Искупление - Дэвид Бальдаччи

На обратном пути в город Декер хранил молчание.

Марс время от времени на него поглядывал; несколько раз казалось, что он вот-вот что-то спросит, но всякий раз он отводил взгляд и молчал.

– Ты хочешь что-то сказать? – спросил наконец Декер.

Марс усмехнулся:

– А что, у меня это на лбу написано?

– В некотором смысле.

– Этот засранец Нэтти имеет на тебя зуб. С чего бы?

– Ему не нравилось, что мы с Ланкастер раскрывали в Берлингтоне убийства. Большинство их. Да можно сказать, почти все. Нэтти был в отделе восходящей звездой, пока в детективы не перевели меня. Его тогда поставили на более мелкие преступления, и я думаю, что он в этом винит меня. А потом он сильно облажался в деле Харгроува. Пропажа человека обернулась убийством. Это дало крен карьере Нэтти. И с той поры как я уехал, он, видимо, пытается взять реванш. И лижет задницу Питу Чилдрессу, хотя тот и вывесил его на просушку, когда пошли нестыковки по делу Харгроува.

– В нем есть хоть какой-нибудь толк как в детективе?

– Так-то он ничего, вполне на своем месте. Но всегда тяготеет к простым решениям. И ляпает ошибки. Иногда откровенно неряшливые. Делает выводы, каких не следует.

– Как ты с теми убийствами много лет назад?

Декер бросил на него быстрый взгляд.

– Я ту кару заслужил.

– Да брось ты, я тебя сейчас просто за ниточку подергал. Говорю тебе снова: будешь себя держать под таким вот давлением, однажды точно лопнешь.

– Дни хлопушек для меня, пожалуй, миновали.

– А что сейчас на повестке дня?

Декер взглянул на циферблат посреди приборной доски.

– До встречи с Салли Бриммер, у которой надо взять флешку, еще есть время.

– Тогда куда двинемся?

– К дому Сьюзан Ричардс.

* * *

Примерно через два часа Декер остановил машину на подъездной дорожке, и они вышли. При взгляде на дом Агаты Бэйтс ему показалось, что он видит, как старушка сидит у себя на веранде и почитывает книгу.

Марс окинул взглядом дом.

– По-твоему, Ричардс мертва?

– Следов насилия в машине нет. Снаружи тоже. Тело пока никто не нашел. Но все равно, в живых ее может и не быть.

– Как мы попадем внутрь?

– У меня есть ключ. Мэри Ланкастер дала мне его, когда мы занимались обстоятельствами исчезновения Сьюзан Ричардс.

Декер вставил ключ в замок, намереваясь повернуть.

– Постой-ка. Ты, случайно, не нарвешься на неприятности? Ты ведь должен просто наблюдать?

– Войду в дом – буду «просто наблюдать».

Декер провел Марса в переднюю часть жилья.

– Итак, Ричардс загружает чемоданище и делает отсюда ноги сразу после того, как вы ее притягиваете на допрос об убийстве Хокинса.

– И алиби у нее тоже не подлежит подтверждению. Других соседей в это время дома не было. А старушенция напротив, которая видела отъезд, не может дать четкий хронометраж по Ричардс на момент убийства Хокинса.

– Что, возможно, и объясняет причину ее побега. Она мужика и порешила.

– Да как она вообще узнала, что он снова в городе? – усмехнулся Декер.

– Может быть, случайно на него наткнулась. Или увидела и проследила за ним до гостиницы. А что, такое тоже возможно.

– Возможно, да, но маловероятно.

– Тогда что мы здесь делаем?

Декер первым поднялся наверх и вошел в спальню. Здесь он направился прямиком к стенному шкафу. Судя по всему, комната была перестроена и увеличена: вряд ли дом такого почтенного возраста мог изначально иметь столь просторный гардероб. Он был забит одеждой на вешалках, свитерами и обувью на полках, сумочками и клатчами на крючках.