Фотография из Люцерна - Уильям Байер

– Мы не впрягались по-настоящему, лишь приняли соответствующие позы. Она хотела, чтобы снимок выглядел нарочито постановочным: художественный образ, чтобы сразу всё было понятно. В этом суть, так она сказала. Она показала старинную фотографию из какой-то книги, тоже девушка и два парня. Только парни на той фотографии были одеты, вместо колесницы – повозка; а девушка, державшая хлыст, всем свои видом показывала, что это шутка. Шанталь сказала, что именно этот снимок послужил основой. Она собиралась использовать его как образец, воспроизвести сцену, только жестче и откровеннее. Обязательно в черно-белом цвете; сюжет и ракурс – в точности те же. Я спросил, почему это так важно, она ответила, что восхищена оригиналом и что люди, которые в теме, немедленно узнают источник.

– А кто снимал?

– Она поставила камеру на автоспуск: ее идея, ее аппаратура, ее воплощение. Как только раздавался сигнал, мы должны были принять правильные позы и замереть. Все время что-то не ладилось. Для первых снимков Шанталь обрядила нас в черные тканевые капюшоны. Однако потом посмотрела снимки и увидела, что при ярком освещении ткань просвечивает и наши лица можно разглядеть. Ей это не понравилось – рабы должны быть анонимными. Я сказал, что можно затенить на компьютере, но Шанталь уперлась: лица должны быть неразличимы и без всяких фоторедакторов. Поэтому она принесла маски из кожи, которые использовала во время сеансов, велела нам их напялить и пересняла все заново. Разместила снимок на своем сайте. – Он качает головой. – Жалко, что я не попросил экземпляр. Сайт больше не открывается. Похоже, она заблокировала его, когда решила уехать.

– Когда было сделано фото?

– Примерно два месяца назад. Чертовски удачный снимок: мощный, впечатляющий, загадочный, приводящий в замешательство. Все, как она хотела.

– Давайте вернемся к тому, как вы позировали. Вы утверждаете, второй мужчина вам не знаком. Это довольно странно.

– Почему странно? Нас друг другу не представляли. Просто парень, который согласился в этом поучаствовать. И все. В какой-то момент у него встал, и я решил, что происходящее его возбуждает.

– А вас – вас это возбуждало?

Джош улыбается.

– Она позировала для меня, а я – для нее. Нравилось ли мне? Конечно. Раньше я никогда не раздевался перед ней. Она тогда пошутила: «Если вдруг решишь исследовать грани своей покорности, сразу скажи». Это у нас были стандартные шуточки.

Скарпачи просит Джоша описать второго мужчину. Тот пожимает плечами.

– Вежливый, образованный, уверенный в себе. Наверняка не из неудачников.

– А на сеансах он вам ни разу не попадался?

Джон качает головой.

Тут я чувствую, что мое присутствие уже не требуется. Не знаю, какие у Скарпачи причины так интересоваться вторым «натурщиком», но поскольку Джош отложил альбом в сторону, я вполне могу уйти. Прошу прощения и встаю. Джош смотрит с несчастным видом и встает меня проводить.

– Все нормально, чего ты? – шепчу я.

– Я бы нашел занятие поприятнее, – шепчет он в ответ. – Ладно, в принципе – нормально.

У себя в лофте я снова рассматриваю колесницу Шан-таль, обдумывая все, что удалось узнать. Кожаные маски. Хлыст под названием «Черный шип». Израильская форма для сеансов денацификации. Игрушечная свинка в сейфе.

Что все это значит?

Считала себя работником сферы специфических услуг и исполняла все пожелания клиентов – только плати? Или делала все это по зову собственного сердца?

Ясно одно: к своей работе Шанталь относилась крайне ответственно. Она вся отдавалась роли, которую играла, – в точности так, как я отдаюсь своим.

Во время пробежки к озеру Лэйк-Мерритт на Четырнадцатой улице я снова натыкаюсь на Джейка. Он стоит рядом со своей полной объедков тележкой и при моем приближении ухмыляется.

– Привет, цыпочка! – А потом хриплым шепотом добавляет: – Берегись чувака в зеленом.

Я притормаживаю.

– Джейк, ты мне уже это говорил. О чем это ты?

Он отводит взгляд.

– Человек в зеленом. Берегись. – И бредет прочь.

Доктор Мод встречает меня крепкими объятиями.

– Вы словно помолодели, Тесс! А то в последнее время казались даже старше меня.

Она снова говорит, как ей понравилось представление. Рассказывает, что осталась на банкет и подслушивала разговоры зрителей.

– Думаю, многие были смущены и озадачены. Одна дама сказала, что нашла в героине черты «полдесятка местных богатых сук». А пожилой джентльмен заявил, что миссис Z – жалкая.

Спрашиваю, обратила ли она внимание на высокого худощавого парня с ястребиными чертами лица в черном костюме. Он тоже сидел в заднем ряду, рядом с ней.

Она кивает.

– Чуть со стула не падал, так подался вперед. Не отводил от вас глаз.

– Это Лео Скарпачи, детектив из Окленда, расследует убийство Шанталь. Пригласил меня на свидание. Обещает показать мне то, что я никогда не видела.

– Он вам нравится?

Я признаюсь, что да.

– Вот и хорошо. Симпатичный парень без фокусов. Был слегка не в своей тарелке, видно, что пришел ради вас. Джерри ведь там тоже был? – Я киваю. – Я уверена, что правильно идентифицировала его. Он приятнее, чем я ожидала. Он и этот детектив – совсем разные. – Она подыскивает слова. – Надеюсь, когда-нибудь вам захочется сделать спектакль про отца. Такие монологи – прекрасный способ побороть собственных демонов.

На прощание Мод, как обычно, обнимает меня и с лукавой улыбкой желает:

– Удачного свидания!

Теперь время бокса. Курт велит позвать его после разминки: будем отрабатывать блоки. Он показывает разные связки, заставляет меня проделывать движения медленно; потом я учусь блокировать его удары, уходить от захвата, парировать. Он показывает мне, как уклоняться, нагибать голову, скользить взад-вперед. Гоняет меня до полного изнеможения, а потом мы меняемся местами: я нападаю, он ставит блоки.

После тренировки я спрашиваю, знал ли он, что Мари имела еще одно имя – Шанталь. Не знал, отвечает он, пока не услышал по местному ТВ сообщение об убийстве.

– Здесь она всегда была Мари.

Я недоверчиво прищуриваюсь. Он отвечает мне сердитым взглядом.

– В следующий раз снова поработаешь с Роситой. Посмотрим, выйдет ли что-нибудь с блокировкой ее ударов.

– А если не выйдет?

– Продолжим тренировки. Пока не станет получаться.

Звучит как угроза. Это мне наказание за вопрос про Шанталь? Как-то это раздражает.

– Я знаю, ты к ней ходил. Тренировка здесь – сеанс там.

Он фыркает.

– Какой бы умной ты себя ни считала, Тесс, тебе еще предстоит многое узнать про боевые искусства.