Человек Без Лица - Альфред Бестер

Пауэл кивнул Беку, и тот начал вставлять перфокарты.

– Вы совершенно правы, комиссар, – ответил Пауэл. – Теперь коснемся обстоятельств. Первое: скажите-ка, де Сантис, каким образом Рич оглушил охрану?

– К тому же, господа… – продолжил Крэбб.

– Ионизатором родопсина, – резко отчеканил де Сантис. Он достал пластмассовую горошину и перебросил Пауэлу, который продемонстрировал ее всем остальным. – Человек по фамилии Джордан придумал эту штуку для частной полиции Рича. У меня есть эмпирическая формула изготовления ионизатора, которую можно ввести в компьютер, а также созданный в нашей лаборатории образец. Не желает ли кто-нибудь его испытать?

Прокурор не проявил энтузиазма.

– В этом нет необходимости. Моз и без испытаний может сделать вывод.

– И в связи с этим, господа… – подводил итог Крэбб.

– Нет уж, позвольте, – с деланной приветливостью возразил де Сантис. – Не увидев собственными глазами, вы нам не поверите. Это совсем не больно. Вы всего-навсего становитесь non compos на каких-нибудь шесть или семь…

Шарик начал расползаться в пальцах Пауэла. Яркая вспышка голубого пламени метнулась Крэббу прямо в нос. Комиссар умолк на полуслове и свалился как пустой мешок. Пауэл в ужасе озирался.

– Силы небесные! – воскликнул он. – Что я наделал? Эта горошина сама растаяла в моей руке. – И, повернувшись к де Сантису, строго сказал: – Слишком тонкая оболочка, де Сантис. Полюбуйтесь, что вы натворили с комиссаром.

– Я натворил?

– Передайте эти материалы Мозу, – вмешался прокурор, стараясь говорить бесстрастно и сухо. – Такие данные он примет.

Тело комиссара бережно уложили в глубокое кресло.

– Итак, об обстоятельствах убийства, джентльмены, – продолжал Пауэл. – Вот, не угодно ли взглянуть? Рука быстрее глаза. – Он продемонстрировал собравшимся револьвер из музея полиции. Вынул патроны, затем из одного вытащил пулю. – Именно так поступил Рич с револьвером, полученным им накануне убийства от Джерри Черча. Он сделал вид, что обезвредил револьвер. Ложное алиби.

– Кой черт ложное? Револьвер действительно не может выстрелить. Это показания Черча?

– Да. Там у вас записано.

– Тогда даже не стоит беспокоить Моза, – прокурор брезгливо отшвырнул бумаги. – У вас нет улик.

– Улики есть.

– Разве можно убить холостым патроном? В вашем протоколе не сказано, что Рич вторично зарядил патрон.

– Он его не заряжал.

– Что правда, то правда, – едко вставил де Сантис. – Ни в ране, ни в комнате мы не нашли ничего похожего на пулю. Ничего!

– Нашли, любезнейший. Только мы не сразу сообразили, что к чему.

– Не было там ничего! – крикнул де Сантис.

– Полноте, де Сантис, ведь вы сами и нашли то, что помогло мне подобрать ключ. Помните комочек глазури во рту де Куртнэ? Вспомнили? А в желудке не оказалось никаких следов печенья.

Встретив изумленный взгляд де Сантиса, Пауэл усмехнулся. Он взял пипетку и наполнил водой сделанную из глазури капсулу. Затем он вставил ее в гильзу патрона и зарядил револьвер. Установив на краю стола деревянную панельку, Пауэл прицелился и нажал на курок. Последовал негромкий, как бы приглушенный звук взрыва, и панелька разлетелась на куски.

– Бог мой… да как же это? – вскрикнул прокурор. – Неужели там была только вода?

Он начал перебирать кусочки дерева.

– Вода, и больше ничего, – ответил Пауэл. – Из револьвера можно выстрелить не пулей, а просто унцией воды. Причем начальная скорость будет достаточно велика для того, чтобы вышибить человеку затылок, если вы стреляли в мягкое небо. Вот почему Ричу было необходимо выстрелить своей жертве в рот. Вот почему мы ничего другого не нашли. Там ничего и не было.

