что мог. Хотя разобраться в этой кровавой мешанине было трудно. Главное – стабилизировать состояние, думал он. Стабилизировать, а дальнейшее его не касается.

Едва Майер закончил, незнакомец поднял женщину на руки и заторопился к выходу.

– Если проговоришься кому-нибудь…

– Не в первый раз.

Морти остался один. Нервы гудели – внезапное пробуждение до сих пор давало о себе знать. Он вздохнул и решил снова отправиться в постель. Однако перед тем, как подняться по лестнице, Морти Майер совершил роковую ошибку.

Он выглянул в окно.