Смерть дня - Кэти Райх

Дорожка от берега вела, словно туннель, через главное управление гавани, квадратное белое здание с узким проходом на третьем этаже на крыше и открытой верандой на первом. Справа двери вели в умывальни и прачечные. Офисы "Апекс реалити", строителя парусных судов и владельца гавани, располагались слева.

Мы прошли через туннель, спустились на дрейфующий трап с горизонтальными деревянными стояками и свернули к самым дальним докам. По пути Кэти рассматривала каждую попавшуюся лодку. "Экстази", двенадцатиметровый "Морган" из Норфолка, Виргиния. "Блю Палм", сделанная на заказ шестнадцатиметровая лодка со стальным корпусом и парусом, как для кругосветного путешествия. "Хиллбилли Хевен", классическая моторная яхта тридцатых годов, когда-то элегантная, а теперь потрепанная и уже непригодная для морского плавания.

"Мелани Тесс" стояла последней справа. Кэти оглядела почти тринадцатиметровый "Крис-Крафт", но промолчала.

– Погоди секунду, – сказала я, кидая сумки на пристани. Ступила на палубу, поднялась на мостик и набрала комбинацию чисел на ящике с инструментами справа от сиденья капитана. Потом вынула ключ, открыла дверь в кормовую часть лодки, откинула задвижку и спустилась на три ступеньки в главную каюту. Внутри веяло прохладой, пахло деревом, медью и сосновым дезинфицирующим средством. Я открыла вход со стороны порта, Кэти передала мне продукты и сумки и взошла на борт.

Мы с дочерью без слов кинули вещи в главной каюте и побежали исследовать яхту. Эта традиция появилась, когда Кэти была еще маленькой, и останется самым любимым пунктом программы, сколько бы мне ни исполнилось. "Мелани Тесс" я не то чтобы не знала, но не видела лет пять и очень хотела взглянуть на изменения, которые расписывал Сэм.

Мы обнаружили камбуз в двух шагах от салона. Там стояла плита с двумя горелками, раковина и деревянный холодильник со старинным вместилищем для льда. На полу положен паркет, стены, как и везде, из тика. По правому борту – уголок для столовой, а на диванчике валяются ярко-розовые и зеленые подушки. Чуть дальше камбуза расположились чулан, гальюн и V-образная койка, просторная даже для двоих.

На корме находилась каюта хозяина, а в ней – кровать королевских размеров и зеркальные шкафы. Как в салоне и в столовой, стены – из тика, украшения – из ярких материалов. Кэти с облегчением обнаружила в хозяйском гальюне душ.

– Здорово, – сказала Кэти, – можно мне занять V-образную кровать?

– Ты точно туда хочешь? – спросила я.

– Сто процентов. Там так удобно, я устрою себе маленькое гнездышко и поставлю на полки все свои мелочи.

Она притворилась, будто расставляет и поправляет какие-то вещи.

Я рассмеялась. "Место для моих вещей" Джорджа Карлина – одна из наших любимых комедий.

– К тому же я здесь только на два дня, так что ты и забирай большую кровать.

– Ладно.

– Смотри, записка с твоим именем.

Она взяла со стола конверт и передала мне. Я разорвала бумагу и вытащила записку.

«Вода и электричество подключены, так что все удобства на месте. Позвони, когда устроитесь. Хочу сводить вас перекусить. Удачного отдыха. Сэм».

Мы разложили продукты, потом Кэти пошла разбирать вещи, а я позвонила Сэму.

– Ну как, дорогуша, свили гнездышко?

– Мы здесь всего двадцать минут. Она прекрасна, Сэм. Поверить не могу, что это та же самая лодка.

– Всего лишь немного денег и труда.

– Заметно. Ты бываешь здесь?

– Да. Поэтому там есть телефон и автоответчик. Многовато для лодки, но я не могу пропустить ни одного сообщения. Можешь пользоваться.

– Спасибо, Сэм. Правда спасибо.

– Черт, я там не так часто бываю. Кто-то должен на ней пожить.

– Ну, еще раз спасибо.

– Как насчет ужина?

– Я не хотела бы навязываться...

– Да брось, мне тоже нужно есть. Вот что я скажу. Я еду покупать продукты в "Гей сифуд маркет" для какого-то проклятого блюда, которое Мелани собирается приготовить завтра. Давайте встретимся у платформы Фэктори-Крик. Ресторан справа, чуть дальше "Олли", но не доезжая до моста. Там не слишком круто, зато можно попробовать восхитительные креветки.

– Во сколько?

– Сейчас шесть сорок. Как насчет половины восьмого? Надо зайти в магазин и заехать за Гарли.

– При одном условии. Я плачу.

– Ты железная женщина, Темпе.

– Со мной не шути.

– Планы на завтра не изменились?

– Если ты не против. Я не хочу навя...

– Понял. Понял. Ей рассказала?

– Еще нет. Она поймет, как только встретится с тобой. Увидимся через час.

Я кинула сумку на кровать и пошла на мостик. Солнце уже заходило, последние лучи окрасили мир в теплый малиновый цвет, засияли пламенем на воде справа и оттенили белого ибиса, стоявшего в траве. Мост к Бофорту выделялся черным на фоне розового, точно хребет какого-то древнего чудовища, изогнувшегося в небе. Лодки морского города перемигивались с нами через реку.

Хотя день уже сменился прохладным вечером, воздух оставался атласным. Легкий ветерок трепал волосы и укутывал ими лицо.

– Какие планы?

Ко мне присоединилась Кэти. Я посмотрела на часы:

– Через полчаса встречаемся с Сэмом Рейберном и идем ужинать.

– С тем самым Сэмом Рейберном? Я думала, он умер.

– Он и так умер. Наш Сэм – мэр Бофорта и старый друг.

– Насколько старый?

– Старше меня. Но передвигается пока самостоятельно. Тебе он понравится.

– Минутку. – Она ткнула в меня пальцем, в глазах засверкала мысль. – Тот парень с обезьянами?

Я улыбнулась и склонила голову набок.

– Значит, вот куда мы идем завтра? Нет, не отвечай. Конечно, туда. Поэтому я и делала анализы.

– Ты ведь их проверила?

– Поездка в санаторий отменяется, – сказала она, вытягивая руку. – Туберкулезом я не болею.

* * *

Когда мы приехали в ресторан, мотоцикл Сэма уже стоял на парковке. Прошлым летом он присоединился к коллекции любимых игрушек из "Лотуса", парусной лодки и сверхпортативного компьютера. Я до сих пор не поняла: то ли Сэм так борется со средним возрастом, то ли пытается вернуться к человеческому обществу после стольких лет жизни с приматами.

Хотя Сэм на десяток лет меня старше, мы дружим уже больше двадцати лет. Познакомились, когда я училась на втором курсе, а Сэм – второй год в аспирантуре. Мы потянулись друг к другу скорее всего потому, что наши жизненные пути сильно различались.