Медуза - Майкл Дибдин

– И что оказалось?

– Вернувшись с Кубы, я узнал о крушении самолета над Адриатикой. Газеты напечатали фотографии двух жертв: пилота и единственного пассажира – лейтенанта Леонардо Ферреро из полка альпийских стрелков, приданного гарнизону, базировавшемуся в Вероне. Я сразу узнал в нем своего информатора по делу «Медузы».

– Что, надо полагать, убедило вас в его реальном существовании?

– Во всяком случае, склонило чашу весов в эту сторону.

Наступило долгое молчание.

– Я делал, что мог, – заметил наконец Бранделли, снова вздохнув. – Кое через кого из призывников, расквартированных в казармах, где жил Ферреро, я выяснил имена двух его сослуживцев, с которыми он якобы близко общался. Написал обоим письма под предлогом сбора материала для статьи на широкую тему «Армия сегодня». Но ни один из них не ответил.

– А что насчет старшего офицера, по приказанию которого Ферреро, если верить его словам, действовал?

Бранделли развел руками.

– Это мог оказаться кто угодно! Ферреро был младшим лейтенантом. Над ним в армейской иерархии возвышалась целая пирамида старших офицеров. Я подумал: если этот человек по-прежнему заинтересован во мне, то сумеет найти способ со мной связаться. Но никто больше не появился.

– Вы обмолвились, будто не уверены, что смерть Ферреро была несчастным случаем. Вероятно, его начальнику эта мысль тоже пришла в голову, и он решил принять урок к сведению?

– Именно это я сказал себе тогда. И действительно так думал, поэтому не закрывал папку со своим расследованием на тот случай, если услышу еще что-нибудь об «Операции Медуза». Но этого так и не произошло, а у меня были более важные и неотложные дела.

– Значит, если допустить, что эта организация существовала на самом деле, ее члены были либо абсолютными любителями…

– Либо высокими профессионалами. Да.

Дзен медленно покачал головой, словно осмысливая услышанное.

– У Ферреро было двое приятелей…

– А что с ними?

– Теперь они должны уже быть в отставке. Вы не пробовали с ними связаться? Вероятно, они могли бы помочь вам закрыть вашу папку. И дать материал для книги.

Лука Бранделли пожал плечами.

– Одним из них был некто Габриэле Пассарини. Сейчас он держит здесь, в Милане, букинистический магазин. Там я и познакомился с ним лет пять тому назад. Бродил по центру города и вдруг увидел в витрине книгу, которую тщетно искал много лет. Я вошел, купил ее, и хозяин дал мне свою визитку. Прочтя фамилию, я поинтересовался, не был ли он в прошлом альпийским стрелком. Он сказал, что был. Тогда я спросил, не знал ли он некоего Леонардо Ферреро.

– И?

Бранделли улыбнулся.

– Он чуть не выставил меня из магазина. Вернее, он сам чуть не выбежал на улицу, в такую ударился панику. Да, скорее любители, чем профессионалы. Не думаю, доктор, что даже вы, имея за спиной всю мощь закона, сможете что-нибудь из него вытянуть.

– Он так тверд?

– Не тверд. Испуган.

Дзен задумался.

– Вы помните название и адрес магазина?

Бранделли извлек из лежавшей у него на коленях папки визитку и протянул Дзену.

– Оставьте себе. Не думаю, что я когда-нибудь еще стану там желанным клиентом.

– А второй друг Ферреро? С ним вы пытались связаться?

Бранделли улыбнулся еще шире.

– Его зовут Альберто Герацци, и он теперь полный полковник и дивизионный командир службы военной контрразведки.

Имя произвело на Дзена должное впечатление.

– Это повышает вероятность того, что они скорее профессионалы, чем любители, – заметил он.

Брандели хлопнул в ладоши.

– Именно! Здесь все противоречит всему. Честно говоря, я потерял всякую надежду узнать правду об этом деле.

Дзен, уставший долго сидеть в неудобной позе, встал с дивана.

– Вы действительно покончили с журналистикой? – спросил он.

– А что?

– Предположим, я найду дополнительную информацию, которая косвенно подтвердит существование заговора «Медузы». Вам было бы интересно написать об этом статью?

Бранделли сделал уклончивый жест.

– Это будет полностью зависеть от характера и подлинности информации.

– Разумеется. Но в принципе?

– В принципе – да.

– И вы сможете ее напечатать?

Теперь вид у Бранделли сделался нерешительным.

– Почему вы хотите, чтобы я это сделал? Вы же полицейский.

– Как уже говорил, я работаю вне протокола. В любом случае вас это не должно смущать. Весь материал, который я вам предоставлю, будет подлинным. Что мне нужно знать, так это сумеете ли вы его опубликовать?

Бранделли расправил плечи не без надменности.

– Мое имя нынче, быть может, и не у всех на устах, но связи и определенная репутация в нужных кругах у меня сохранились. Если материал для статьи наберется, я, разумеется, напишу ее. И конечно же, сумею опубликовать в «Манифесте». А может, даже и в «Репубблике». Важно, чтобы история была документальной. Вы действительно думаете, что здесь есть история?

– А вы?

Бранделли изобразил гримасу усталого смирения.

– Конечно, я был бы рад, чтобы так оказалось. Но… нет, я не верю. Это давно минувшее прошлое. Все, кто знали, что случилось на самом деле – если допустить, будто что-то действительно случилось, – либо уже мертвы, либо будут заметать следы. Они не станут говорить. А теперь, когда нынешний режим успешно запугал судебную власть, вогнав ее в коматозное состояние, не осталось ни одного сколько-нибудь влиятельного лица, которое могло бы их заставить. Поэтому, честно говоря, я не думаю, что существует шанс когда-либо разузнать, что произошло с Леонардо Ферреро и существовал ли в семидесятые годы на самом деле правый военный заговор, преследовавший цель установить контроль над страной. Так или иначе, все это уже история. И никому до нее нет дела, разве что нам с вами это интересно. В наши дни люди думают, что история – это то, что вчера показывали по телевизору.

Дзен застегнул пальто, готовясь выйти на холодную улицу.

– Дело не только в том, чтобы правильно воссоздать ход исторических событий. Некоторые высокопоставленные лица в правительстве заняли публичную позицию в этом деле. Если окажется, что она лжива и вы сможете обнародовать правду, тогда эта история будет на телеэкранах не только сегодня, но и завтра вечером, и еще много времени. Думаете, люди ею не заинтересуются? А вы?

Бранделли подумал.

– Я – безусловно, – ответил он наконец. – Возможно, и они тоже.

– Не нужно недооценивать силу общественного мнения, – напоследок «пальнул» Дзен.