Вокзал - Олег Андреев

– Сегодня разговаривать с бригадиром не буду. А завтра чтоб как штык. Так, что у нас еще? – спросил устало Виктор Андреевич.

– Вот, бумаги от экономиста. Это по задолженности компании «Голдрейлвэй».

«Умница, хоть и полная дура, – подумал о секретарше Виктор Андреевич. – Именно об этом я и хотел узнать. Нет, справедливости ради надо сказать, что Ольга все-таки не полная дура, а дура с интуицией. А последнее у женщин иногда вполне может заменить ум».

– Значит, так – Вадима Саперова вызови ко мне!

«Надо с этими фокусами кончать! И решительно!» – давно уже такие мысли были в голове у Виктора Андреевича.

– Я звонила – он еще на работе не появлялся, – доложила секретарша.

"Орел, – возмутился про себя Ларин. – Уже первый час, а ему хоть бы что.

Наворотил тут дел и шатается неизвестно где. Хотя, наверное, просто отсыпается – накувыркался ночью с Лариской", – грубо и вместе с тем мучительно подумал он о неприятной ему связи дочери и Вадима.

– Виктор Андреевич, – залепетала секретарша. – А как быть с вашей женой?

Ведь если она приедет сюда, я не смогу не пустить ее в кабинет. Вы же сами это знаете…

Ларин рассеянно посмотрел на Ольгу и, не удостоив ее ответом, скрылся в своем кабинете. Уже сидя за своим столом, он опять вызвал секретаршу по селектору:

– Оля, что там львовский поезд?

– Полчаса назад уточняла – движется по расписанию.

– Хорошо. – Он отключил связь.

И тут же снова раздался звонок селектора.

– Да что такое? – недовольно спросил он секретаршу.

– Виктор Андреевич, вам дочь звонит, – настороженно проговорила Ольга. – Соединять?

– А ты как думаешь? – неожиданно спросил начальник, подавив тяжелый вздох.

Все-таки достали его сегодня домашние.

– Ой, Виктор Андреевич. Делайте, как вам лучше, – ушла от прямого ответа секретарша.

– Кто же знает, как оно будет лучше? – невесело усмехнулся Ларин. – Соединяй давай.

– Папа, ты че, обалдел совсем? – сразу стала «наезжать» Лариса. – Ты что с матерью делаешь? Или какая-то шлюха может перечеркнуть маме всю жизнь? Ты кто – старый кобель?

– Да как ты со мной разговариваешь, соплячка? – возмутился Ларин.

А про себя подумал:

«Ну что за гадская манера у жены – пользоваться запрещенными приемами и подключать к вопросам, касающимся только их двоих, дочь».

– Разговариваю так, как ты себя ведешь, – отпарировала дочь.

– Не лезь не в свои дела, я тебе еще раз говорю. А матери передай, что если она будет втягивать тебя в наши дела, то я поведу себя уже по-другому. Ты меня слышишь?

– Я ваша дочь. И все, что происходит между вами, касается меня в первую очередь. – Голос Ларисы дрогнул. – К тому же, папа, я уже взрослая и все понимаю. Ты мог бы со мной хоть раз поговорить по душам. Все-таки я тебе не чужой человек.

– По душам, – огрызнулся Ларин. – А она у тебя есть, эта душа?! Ты лучше бы со своим хахалем по душам разобралась.

– А вот это тебя уже точно не касается.

– Ага, значит, то, что происходит у меня с матерью, тебя касается, а что происходит у тебя с дружком, меня не касается. Ты лучше бы отыскала своего бойфренда. Где его носит в середине рабочего дня?

– Папа, почему ты так не любишь Вадима? – сухо спросила Лариса.

– Да потому, что он подонок! И мне жуть как обидно, что именно такие нравятся моей дочери.

В это время дверь кабинета бесцеремонно открылась и без доклада секретарши вошел Вадим.

– О, легок на помине, – взглянул на вошедшего Виктор Андреевич, а в трубку сказал:

– Объявился твой ненаглядный.

– Дай мне с ним переговорить. – Лариса сама уже несколько часов разыскивала Вадима, но его мобильник был снова отключен, а по другим телефонам отвечала секретарша или автоответчик.

– После. Сейчас мне самому хочется сказать ему пару ласковых. – Ларин, не попрощавшись с дочерью, положил трубку. – Ну так что, молодой человек? Долго это будет продолжаться?

И Ларин пустил по столу расчеты по задолженности прямо в руки Вадиму. Тот бегло просмотрел цифры, положил бумаги на стол и сказал:

– Какие мелочи, – и полулег в кресло у журнального столика, вытянув перед собой длинные ноги. – У вас пиво не найдется?

– Не найдется. Чай могу предложить, – пытался сдерживаться Ларин.

– Что так? Почему так негостеприимно? – куражился, продолжая оставаться внешне неуязвимым и даже игривым, Вадим.

– Значит, так! Мне с тобой тут некогда словоблудием заниматься.

Вадим напрягся, уставившись злым, немигающим взглядом на начальника вокзала.

– С тобой, как с человеком, – продолжал Виктор Андреевич все еще сдержанно. – Дали тебе возможность дело свое начать, все услуги предоставили на льготных условиях…

– Вот это мне очень нравится, – хмыкнул Вадим. – Что значит – дали возможность? Кто это дал? Вот с этого места, пожалуйста, поподробнее. И поточнее, поконкретнее. А то неизвестно еще, кто словоблудие здесь разводит, – уже жестко закончил Вадим.

Ларин уже открыл рот, чтобы выругаться, но в этот момент раздался селекторный звонок.

– Что еще? – включил селекторную связь начальник вокзала.

– Виктор Андреевич, с вами говорит старший кассир, – взволнованно проговорила служащая.

– Слушаю, Елена Леонидовна, – буркнул раздраженно начальник вокзала.

– Виктор Андреевич. У нас здесь черт знает что происходит. Вы только сегодня сами ругались, что в кассах очереди, что работаем медленно. А теперь получается, у нас и кассиров забирать стали. И не просто так, а в милицию. Я не знаю, кому пришло в голову именно сегодня такое сотворить, когда вы сами говорили, что необходимо… – продолжала тараторить возмущенная старшая кассирша.

– Подождите, Елена Леонидовна, я ничего не понимаю. Давайте все по порядку.

– А что тут понимать? Беспредел сплошной…

Ларин устало закрыл глаза рукой, продолжая слушать старшего кассира. Вадим в это время снял трубку другого телефона и набрал номер:

– Алло! Экскурсионное бюро? Там Валя еще не появилась?.. Что значит – опять? Буду звонить, пока она не появится… Да! И вы мне будете вежливо отвечать. Договорились?

Ларин закончил разговор и с нетерпением ждал, когда Вадим закончит свой. А Саперова, казалось, совсем не волновало, что его ждут.

– Нет, вот ты мне, лапочка, скажи. Ну где она может шататься? – продолжал Вадим говорить в трубку, нагло поглядывая в глаза Виктору Андреевичу. – Да знаю я все ее расписания экскурсий, что ты мне паришь? – продолжал Саперов. – Нет у нее сейчас никакой работы. И внеплановой не может быть. В общем, ласточка моя, когда Валя появится, ты скажи, что искал ее любимый котик. Нет, именно скажи, что котик, – она поймет.