Пленники темной воды - Александр Уваров

11 сентября, 1994, воскресенье, 23.45, Таллинн

— Ты храпишь! С тобой совершенно невозможно заснуть!

Вильяр послушно перевернулся на бок и покрепче сжал зубы, чтобы прежде времени ненароком не засопеть.

— Я уже полчаса пытаюсь заснуть…

Лииза говорила всё тише и тише. Потом замолчала.

По чуть слышному посапыванию Вильяр понял, что она наконец заснула.

«Вот поругались ни с того ни с сего» с досадой подумал Вильяр.

Ещё в пятницу Вильяр заметил, что настроение у жены плохое. Она ходила хмурая и раздражённая, на вопросы отвечала нехотя (хотя Вильяр за выходные задал всего два вопроса: «Пойдём гулять в Кадриорг?» и «А почему нет?»).

«И вообще, ты мне уже надоел!» сорвалась Лииза в воскресенье вечером (когда уже пора бы и спать ложиться, а вовсе не ссориться по пустякам). «С твоими поздними совещаниями, воскресными командировками и этим вечным напряжением в доме! Ты думаешь, я ничего не чувствую? Я мало что понимаю в твоей работе, зато, уж поверь мне, чувствую всё!»

И, подумав, добавила:

— Ты уже три дня ходишь как зомби! И не говори мне, что задержка с отправкой детского питания может довести человека до сумасшествия.

«Да, прав Старик» подумал Вильяр. «Профессионализма нам пока не достаёт. Вот нет, чтобы с каменным лицом ходить или, того лучше, с улыбкой от уха до уха. Дескать, всё в порядке, нет проблем. И не влезал я ни в какие шпионские истории, и не надо мне бояться за семью, и не должен я таскать теперь в голове такие сведения, от сотой доли которых у любого нормального человека мозги скисли бы как вчерашнее молоко. Для неё я всего лишь бывший полицейский, вовремя уволившийся с хлопотной службы и устроившийся на тёплое местечко в коммерческой компании. А то, что полицейская служба не закончилась, и даже не просто продолжается, а становится с каждым днём всё тяжелей и опасней — этого ей, по счастью, не узнать. Во так в себе таскаешь… И улыбаться не получается. Плохой я актёр. Вот ведь работа — искренность во вред. Вот махнуть бы рукой на…»

— И вообще, ты спишь беспокойно… Толкаешься…

Это Лииза сказала во сне. Потом перевернулась на другой бок и затихла.

«Вот… Минут через десять я встану и потихоньку пойду на кухню. Всё равно ведь не засну и буду ворочаться. А на кухне… Можно, например, приготовить кофе. Хотя, нет. Лучше не надо. Этот запах любого разбудит. Тогда просто — достать бутылку минеральной воды… Честное слово, отчего-то хочется выпить. Хотя бы пива. «Саку» у нас нигде не затерялся в холодильнике? Или баночка «Синебрюхова»? Тоже ведь неплохо. Нет, я же имею право на такой отдых. И вот если ещё к этому пиву…»

Днём телефонный звонок показался бы ему тихим, словно мерный стук горошин по тарелке. Сейчас же, посреди и без того беспокойной ночи, прозвучал он резко и требовательно, как отрывистая барабанная дробь.