Дневник Габриеля - Скотт Фрост

— А вот это уже интересно.

— Какая тебе в голову придет первая мысль, если посреди ночи зазвонит телефон?

— Что кто-то умер.

Я кивнула.

— Почему же ты не ответишь?

— Потому что не хочу, чтобы кто-то знал, что я дома.

— Потому что ты что-то скрываешь.

— Согласен.

Огонек снова появился в окне, а потом исчез в темноте.

— Думаю, у нас только что появилась причина войти в эту дверь.

Мы обогнули дом и подошли сбоку, с противоположной стороны от окна, где стоял наш курильщик. Входная дверь изготовлена из дуба, так что ее трудновато выбить, поэтому мы медленно двинулись к тыльной стороне здания. На всех окнах были опущены жалюзи. А за ними поблескивало тонкое пламя свечи. Мы дошли до угла и остановились. В нескольких метрах от нас залаяла собака, то ли услышав, то ли учуяв нас, при этом она громыхала цепью, как диккенсовское привидение.

С задней стороны имелось небольшое крылечко — три ступеньки вели к хлипкой двери с сеткой от насекомых, за которой скрывалась стандартная для подобных домов фанерная дверь. Мы, пригнувшись, миновали окна, поднялись по лесенке и заняли позицию с обеих сторон от двери.

Я взяла в руки свой «глок», и Гаррисон тоже достал оружие. Он нахмурил лоб. Насколько он был крутым, когда смотрел на бомбу, способную разнести его на кусочки, настолько его пугала перспектива столкнуться с живым и дышащим подозреваемым. Я не могла спорить с его логикой. Вламываться в дома, выбивая дверь ногой, это для любителей адреналина, а не сорокачетырехлетних мамаш.

— Я не думаю, что мы будем стучать, — прошептал Гаррисон.

— Ты молодец. Справишься.

Гаррисон нехотя кивнул, словно только что ухватился за выдумку, что он молодец, которая тащилась за ним против его воли.

— Мы не знаем, что там внутри, так что опусти пока пистолет. Ты выбьешь дверь, и я пойду первой.

Я протянула руку и рывком открыла первую дверь. Скрип петель практически мог бы заглушить сирену.

Тут на кухне зажегся свет, и я услышала топот ног. Гаррисон посмотрел на меня с сомнением.

— Давай, — скомандовала я.

Он ударил дверь ногой пониже ручки. Полетели щепки, но замок остался цел. Гаррисон нанес второй удар, и дверной засов поддался. Дверь распахнулась. Я зашла, и тут над моей головой просвистела банка кока-колы, вылетела за дверь и скатилась вниз по ступенькам во двор.

Я завопила: «Ни с места! Полиция!», но неизвестный уже скрылся внутри дома.

— Полиция!

Я услышала топот подозреваемого и звук закрывающейся двери.

От кухни можно было выйти через арочный проем в небольшой коридор, другая арка вела в гостиную, располагавшуюся слева от кухни. В коридоре виднелись три двери. Две с правой стороны, а третья — в конце. Гаррисон прошел мимо меня и встал на входе в гостиную.

Я показала на полоску света, пробивавшуюся из-под двери в конце коридора:

— Иди за мной и следи за дверями справа.

Гаррисон кивнул, и я двинулась по темному коридору, подняв свой «глок» и вцепившись в него так, словно это линия ограничения на краю обрыва. Гаррисон шел следом, держа на мушке двери справа. Я остановилась и резким движением распахнула первую дверь. Это оказалась пустая кладовка. Вторая дверь была прикрыта неплотно и открылась от легкого толчка.

— Ванная, — прошептала я.

В дальнем конце помещения темная занавеска полностью отгораживала от нас ванну. За ней раздался резкий металлический звук Я подняла пистолет и нацелила его на угол занавески. Гаррисон сделал два шага внутрь, потом медленно протянул руку и рванул занавеску в сторону. Капля воды из душа стукнулась о перевернутое ведро, лежавшее в ванне. Гаррисон с явным облегчением посмотрел на меня.

Я развернулась и наставила пистолет на дверь в конце коридора. Видно было, как мечется чья-то тень внутри комнаты, прерывая полоску света из-под двери. Я махнула головой, и Гаррисон проскользнул мимо меня и занял позицию сбоку от двери.

— Это полиция! Медленно выходите с поднятыми руками!

Рука Гаррисона легла мне на плечо.

— Что это за запах? — прошептал он.

Я несколько раз вдохнула.

— Я не чувствую…

— Дым. — Он посмотрел на дверь. — Этот тип что-то жжет.

Тут в комнате пронзительно запищала противопожарная сигнализация.

— Выбивай дверь, — велела я.

Гаррисон подбежал и выбил дверь одним мощным ударом. Замок сдался, практически не оказав сопротивления, и дверь распахнулась так, словно ее открыл сильный порыв ветра. Я вошла с поднятым оружием. Какой-то человек, съежившись на полу, неистово размахивал журналом, пытаясь разжечь маленький костер в мусорной корзине.

— Подними руки и брось журнал, немедленно!

Журнал выпал из рук подозреваемого, а сам он упал на пол и прикрыл голову руками, напомнив мне о том, как во времена холодной войны школьников обучали, что делать в случае атомного взрыва.

— Руки в стороны!

— Я не вооружен и не оказываю сопротивления, — завопил парень. — Я не вооружен и не оказываю…

— У меня в руках пистолет, нацеленный на твою голову. Ляг лицом вниз, руки и ноги в стороны.

Он снова начал повторять отрепетированное заявление.

— Я не вооружен…

Я приставила пистолет к его затылку.

— Руки и ноги в стороны. Немедленно.

Он кивнул и выполнил мой приказ.

— Я не вооружен и не оказываю…

— Если ты еще раз скажешь это, я тебя пристрелю.

Я прижала парня коленом и сунула пистолет в кобуру, когда Гаррисон занял позицию перед нами, прицелившись в голову подозреваемого.

— Давай сюда правую руку.

Он отвел за спину левую.

— Это левая рука, но пойдет.

Я защелкнула наручник на его запястье, потом взяла его правую руку и защелкнула второй наручник, крепко прижав кисти к спине.

Гаррисон подошел к горящей мусорной корзине, перевернул ее, чтобы перекрыть доступ кислорода, а потом выключил пожарную сигнализацию. Молчание напоминало ощущение, возникающее сразу же после аварии, когда восприятие мира меняется в мгновение ока. Я встала и перевела дыхание. Казалось, я впервые за это время сделала вдох.

Подозреваемый оказался парнем в мешковатой темной одежде. На вид лет двадцать с небольшим. Длинные дреды, которые рассыпались по полу как лапы гигантского паука-альбиноса.

— Посмотрите на это, — сказал Гаррисон.

Он стоял возле двух раскладных столов в углу. Сверху стояли шесть картонных коробок. Гаррисон открыл одну из них и извлек металлический цилиндр.