Левиафан - Дэвид Линн Гоулмон

— Как он себя чувствует? — поинтересовался Найлз со своего места у левого борта странного летательного аппарата.

Обернувшись, Сара посмотрела на полтора десятка солдат, помогавших осуществить штурм. Большинство спали, несколько болтали и шутили — точь-в-точь, как любые солдаты по всему миру. Пока что высокий негодяй, командующий ими, не соизволил подойти к пленникам с момента отлета. Им не сказали ни слова, если не считать предложения выпить кофе. В данный момент до их разговоров никому нет ровным счетом никакого дела.

— Использованный ими наркотик очень мощный. Наверно, такое долгое беспамятство как-то связано с тем, что ему попали в шею.

— Сколько живу, а не в состоянии постичь нашего друга, — сенатор Ли кивнул на Фарбо, осторожно двинув правым плечом, чтобы не разбудить Алису.

— Он опасный человек, — без особой симпатии отметила Вирджиния.

— Они хотели его убить. Как ни крути, он спас жизнь юной Макинтайр, что придает ему загадочности, — заметил Ли.

— Найлз, а что там было слышно от капитана Эверетта напоследок?

— Последнее сообщение гласило, что они получили посылку и возвращаются. Я не дал ему возможности уточнить, какого рода эта посылка, из-за соображений безопасности связи, — ответил Комптон на вопрос Вирджинии.

— Что ж, надеюсь, мистер Эверетт окажется ищейкой не хуже Джека… — Поглядев на Сару, сенатор осекся, не окончив фразу.

Она медленно встала, а Алиса проснулась, услышав, что Гаррисон Ли вышел за рамки. Она продолжала опекать его даже во сне.

— Послушайте, хватит вам выплясывать на цыпочках вокруг меня из-за Джека. Я прежде всего солдат, и порой мы теряем людей. Так что не водите себя за нос, думая, будто я разваливаюсь на кусочки всякий раз, когда кто-нибудь упомянет его имя. Пожалуйста, бросьте это к чертям.

Остальные четверо поглядели на нее, но ничего не сказали.

— Храбрая малышка Сара! Порой мне хочется быть хоть вполовину таким же храбрым. Но кто кого водит за нос?

Обернувшись, Сара посмотрела на полковника Фарбо, приподнявшегося на локте и глядевшего на нее снизу вверх. Сияв со лба мокрую тряпку, он принялся разглядывать ее с расстояния вытянутой руки.

— Милосердие к поверженному врагу? — Он выпустил тряпку, шлепнувшуюся на покрытое резиной днище.

— Сара всегда питала слабость к раненым животным, — выложила Вирджиния, шокировав остальных.

— Действительно, и уверяю вас, мисс Поллок, сие животное благодарно за ее человечные труды, — откликнулся Фарбо, на миг встретившись с Вирджинией взглядом.

— Покамест, полковник, мы пребываем в полнейшем неведении по поводу того, почему вы выбрали именно этот момент для визита в группу «Событие». Просто воспользовались случаем из любопытства или с некими темными намерениями? — спросил Найлз, вставая и вручая Фарбо чашку чуть теплого кофе.

— A-а, директор Комптон, мы наконец-то повстречались лично. — Прихлебывая кофе, Фарбо поднял глаза и увидел старика с повязкой на глазу. И тотчас сел, хоть от этого разболелась голова. — Легендарный сенатор Ли! Я воистину в изысканной компании, — он сделал полупоклон.

— Восхищение врага всегда приятно; когда-нибудь это может оказаться на руку, — прокомментировал Ли, кивая полковнику.

— Как вам известно из наших перипетий в прошлом, директор Комптон, шанс время от времени отождествляется с моим именем.

Ответ Фарбо встретило молчание, потому что кабину вдруг заполнил негромкий вой. Тон звука парных реактивных двигателей изменился, а нос конвертоплана опустился книзу. Впервые за время полета могучий командир штурмовой группы пробрался к ним из пилотской кабины, по пути кивнув нескольким самым дюжим. Потом сверху вниз поглядел на своих шестерых пленников в первых лучах солнца, заглянувших в окна кабины.

Мы прибыли к точке встречи. Если выглянете в окна по левому борту, то благодаря любезности нашего нилота станете свидетелями зрелища, какого еще ни разу не видывали. — Он неспешно опустился в свободное кресло рядом с Фарбо, поглядевшего на него с пренебрежением и поднявшегося на трясущихся ногах, придерживаясь за ремень. — Пожалуйста, сядьте и расслабьтесь; по-моему, вам это вполне поправится. Назовем это познавательным уроком, — произнес великан с ирландским акцентом.

Аппарат терял высоту куда быстрее, чем любой коммерческий самолет. Благодаря укороченным крыльям корпус конвертоплана сохранял исключительную стабильность даже при отвесном снижении к поверхности моря. Фарбо пришлось поспешно сесть, стараясь не расплескать кофе.

— Обычно аппарат зависает над водой, а потом втягивает крылья и герметизирует воздухозаборы, что позволяет нам нырять под воду и встречаться с кораблем-маткой там. Однако мы сочли необходимым продемонстрировать вашей стране — и остальным, — с чем вы имеете дело. — Боевик оглядел лица сидящих перед ним. Конвертоплан уже находился в шестистах футах над гребнями волн.

Они смотрели в иллюминаторы левого борта, когда прямо внутреннее ухо пронзил оглушительный писк. Найлз и остальные сжали головы ладонями.

— Приношу извинения, по мы отмечаем свое местоположение с помощью сигнала, легко проходящего сквозь воду. Услышанный вами акустический всплеск — кодированная передача, помимо прочего, сообщающая нашу высоту и местоположение с точностью до полудюйма. Мы не хотим несчастных случаев. Киты и дельфины тоже слышат тон, выходящий за диапазон человеческого слуха, так что для них это сигнал убраться отсюда подальше.

Внезапно сигнал закончился, и все посмотрели на поверхность воды внизу. Залив на рассвете был совершенно безмятежен, позволив солнцу усеять волны золотистой россыпью бликов. Вдруг вода ярдах в трехстах сбоку от конвертоплана приобрела более светлый оттенок зеленого. Найлз украдкой бросил взгляд на здоровяка, следившего за их реакцией с улыбкой. А повернувшись обратно к большому иллюминатору, Комптон увидел огромные пузыри, лопающиеся на поверхности залива. Некоторые достигали добрых ста футов в диаметре и вздымались в воздух еще футов на пятьдесят, прежде чем лопнуть, демонстрируя нечто вроде взрыва парового котла.

— Господи, помилуй, — пробормотал Ли в изумлении.

Они увидели, как из глубин прозрачного моря вздымается какой-то силуэт. Им было и невдомек, что именно это место залива выбрано за исключительную прозрачность воды. У них на глазах нос исполинского судна вознесся из хлябей, круглый и громадный. Субмарина вспорола поверхность Мексиканского залива со взрывным выбросом вспененной добела воды и брызг, а затем продолжила подъем, будто стремясь вырваться из неприятной и враждебной среды. Она все поднималась и поднималась, и казалось, этому не будет конца, а затем поднялась еще выше. Они увидели, как боевая рубка, пробив поверхность, начала выдвигаться, обратившись в 125-футовый небоскреб, но монстр еще тревожил воздух и море своей протяженностью. Он возникал из моря, как мифическое чудовище в многократно замедленном показе кино.

— Просто не верится! — чуть ли не взахлеб выдохнул Найлз.