Откровения людоеда - Дэвид Мэдсен

Поедание плоти — это убийство.

Не воображай ни на мгновение, что я безоговорочно вернулся к вере своего детства, Лучиано — вовсе нет! На самом деле, то, что я поддерживаю — признаюсь, почти ненамеренно, но с величайшей и просветленной радостью — эта философия гораздо старше, чем учения Святой Матери Церкви, учение, которое было несомненным в устах благородного Назарся, какие бы противоположные этому вещи ни утверждались папскими властями. Я воспользовался более старой, мудрой, правдивой верой, Лучиано, которая известна как «Гностицизм». Чтобы быть точным, я самостоятельно вывел самый главный принцип и догмат Гностицизма, разделяемый всеми древними сектами Гностиков: принцип Дуализма. Я уже описывал его для тебя в этом отчете — каждое существо является и добрым и злым, и черпает свою божественность или ее противоположность в трансцендентности абсолюта. Эти две действительности непрерывно воюют друг с другом, и наше земное существование является полем их битвы. Здесь я перехожу к учению, данному мне Доном Лукой, деградировавшего и лишившегося власти священника Церкви, которой он служил столь преданно большую часть своей жизни. Церковь оставила его ни с чем для того, чтобы огородить его от распространения правды, которую он самостоятельно открыл.

Едва ли мне нужно добавлять, Лучиано, что зло, безусловно, рождается из плоти само по себе — так как плоть, материальная форма, является прямым инструментом разъединения и разделения, эту экзистенциальную конкуренцию чудовище так хорошо понимает. Плоть всегда и везде является антитезой любви. Мы заключены в эту плотскую реальность, и нашим заданием является привнести в темноту столько света, сколько мы можем; прежде всего, это означает отказ от подчинения закону конкуренции, присущего земной жизни, и предполагает преданную приверженность духовной практике, которую я назвал «Жертвенностью». Это словно плевок в лицо демонического создателя плоти.

Мир полон ангеле и демонов, Лучиано! Они повсюду! Мы двигаемся среди них, словно рыба, двигающаяся среди речных водорослей, но мы слепы к их вездесущему присутствию — и это является нашей главной трагедией. Ангелы непрестанно зовут нас к предстоящей выдающейся добродетели, в то время как демоны, жаждущие почувствовать плоть, которая своей духовной конституцией по природе отвергает их, демоны скитаются вокруг, словно дикие чудовища, ищущие жертв, они высматривают людей, чтобы обладать ими и управлять ими. Мы должны быть очень бдительными! Как я уже сказал ранее в этом отчете, я уже назвал имя низкого существа, которое обладает душой чудовища и принуждает его совершать извращения; знать имя этого создания означает иметь определенную власть над ним, и вследствие этого теперь я боюсь меньше, чем прежде.

Не ешь плоть, Лучиано! Избегай убивать во имя гастрономического снобизма! Раздели со мной принципы Жертвенности! Я могу легко организовать для тебя встречу с Доном Лукой, если тебе интересно — просто для того, чтобы послушать, что он говорит о том, что он знает, — о том, что опыт превращения по сути своей является истинной μετανοια[165]Я знаю это, Лучиано, поскольку я сам это испытал.

Мы должны уничтожить чудовище — нет, нет, я не напишу снова это имя! — послушай, они говорят со мной сейчас, его омерзительные духи — позволь мне сделать это, дай мне это право, после всех страданий, которые он заставил меня перенести, я заслуживаю этого — но не ешь плоть, откажись от любой плоти — я-то уж точно не буду —

(Здесь отчет обрывается)

Отчет зарегистрирован Лучиано Касти, главным офицером медицинской службы.