– Передайте это Мозу, – слабым голосом произнес прокурор. – Честное слово, Пауэл, я начинаю верить, что мы наскребем достаточно улик.

– Прекрасно. И последнее – мотив. Изучив финансовые отчеты «Монарха», мы пришли к выводу, что де Куртнэ загнал Рича в тупик. Рич не мог одолеть конкурента, и ему оставалось только сделаться его компаньоном. Он предложил де Куртнэ объединить капиталы, но тот отказался. Тогда Рич убил де Куртнэ. Наши выводы вам кажутся логичными?

– Вполне. Вот только покажутся ли они логичными старику Мозу? Суньте все это ему, и поглядим.

Они вставили в компьютер оставшиеся перфокарты, хорошенько раззадорили «старика», сразу включив его на максимальную мощность, и Моз принялся за дело.

Он сосредоточенно мигнул. В нем что-то тихо заурчало. Послышалось прерывистое сопение. Пауэл и остальные со все возрастающим нетерпением ждали ответа. Внезапно Моз икнул. Раздался тихий звон: «Динь-динь-динь-динь-динь», и руки-рычаги начали колотить по чистой ленте.

С РАЗРЕШЕНИЯ СУДА, – ответил Моз. – СОГЛАСНО ХОДАТАЙСТВУ НЕУМЫШЛЕННИКОВ И ВОЗРАЖЕНИЮ ПРОТИВНОЙ СТОРОНЫ, ПОДПИСИ. СС. ПРЕЦЕДЕНТ: ХЭЙ прот. КОГОУЗА И РЕШЕНИЕ СУДА ПО ДЕЛУ ШЕЛЛИ.

– Что это он? – Пауэл вопросительно взглянул на Бека.

– Резвится.

– Нашел время!

– С ним это иногда случается. Попробуем еще раз.

Они снова вставили в компьютер перфокарты и добрых пять минут подзадоривали «старика».

И опять Моз заморгал, засопел, опять внутри у него заурчало, а Пауэл и все остальные, встревоженные, ждали ответа. Чтобы узнать этот ответ, десятки людей напряженно трудились целый месяц. Но вот застучали по перфоленте руки-рычаги.

РЕЗЮМЕ 921,088. СЕКЦИЯ С-1. МОТИВ, – сказал Моз. – НЕДОСТАТОЧНО ПОДТВЕРЖДЕНЫ ДОКУМЕНТАЦИЕЙ ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ МОТИВЫ ПРЕСТУПЛЕНИЯ. ШТАТ КФ прот. ХАНРАХАНА И ПОСЛЕДУЮЩИЙ РЯД ПРЕЦЕДЕНТОВ.

– Эмоциональные мотивы? – растерялся Пауэл. – Что он, ополоумел? Да ведь тут корыстные мотивы. Бек, проверьте секцию С-1.

Бек проверил.

– Там все в порядке.

– Попытаемся снова.

Компьютер запросили в третий раз, и на сей раз он ответил во существу:

РЕЗЮМЕ 921,089. СЕКЦИЯ С-1. МОТИВ. НЕДОСТАТОЧНО ПОДТВЕРЖДЕНЫ ДОКУМЕНТАЦИЕЙ КОРЫСТНЫЕ МОТИВЫ ПРЕСТУПЛЕНИЯ. ШТАТ КФ прот. РОЙЯЛ 1197 ВЕРХ. СУД 388.

– Вы как следует подготовили материалы для С-1? – спросил Пауэл.

– Мы сделали все, что сумели, – отозвался Бек.

– Простите, – Пауэл повернулся к остальным. – Нам с Беком придется переброситься несколькими мыслями. Надеюсь, вы не возражаете. – Он обратился к Беку.

– Ну-ка уберите блоки, Джексон, дайте мне взглянуть. Что-то уклончивое померещилось мне в вашем последнем ответе. А ну-ка мы…

– Честное слово, Линк, я представления не имею…

– Если бы вы имели представление, это была бы уже не уклончивость, а просто ложь. А ну-кась. А-а… Конечно! Дурень. Вы считаете себя виновным в том, что не готова расшифровка.