Брад - Кеннет Дж. Харви

Мимо провезли каталку с накрытым телом. Квейгмайер ухмыльнулся, он прямо чувствовал, как мертвец проезжает сквозь него, будоражит внутренности. Джим смотрел вслед санитарам.

— Увезли братишку-то, увезли. В совочек собрали и увезли. Тебе бы всего на пару минут раньше прийти. А это не он. Это который за ним полез. Братишка — в огонь, а этот — следом. Р-раз! И оба, как свечки! Так быстро! Так быстро! Знаешь… — Квейгмайер бросил на каталку восхищенный взгляд. — Этот так кричал! Не то что братишка. Тот молча горел. И такой у него, братишки то есть, вид был, будто он домой к себе вернулся.

— Вы… видели? — ошеломленно спросил Джим.

— Куда там, Джимми! Это мне девчонка одна рассказала. Лежала вот тут, у забора. Вижу, говорит, парень в пекло идет, а сделать ничего не могу. Бедная, бедная! Забор-то высоченный, как тут переберешься! Так и не перебралась. Ведь всю жизнь терзаться будет. Кошмары замучат… Вы полагаете, мой друг, что заборы предназначены лишь для того, чтобы никого не выпускать? О, как вы заблуждаетесь! Неужели вам не приходило в голову, что они еще и не впускают? Их строят, чтобы отделить добро от зла, чтобы оградить мечту. Ужасно, ужасно, мой друг. Я-то знаю, поверьте. И ужас этот живет в огне. И подобно огню колышется над нами. Что нас пугает? Что завораживает? Разве можно знать это наверняка?

Порой нам кажется, будто мы что-то поняли, но это лишь отблеск пожара, тихий, призрачный. А потом искра внезапно разгорается, и, не успев охнуть, уже горим заживо.

Джим не мог больше слушать этого сумасшедшего. Он вспомнил о жене и молча пошел к воротам.

— Обратите внимание на удивительное противоречие, — Квейгмайер засеменил следом. — Звук потрескивающего пламени успокаивает нас. Огонь — символ гармонии. Словно искры хотят объединиться с искрой твоей души. — Квейгмайер осторожно коснулся груди. — Моей души. Песня пламени прекрасна, она объединяет искры. Она звучит для вас и внутри вас убийственная красота. Прислушайтесь к ней!

Квейгмайер сиял, скаля желтые зубы. Казалось, дымом тянет от него самого, а вовсе не с пожарища.

Джим споткнулся о почерневшие бревна, которые пожарные сложили прямо на асфальте. Где же Андрена? Адвокат очень испугался. Не просто разнервничался или забеспокоился, а именно испугался. Всему, что он увидел, не могло быть логического объяснения. Да Джим и не хотел ничего понимать — боялся, что сойдет с ума и окажется в больнице. Вроде той, что сейчас догорала.

— К машине, к машине вернулась благоверная твоя, — сообщил Квейгмайер. — Только что ее, голубушку, видал. Какая-то она у тебя уж очень обыкновенная.

— Да, — прошептал Джим. Он шел все быстрее, но чары желтозубого не ослабевали.

— Нет-нет, я не совсем точно выразился. Просто она пребывает в мире с собой и с человеческой природой. Она прекрасна и страшна. Такова суть всех вещей, если хорошенько покопаться.

— Вы сумасшедший, — наконец выдавил Джим. Он повернулся и торопливо пошел к блокпосту.

— Да, очень страшна. — Квейгмайер смотрел, как Андрена выходит из-за машины скорой помощи. — И очень красива.

Девушка искала мужа. От жары и переживаний она ненадолго потеряла сознание, и ее унесли врачи. Ей дали кислород и воду в пластмассовом стаканчике.

— Ваш муж пошел назад к машине, — крикнул ей Квейгмайер.

Андрена остановилась, потом подошла к желтозубому. Ох, как близко! У него даже пальцы заболели. Квейгмайер захрустел костяшками.

— Мой муж, — сказала она сокрушенно. Девушка еще не до конца пришла в себя после обморока. Она показала на каталку с прикрытым телом. — Я думала, это его брат. Но мне сказали, его… уже…

Она посмотрела мимо Квейгмайера на догоравшее здание и на дым, уходивший в черное небо серым столбом.

— Звуки, — сказала Андрена.

— Да. Они великолепны, не так ли? — Желтозубый покусал нижнюю губу, чтобы не сказать лишнего, чтобы не спугнуть. Девчонка должна пойти туда, где ее ждут, утонуть в пучине горя и отчаяния. Ведь горе и отчаяние теперь будут составлять ее жизнь.

— Пойду поищу Джимми. — Андрена прищурилась, стараясь разглядеть человека с желтыми зубами. — Вы его друг?

— Да.

— А вы знали его брата? — Она брезгливо вытерла руки о юбку, словно нечаянно дотронулась до нехороших, полуразложившихся мыслей.

— Да нет. Только что познакомились. Мы с ним теперь друзья-приятели, — Квейгмайер улыбнулся, полагая себя совершенно неотразимым.

— А-а. — Она озадаченно посмотрела на желтозубого. — Пойду поищу Джима.

— Я имел в виду, что у меня такое чувство, будто мы давно знакомы. Джимми так много о нем рассказывал.

— Ну да. — Андрена попятилась и со всех ног бросилась к кордону, к машине, застрявшей в двух-трех кварталах отсюда.

— До свиданьица, — тихонько выдохнул Квейгмайер. — До скорого-скорого свиданьица.

Он сложил руки на груди и стал напевать что-то романтическое, покачиваясь в такт.

— Да сбудутся все твои желания.