Сирота Х. Человек из Ниоткуда - Грегг Гурвиц

Он подумал о том, как мало времени прошло до звонка Кэтрин – всего несколько дней с тех пор, как он попросил Морену найти ему следующего клиента. О том, что место, на котором она сидела в ресторане «Лотос дим-сам», не было целью снайпера, что Эван закрывал ее от него. О том, как быстро враг отследил его перемещения, сперва до ресторана, затем до мотеля. Потом Эван подумал о человеке, с которым говорил сейчас.

Кто же из них самозванец?

Если самозванцем была Кэтрин, следовало убираться с мансарды, и поскорее, пока не прибыл Слетчер и его команда.

Эван быстро пересек комнату. Дверные петли были хорошо смазаны, и дверь открылась беззвучно. Эван выглянул в коридор, посмотрел по сторонам, но никого не увидел.

Пока.

Ход его мыслей сместился в сторону Морены Агилар, которая, должно быть, жила сейчас с тетушкой и младшей сестрой в Вегасе. И Кэтрин, и этот человек назвали ее имя и дали ее описание. Морена была ключом, именно через нее Слетчер и его наниматели вышли на след Эвана. Каким-то образом они связали его с ней, вышли на нее, использовали в своем плане. А это означало, что она в опасности. А возможно, уже мертва.

Нужно было поехать в Вегас и найти ее.

Продолжая следить за коридором через приоткрытую дверь, Эван заставил себя сосредоточиться на телефонном разговоре.

– Как вас зовут?

– Гильермо Васкес. Мемо. Мемо Васкес. У меня большие неприятности. У меня нет грин-карты, я не могу обратиться к властям. Иза, моя дочь, тоже в опасности.

– Когда вы хотите встретиться?

– Сейчас. Por favor[6], прямо сейчас!

– Где вы живете?

Васкес назвал адрес в Элизиум-парке, криминогенном районе неподалеку от стадиона «Доджер». Там проживали представители рабочего класса.

– Утром в среду, – сказал Эван. – В десять утра.

– Может быть, это будет слишком поздно для нас, – отозвался Васкес. – Это же через два с половиной дня!

Эвану требовалось по меньшей мере два с половиной дня.

– Пожалуйста! – взмолился Васкес.

Он хотел встретиться как можно скорее. Это могло бы выглядеть подозрительно, но, учитывая обстоятельства, при которых Эвану обычно звонили, могло быть и совершенно в порядке вещей.

В коридоре по-прежнему никого не было. Лифт пришел в движение, но до последнего этажа не доехал. Эван покосился через плечо на спящую Кэтрин.

– Придется подождать, – сказал он и прервал звонок.

Подойдя к матрасу, Эван посмотрел на Кэтрин сверху вниз. Она тихо простонала во сне и перевернулась, положив руку на лоб, – ну прямо дама в беде с картинок Роя Лихтенштейна. Ее ресницы затрепетали.

Гильермо Васкес.

Кэтрин Уайт.

Кто-то из них лжет.

Присев в нескольких футах от женщины, Эван включил камеру на телефоне, выбрал режим ночного виденья, навел объектив на ее лицо и сделал фотографию.

Вернувшись к кухонному столу, он быстро написал записку: «Ушел по кое-каким делам. Оставайся на месте. Свяжись со мной в случае опасности. Э.»

Спускаясь по лестнице, Эван останавливался на каждом пролете и прислушивался, не доносится ли до него звук шагов.

В гараже никого не было. Он сел в свой «таурус» и без происшествий выехал с парковки, а после этого несколько раз объехал вокруг Даунтауна, в зеркало заднего вида следя за тем, нет ли хвоста. Лишь после этого Эван вырулил на фривей и направился в Вегас.

Он вспомнил о том, как выглядела Морена Агилар в день их первой встречи. Одетая в рабочую футболку из «Бенниз бургерз», сжавшаяся в кресле, как дикое животное, загнанное в угол, но не прирученное, готовая на все, чтобы защитить сестру. «Но она? Кармен ни разу в жизни не поступила неправильно». Он вспомнил, как глаза Морены загорались надеждой, когда она говорила о своей тетке, о возможности начать новую жизнь. Потом Эван представил, как огромный кулак Дэнни Слетчера стучит в ее дверь.

Никогда прежде он не выходил на связь с клиентом после завершения миссии. С Мореной, как и с другими, кому он помог за все эти годы, у Эвана был уговор – она не пытается связаться с ним, он не пытается связаться с ней. Но Десятая заповедь была важнее.

Никогда не допускай смерти невиновных.