Центр мира - Михаил Кречмар

– На самом деле Тара кругом права, – сказал Зим, глядя на двор, в котором, несмотря на поздний час, возились ребятишки. Во дворе была детская площадка, сделанная в виде средневековой крепости, и одна группа успешно вела боевые действия против другой. – Какого чёрта вам в конечном счёте от меня нужно и как скоро ты перестанешь стоять у меня за спиной, предоставив меня моей судьбе – журналиста-международника с архипелага Туамоту?

– Далось тебе это Туамоту, – хмыкнул Макс, проверявший в это время почту на своём ноутбуке. – В Россию что, совсем не хочется?

– Если честно – нет. Ну не верю я вам ни на грош. И если играю с вами во все эти игры, то только потому, что надеюсь выиграть амнистию для людей, по чистой случайности оказавшихся рядом со мной в определённый момент жизни, – ламутских пастухов с Охотского побережья.

– Так уж только и поэтому, – с сомнением покачал головой Макс и оторвался от созерцания жидкокристаллического экрана. – А мне казалось, что ты способен играть в Большую Игру ради самой Игры. И, кстати, так кажется не только мне, но и моему начальству. Твоя ирландская подруга тоже так считает. У меня создалось впечатление, что она тебя за это и любит.

– Когда кажется, креститься надо, – уныло отозвался Зим. – И почему всякие мудаки так любят придумывать мотивацию поступкам других людей?.. И какова, по-твоему, наша задача в этой игре?

– Задача-максимум – вывезти этого так называемого Эмира, вождя синьцзянских сепаратистов, на территорию СНГ. И здесь выбить из него все сведения о связях уйгуров с чеченцами и их странными покровителями на Аравийском полуострове.

– Совсем с ума посходили, – вздохнул Зим. – Эмира им вывезти! На блюдечке с голубой каёмочкой. Как говорил небезызвестный литературный персонаж: «А от жилетки рукава? Или от мёртвого осла уши»?

– У нас уже так не только литературный персонаж, а целый президент так говорил. Но тем не менее…

Зим сокрушённо покачал головой и вышел в соседнюю комнату. Оттуда он вернулся с какой-то книжкой в руках, оказавшейся энциклопедическим словарём. «Эмир – в мусульманских государствах властитель, которому принадлежит высшая светская власть. Последним воинствующим эмиром считается ныне действующий президент Ирака Саддам Хусейн».

– Вот так, – сказал Зим, закончив чтение. – Это тебе ликбез. Последнего эмира уконтрапупил президент Соединённых Штатов Америки. А предпоследнего – храбрейший князь Барятинский. Я ничего, я не намекаю и не нагнетаю, просто ставлю тебя в известность, во что мы ввязываемся. Я способен понять многое, кроме одного: какого лешего российские спецслужбы занимаются этим сами? Неужели, раз уж нам так приспичило, нельзя локализовать местоположение этого хухрика, а потом мирно сдать китайцам? Те-то его уж точно расстреляют. А в нашей стране, пропитанной с недавних пор страсбургскими ценностями, вообще оправдать могут…

– На первый взгляд ты оказываешься прав. Кстати, мне нравится твой патриотизм по отношению к Туамоту – ты всё чаще и чаще употребляешь выражение «в нашей стране». Дело в том, что существует точка зрения – и она отнюдь не абсурдна, – что основные неприятности деятельность этого Эмира готовит как раз нам – не Туамоту, а той стране, которую ты променял на это островное государство. И мы допускаем, что китайцы вполне могут глядеть сквозь пальцы на деятельность Эмира, особенно имея с его стороны некие гарантии того, что его активность со временем переместится на просторы СНГ.

Солнце ещё только готовилось выступить из-за гряды покатых бурых холмов, образовавших линию горизонта на востоке. Лица людей, собравшихся в неглубоком овраге на окраине маленького городка Уту на северо-западе СУАР, были сосредоточены. Измаил Башири заканчивал читать молитву. Совершив последний поклон, он встал, отряхнул песок с чепана. Подбежавший мальчик-уйгур свернул за ним коврик. Все присутствующие, а их было около трёхсот, поднимались на ноги и сразу же брали в руки лежавшие рядом автоматы.

«Сегодня очень важный день в истории всего мусульманского мира, – наставлял их генерал Омар, – поэтому всем воинам необходим намаз. Он докажет колеблющимся, что они здесь имеют дело не со случайным сбродом со всех концов мира, а с истинными борцами за Веру».