Открывающий двери - Елена Чалова

— Ладно, — примирительно сказала Джо. — Тогда зайдем с другой стороны. Народная мудрость гласит, что рыбак рыбака видит издалека, и один псих всегда имеет шансы встретиться с другим, так?

Макс продолжал взирать на подчиненную хмуро и, вздохнув, Джо пояснила:

— Я ему жучок повесила, пока обнимала. Может, пригодится.

— Глория, его агент на должности мамки-няньки следит за ним, — буркну Макс, но уже почти мирно. Джо права — жучок не помешает.

— Вот тут и могут быть сюрпризы, — упрямо выпятив подбородок, возразила молодая женщина. — Он эту Глорию в грош не ставит. Мне кажется, он еще и радоваться будет, если сбежит от нее, как от няньки.

— Ладно, иди работать. Только сперва забери это… — Деррен ткнул пальцем в сторону рисунка. — Чтобы я его не видел.

— Шеф, художник подарил рисунок вам!

— Не нужен он мне!

— Тогда… пусть пока побудет у меня, — объявила Джорджина, и голос ее чуть дрогнул. — А если захотите забрать, с вас пиво за хранение!

Картон все еще стоял, прислоненный к столу. Перед ним на корточках сидел агент Бафер.

— Отваливай, — велела Джо. — Теперь это моя картина.

— В спальне повесишь? — хмыкнул коллега.

— А если и так? Все равно будет поприличней тех картинок, что можно найти в твоей спальне!

— Так его, Джо! — крикнул кто-то из ребят. Бафер пожал плечами.

— Да я ничего, — буркнул он. — Только странно вот… смотри.

Джорджина присела рядом с ним, и он указал пальцем на одного из корчащихся внизу рисунка гадов. Покрытое наростами и чешуей тело ящерицы венчала человеческая голова, губы кривились злобными словами, глаза навыкате с ненавистью смотрели на людей.

— Слушай… А ведь он похож на Айзека, — прошептала Джо.

— Точно, да? А то я думаю, может, мне показалось. Но ведь Айзек в тот день погиб. Когда рванул чертов склад, где была база производства крэка. Почему же…

— Почему же он не с нами, а среди тварей? — закончила вопрос Джо.

— Вы долго еще будете прохлаждаться?

Голос над головами прозвучал громом. Бафер от неожиданности сел на пол и под хихиканье коллег чуть не на четвереньках улепетнул к своему столу. Джорджина паниковать не стала, выпрямилась и сказала:

— Шеф, взгляните.

— Я видел.

— Но как же…

— Иди и занимайся делами. Или я сейчас возьму ножницы и лично уничтожу этот чертов рисунок!

Джо взглянула в серо-зеленые глаза спецагента Деррена, поняла, что шутки кончились, и отправилась к своему столу.

Макс пристроил картон за своим креслом, повернув его лицом к стене, и опять занялся отчетом. Однако в голову все время лез назойливый вопрос: что, черт возьми, происходит? Айзек погиб в ходе операции по ликвидации базы изготовителей синтетических наркотиков. Доказать они ничего не смогли, но существовало подозрение, что он продался кому-то и сливал информацию. И о предстоящей операции по захвату базы Айзек заранее не знал — Макс постарался. Деррен потер лицо ладонями и подумал: а не присмотреться ли к этому психованному цыгану попристальнее?

Вечером он позвонил женщине, на которую возложил наблюдение за художником.

— Как там дела, Глория?

Голос специального агента Деррена звучал хорошо. Были в этом голосе нотки теплые, доказывающие, что он тревожится о ней; и нотки строгие, чтобы женщина не сомневалась: ФБР на боевом посту и все под контролем.

Глория прерывисто вздохнула и ответила нарочито бодрым голосом:

— Все в порядке, Макс. Он лег спать. Думаю, до утра можем отдыхать.

— Спасибо, Глория. Вы тоже ложитесь, хорошо? У вас усталый голос.

— Спасибо, я постараюсь отдохнуть.

Макс повесил трубку и уставился на монитор. Там сигнал жучка бодро перемещался в сторону Чайнатауна.

— Спать он лег, — сварливо пробормотал Деррен. — Как же! Небось по девочкам собрался.

Джорджина, сидевшая перед монитором, протяжно вздохнула.

— Не ной, Джо, — тут же переключился на нее шеф. — Это не первая бессонная ночь в твоей жизни.

— Да я не о том… Не думаю я, что он пошел к девочкам.

— К мальчикам?

— Э? Нет, дело не в этом. Знаете, я почти уверена, что он идет к Скульптору. Сейчас найду адрес того дома, где они тогда встретились, на крыше.

Деррен некоторое время смотрел на сосредоточенное личико молодой женщины, потом протянул руку и погладил ее по мелко вьющимся волосам.

— Ты молодец, Джо. Давай, переключай аппаратуру на машину. Едем.

Когда Художник поднялся на крышу, ему показалось, что он попал в собственную картину. Лицо сидящего на кирпичном ограждении человека было клоунски раскрашено отблесками разноцветных огней китайского квартала. Ромиль сел на корточки, привалился спиной к стене. Некоторое время мужчины молчали. Потом Скульптор негромко сказал:

— Я рад, что ты пришел, демон.

Ромиль был готов услышать, что угодно, только не такое обращение и потому растерялся:

— Как ты меня назвал?

— Твоим именем, ибо в этом твоя суть.

— А твоя суть в том, что ты псих! Демон чуть не убил меня…

— Это неважно… И между своими бывают разборки. Но я точно знаю, кто ты, потому что я тоже…

— Что? — севшим голосом спросил Ромиль.

— Я тоже ношу в себе ад.

— Я не понимаю…

— Но ведь это так просто! Загляни в себя, Художник. Там, внутри, в твоей душе гнездится зло, ненависть, тьма. Ты выплескиваешь их на свои полотна. А ненависть гнездится в тебе, потому что ты отверженный демон. И ты должен быть повергнут… не за гордыню или зло, нет! Просто потому, что тебе незачем больше жить.

— Но…

— Загляни в себя! — голос Скульптора зазвучал громче. Он встал, и разноцветные пятна заскользили по его лицу. — Ты гордец, такой гордец, что жизни других для тебя ничего не значат… как и для меня. В глубине твоей души есть темный провал, и эта пропасть прямиком ведет в ад. Я знаю, что говорю, потому что и твой, и мой таланты родом оттуда, из преисподней. Скажи мне, Художник, смотришь ли ты хоть иногда на свои картины? Они ужасны, пугающи и наполнены зловещими испарениями, миазмами тьмы, что живет в тебе. Разве ты веришь в бога? Нет! Ты открываешь двери злу, чтобы оно наполняло наш мир…

Скульптор все говорил и говорил, но Ромиль слушал невнимательно. Он следил, как человек напротив него перемещается по крыше, медленно, но неуклонно приближаясь. В руке цыган сжимал нож, но его главным страхом был не убийца и его безумные речи. Он хотел и страшился заглянуть в глаза Скульптора, потому что только тогда он сможет определить, кто перед ним — демон или человек. И в какой-то момент белая полоса света упала на лицо того, кто обвинял его и призывал покинуть этот мир. Расширенные глаза Скульптора блестели безумным блеском, он уже видел перед собой смуглый лик демона, молчаливый и сосредоточенный… Еще немного, еще несколько убедительных фраз, и его шедевр будет завершен!