Когда сгущается тьма - Джеймс Гриппандо

Все молчали.

— Хорошо. Начнем с девушек. — Фэлкон заглянул в ванную. — Наташа? Как себя чувствует твоя подруга?

— Меня зовут Наталия. А моя подруга не в том состоянии, чтобы разговаривать по телефону, если тебя интересует именно это. Она то приходит в себя, то теряет сознание и, боюсь, плохо воспринимает окружающее.

— Ну так растолкай ее, приведи в чувство.

— Думаю, ее лучше не беспокоить.

— А я думаю, что ее следует облить холодной водой из крана.

— Ты что — свихнулся? — вмешался Тео. — Подобная процедура наверняка вызовет у нее шок.

— Доктор сказал, что это пойдет ей на пользу.

— Какой доктор? — спросил Тео.

— Мы не прибегаем к водным процедурам, пока доктор их не одобрит.

— Какой такой доктор? — повторил Тео.

Фэлкон не ответил. Он подошел к ванне и покрутил кран с холодной водой, но из него вытекло лишь несколько капель.

— Вот ублюдки! Они отключили у нас воду!

— Должно быть, это доктор так распорядился, — съязвил Тео.

— О'кей, болтун. Мы начнем с тебя, а потом трубку возьмет красавчик, который сидит рядом. Но прежде я опорожнюсь. Можете смотреть или отвернитесь — мне все равно.

Поскольку дверь ванной комнаты была открыта, Тео хорошо видел все происходящее и, когда Фэлкон начал спускать штаны, отвернулся, машинально отметив, что пальто он так и не снял.

Сидевший рядом с Тео мужчина наклонился к нему и прошептал:

— Я не могу разговаривать по телефону с полицией.

— Это почему же?

— Потому что… Разве не понятно, что здесь происходило до того, как вы сюда ворвались? Короче, эти девушки… ну, вы понимаете…

— В таком случае вы, должно быть, священник, пришедший сюда, чтобы спасти их заблудшие души?

— Мысль неплохая. Но я уже продумал этот вариант и пришел к выводу, что он не прокатит. Но ведь придется что-то сказать, когда этот псих передаст мне трубку, не так ли?

— Скажете, что вас зовут Джон и вы оказались здесь по делам своего бизнеса.

— Все шутки шутите… А если бы распространился слух, что вас обнаружили в номере дешевого мотеля с двумя восемнадцатилетними проститутками?

— Восемнадцатилетними? — тихо засмеялся Тео. — Вам, приятель, остается только уповать на это.

— Может, перестанете быть задницей и насмехаться? Неужели вы не понимаете, что это может положить конец моей карьере?

— А чем вы зарабатываете на жизнь?

Мужчина не ответил, но Тео продолжал развивать эту тему:

— Послушайте, я, кажется, знаю, кто вы. Случайно, не тот парень, который рассуждает о погоде в программе «Актуальные новости»?

— О погоде? — переспросил мужчина, стараясь скрыть смущение. — Должно быть, вы имеете в виду кого-то другого.

— Нет, приятель. Я вижу вас по телевизору каждый вечер в одиннадцать. Если не ошибаюсь, в программе вас именуют Уолт-Предсказатель.

— Это не я.

— Не вы? Как бы не так! Если вам прилизать волосы гелем и напялить модный пиджак от Армани, то вы просто вылитый Уолт-Предсказатель. Но я, признаться, думал, что вы гей.

— Нет, что вы. Я состою в браке.

— Хотите сказать, состояли?

Предсказатель погоды на секунду прикрыл глаза, словно страдая от невыносимой боли.

— О Господи! Я пропал. Как говорится, меня поимели…

— Вот уж точно, — согласился Тео. — Самое подходящее при данных обстоятельствах выражение.

— Даже не верится, что такое могло случиться со мной. А ведь все произошло из-за той проклятой хозяйственной сумки.

— Что такое?

Тео неоднократно слышал анекдотическую историю про хозяйственную сумку, когда работал в баре, но никак не ожидал, что она может иметь под собой реальную основу. Как выяснилось, юной дочери предсказателя потребовалось вернуть джинсы, взятые на время у школьной подруги, каковую миссию она возложила на своего папашу. Глупый отец семейства засунул джинсы в старую сумку, с которой домашние ходили в бакалею. Когда его супруга увидела это, ее чуть удар не хватил. «Да как тебе только взбрело в голову класть хорошую вещь в сумку из „Винн-Дикси“?!» Она выхватила сумку у него из рук и упаковала пресловутые джинсы в дорогую оберточную бумагу и фирменный пластиковый пакет из магазина «Тиффани».

— Она готова была убить меня из-за этой проклятой сумки, — покачал головой предсказатель. — А все потому, что богатая мамаша подруги дочери могла подумать, будто мы отовариваемся в магазине «Винн-Дикси». Ну, я посмотрел на нее и сказал: «И когда только веселая и сексуальная девушка, на которой я женился, превратилась в такую претенциозную сучку?»

— Круто…

— Неужели я был не прав?

— Что бы вы ни сделали и ни сказали, вы всегда будете не правы, — заверил Тео. — Перечитайте внимательно, что напечатано мелким шрифтом в вашем брачном контракте.

— Полагаете, я должен был перед ней извиниться?

— Хм… Уж и не знаю, что лучше при таком раскладе — извиняться или бежать в мотель, чтобы снять двух несовершеннолетних проституток. Думаю, надо позвонить доктору Филу из программы «Популярная психология» и спросить его об этом.

Предсказатель горестно вздохнул, словно услышанное от Тео придало его жизненным неурядицам еще большую безнадежность.

— Ну и что мне теперь делать?

— Все, чтобы выбраться отсюда живым и невредимым.

— Но что потом?

— Потом? То, что должен сделать всякий благородный человек при подобных обстоятельствах.

— Это что же?

— Застрелиться — вот что.

— Застрелиться?

— Да. Но только не на ее пуховом покрывале. Она вас за это возненавидит. Нельзя портить любимое пуховое покрывало жены.

Парень согласно кивнул, будто бы все сказанное Тео имело для него некий смысл.

— Спасибо за совет.

— Не стоит благодарности.

Из ванной комнаты послышался звук спускаемой из бачка воды. Это, помимо всего прочего, означало, что Фэлкон использовал последние запасы влаги, имевшиеся в номере.

— Ну вот, умники, — сказал Фэлкон, выходя из ванной, — теперь можно и звонить. — И ткнул пальцем в Тео: — Ты первый.

Предсказатель прошептал:

— Идите, прошу вас, я не могу разговаривать с полицейскими.

— Не беспокойтесь, — ответил Тео. — До вас очередь не дойдет.

Фэлкон набрал номер, подождал, пока на противоположном конце провода снимут трубку, и заговорил с абонентом. Тео не смог определить, с кем именно — с Джеком или полицейскими.