Исчезающая лестница - Морин Джонсон

Д. М.: Как по-вашему, почему никого из газеты в школу не позвали, а вас все же пригласили?

М. Н.: Полагаю… кроме меня, никто не обладал необходимыми навыками. Я не журналистка. Я секретарь.

Г. Э.: В самой школе вы занимали какой-нибудь пост? Может, что-нибудь преподавали?

М. Н.: Биологию.

Г. Э.: Значит, преподавали биологию и жили в коттедже «Минерва»?

М. Н.: Да.

Г. Э.: Мисс Нельсон, мы просмотрели документы всего преподавательского состава Эллингэмской академии. Кроме вас, никто не был непосредственно связан с бизнесом Альберта Эллингэма. Не только с газетой, но и с его бизнесом вообще.

М. Н.: Ну да. И что из этого следует?

Г. Э.: Я понимаю, это не вопрос, всего лишь замечание. Стало быть, из многих сотен тех, кто работал на Альберта Эллингэма, в академию он выбрал вас.

М. Н.: Вас тоже, мистер Марш.

Д. М.: Я не работаю на мистера Эллингэма, мисс Нельсон. Я работаю на Федеральное бюро расследований. Местные власти прикомандировали меня к мистеру Эллингэму. Однако из всех, кто на него работал, он выбрал именно вас.

М. Н.: Как я уже говорила, Альберт… то есть… мистер Эллингэм хотел работать с теми, кого знал…

Г. Э.: Вы, вероятно, были близки… раз называете его Альбертом?

М. Н.: Не понимаю, что вы хотите этим сказать.

Г. Э.: Ничего, ровным счетом ничего. Просто очередное замечание. Но теперь, мисс Нельсон, я вынужден напомнить вам о чрезвычайно серьезном характере нашего дела и спросить, не выходили ли ваши отношения с Альбертом Эллингэмом… за рамки дружбы?

Допрашиваемая не отвечает.

Г. Э.: Мисс Нельсон, я спрашиваю вас об этом не для того, чтобы поставить в неловкое положение. Я спрашиваю потому, что мы должны разобраться во всем, что произошло в тот вечер в академии. Нам нужны сведения.

М. Н.: Я знаю, что вам нужны сведения.

Г. Э.: В таком случае окажите любезность и ответьте на мой вопрос.

Допрашиваемая не отвечает.

Г. Э.: Мисс Нельсон, покинув Эллингэмскую академию, вы вместе с несколькими студентами сели на поезд до Нью-Йорка и там отправились в квартиру 1040 на Пятой авеню.

М. Н.: Кто вам об этом сказал?

Г. Э.: Важно не то, откуда мы об этом узнали, а то, что установили факты. Это соответствует действительности?

М. Н.: Да.

Г. Э.: Кому эта квартира принадлежит?

М. Н.: Корпорации Эллингэма. Своей на данный момент у меня нет. Я живу при школе. Мистер Эллингэм разрешал мне останавливаться в одном из его жилищ.

Г. Э.: И когда же он сказал вам, что вы можете остановиться в его квартире? Когда об этом вам сообщил?

М. Н.: Когда… когда велел нам уехать.

Г. Э.: Мисс Нельсон, вы отдаете себе отчет в том, что лгать федеральному агенту — серьезный проступок? Вынужден еще раз указать вам, что, если мы хотим найти Айрис и Элис Эллингэм, нам нужно получить сведения. Без информации ничего сделать нельзя. И любое промедление в деле получения этой информации препятствует поискам. Если же в нашем распоряжении окажутся ложные сведения, мы пойдем по ошибочному пути. Вы понимаете, о чем я говорю?

Допрашиваемая явно расстроена.

М. Н.: О господи. Боже мой. Как это все случилось? Мы не могли бы на секунду прерваться? Прошу вас, только лишь на секунду.

Г. Э.: Мисс Нельсон, теперь вы должны быть с нами искренни. Вам нечего бояться честных ответов. Мы не собираемся позорить вас или мистера Эллингэма. Нам просто нужно знать. Эту информацию можно использовать во вред ему или вам. Мы в ней нуждаемся. Ваши отношения с Альбертом Эллингэмом носят чисто дружеский характер?

М. Н.: Вы же знаете! Вы и так знаете! Зачем тогда без конца спрашивать? Зачем спрашивать о том, что и так известно?

Допрашиваемой требуется некоторое время, чтобы вернуть самообладание.

Г. Э.: Давно это у вас?

М. Н.: Семь лет.

Г. Э.: Кто-нибудь другой знает о ваших отношениях? Например, миссис Эллингэм?

М. Н.: Нет, ей ничего не известно. Она… несобранна.

Г. Э.: Что вы хотите этим сказать?

М. Н.: Она… не хочу говорить о ней дурно. Знаю, как это выглядит, особенно сейчас. Но вы должны понять: она не такая, как он. Невдумчивая. Мы понимаем друг друга. Он может со мной говорить.

Г. Э.: В ночь похищения мы не смогли установить, куда мистер Эллингэм отлучался примерно на сорок пять минут, около двух часов ночи. Был в кабинете, но потом его там не оказалось. Вам что-нибудь известно об этом выпавшем промежутке времени?

Допрашиваемая не отвечает.

Д. М.: Не торопитесь, мисс Нельсон. Мы не намерены никого ставить в неудобное положение. Просто хотим знать, что случилось.

М. Н.: Он встречался со мной.

Д. М.: Где?

М. Н.: У нас есть место для встреч, в строящемся гимнастическом зале.

Д. М.: У вас есть какие-нибудь соображения о том, как мистер Эллингэм смог незаметно покинуть свой кабинет или дом?

М. Н.: У нас… есть один способ.

Допрашиваемой показывают фотокопию письма Лукавого.

Г. Э.: Вы когда-нибудь видели это письмо?

М. Н.: Нет.

Г. Э.: Альберт Эллингэм ничего вам о нем не говорил?

М. Н.: Нет.

Г. Э.: Вы не получали подобных писем, когда работали в газете?

М. Н.: В наш адрес, конечно же, поступали угрозы. Кто-то даже подложил в машину Альберта бомбу. И письма приходили какие угодно.

Г. Э.: Посмотрите внимательнее. Во время работы в газете вы не получали ничего подобного?

М. Н.: Чтобы точно такое — нет. Нам никто не присылал послания из вырезанных букв.

Г. Э.: Есть ли еще какие-нибудь сведения, которые нам следует знать? Я имею в виду вообще? Что-нибудь, связанное с Айрис или Элис?

М. Н.: Малышка Элис… Боже мой… Альберт живет ради нее. Вы не понимаете. Он живет ради этой маленькой девочки. Словно она…

Г. Э.: Словно она что?

Допрашиваемая не отвечает.

Г. Э.: Словно она что, мисс Нельсон?

М. Н.: Словно она — единственный человек на всем белом свете. Только и всего. Единственный человек на всем белом свете.