Легионер - Виталий Гладкий

Участок речной излучины получил свое название Старые Купальни еще до войны сорок первого года. Некогда (то есть, в царские времена) здесь находилось имение какого-то графа или князя, который был большим любителем водных процедур.

Он купался в реке в любое время года. А после водных процедур (особенно зимой) обязательно принимал на грудь штоф водки под маринованные грибы и керченскую селедочку с лучком.

Кроме купаний, граф открыл несколько деревенских школ, которые содержал за свой счет, и посылал особо одаренных крестьянских детей учиться в Питер. А в неурожайные годы самолично ездил по округе (чтобы не было воровства; в те времена тоже водились любители нажиться на чужой беде), раздавая всем нуждающимся продукты и деньги.

В общем, барин был истинно русской душой. За что его и расстрелял собственноручно в восемнадцатом году чернявый бойкий комиссар в пенсне, представитель местечковых национальных меньшинств.

Имение покойного барина, понятно дело, разграбили, здания растащили по кирпичику, и уже к концу сороковых годов на их месте высились только заросшие бурьяном холмики.

А три большие цилиндрические купальни с куполами, построенные графом-князем в четырнадцатом году по новой тогда технологии - литьем с применением железобетона - каким-то образом устояли.

Правда, изразцы, которыми были облицованы купальни изнутри, все-таки выковыряли - больше из баловства, нежели по хозяйственной надобности, так как их нельзя было снять в целости и полной сохранности. Но стены и купольные своды остались.

Так и простояли купальни, как три богатыря в вечном дозоре, почти сто лет. На удивление, в них было довольно чисто: никто не справлял там малую и большую нужду, никто не сорил и не бил стеклянные бутылки, что уже казалось чем-то из ряда вон выходящим. Мало того, некие неизвестные доброхоты производили в купальнях уборку, притом совершенно бескорыстно.

Впрочем, тайны в этом никакой не было. Дело в том, что купальни обычно использовались рыбаками в ненастное время года, а также отдыхающими, если их застигал ливень.

Поэтому в бывших купальнях, превратившихся в беседки, находились скамьи, - окоренные и отесанные с двух сторон бревна - а также импровизированные столы из толстых пней.

- Садись, - сказал Рей, когда едва не силком завел Костика в одну из купален. - В ногах правды нет. А мне нужно, чтобы ты ответил на мои вопросы правдиво и без малейшей утайки.

- Ты с ума сошел, - не очень уверенно сказал Костик. - Пистолетом размахиваешь, меня умыкнул…

- И это еще не все, - перебил его Рей. - Если будешь запираться и лгать, я для начала все кости тебе переломаю, а потом пристрелю, как собаку.

Костик снова побледнел и задрожал. Видимо, ему очень не понравился тон, которым говорил с ним Рей.

Наверное, Костик был удивлен до крайности. Он просто не верил своим глазам. Произошедшая с Реем метаморфоза его не просто пугала, а приводила в ужас. Он знал Рея как послушного безотказного работника, почти бомжа, который за копейки мог выполнить любую, самую тяжелую, работу.

А теперь перед ним сидел очень серьезный и жесткий мужчина, и глядел на него глазами, в которых Костик не заметил ни капельки доброты или сочувствия. Поэтому Костик ни на йоту не сомневался в том, что Рей выполнит свое обещание.

- Что ты хочешь знать? - тихо спросил он, понуро склонив голову.

Судя по его позе, выражающей полную безнадежность, Костик уже догадался, о чем пойдет речь.

- Все. Я хочу знать все. Для начала ответь мне на главный вопрос: кто тот человек, с которым ты договаривался, чтобы меня приняли на работу в охрану?

- Зачем тебе?

- Костик! - Рей сурово сдвинул брови. - Здесь вопросы задаю я.

- Так обычно говорят в ментовке…

- Считай, что ты на допросе. Только не у следователя нашей родной правоохранительной системы, а в застенках испанской инквизиции. Надеюсь, в школе историю вам хорошо преподавали. Это я к тому, что мне нужны ясные и четкие ответы, чтобы мне не пришлось работать с тобой по жесткому варианту.

- Никогда бы не подумал, что ты такой…

- Я тоже в тебе ошибся. Так что мы квиты. Говори.

- Алексей Алексеевич, - понуро и с явной неохотой выдавил из себя Костик. - Турубаров. Он работает в «Дероне». Большой человек…

- То есть, Сей Сеич.

- Да.

- Я хочу знать, как происходил ваш разговор.

- Ну, он пришел как-то ко мне и попросил подыскать человека в охрану… - начал Костик.

- Стоп! - остановил его Рей. - Почему Сей Сеич снизошел до такой просьбы? На «Дероне» подбором кадров в охрану, насколько я знаю, занимаются другие люди. Или вы такие закадычные кореша?

- Что ты! Он где, - Костик поднял глаза вверх, - а где я, - посмотрел на пол, посыпанный речным песком.

- Чем Турубаров мотивировал свою просьбу? Только не лги!

- С какой стати? - Костик опасливо покосился на пистолет, который Рей пристроил под брючный ремень. - Сей Сеич сказал, что ему нужен парень возрастом от двадцати пяти до тридцати пяти лет, который неглуп, физически крепок, не пьяница и не обременен семьей.

- Это все? - Рей впился глазами в лицо Костика, на котором вдруг появилось уже знакомое ему лисье выражение.

«Врет, собака! - подумал Рей. - Или недоговаривает. Что ж, будем колоть, как черепаху, если сам, по своей доброй воле, не выползет из панциря».

- Ну… это, почти… - Костик пытался спрятать глаза, но беспощадно-гипнотический взгляд Рея притягивал его как магнитом.

- Звони до упора. И перестань темнить! Со мной шутки плохи… как, наверное, тебе уже известно.

- М-м… - опустив глаза, промычал Костик в ответ что-то невразумительное.

- Значит, знаешь, - жестко констатировал Рей. - Так я слушаю.

- Кандидат должен был находиться где-то на уровне бомжа, - неохотно ответил Костик. - Конечно, не совсем опустившийся и готовый за деньги выполнять любую работу.

- И ты сразу же предложил мою кандидатуру. Спасибо за доверие.

- Нет, было совсем не так! Я дал Сей Сеичу список из шести фамилий. Он выбрал тебя… уж не знаю, почему.

- Думал долго?

- Сутки. Мне позвонили, кажется, с отдела кадров «Дерона» и сказали, чтобы разыскал тебя в срочном порядке. Я уже думал ехать к тебе домой, а тут ты и нарисовался…

- Ага… - Рей с отвращением сплюнул. - Я всегда проскакиваю без очереди в то место, где пахнет дерьмом. Теперь мне многое стало понятным. Но ты, Костик, сука. Замочить бы тебя прямо здесь, да уж больно место приличное. И руки марать неохота.

- Не виноват я! Ни в чем не виноват! Мне думалось, что так будет для тебя лучше. Клянусь!

- Да знал ты, знал, что это приглашение на работу попахивает могилой. Думаю, тебе не раз приходилось обделывать разные темные делишки на пару с Сей Сеичем… чтоб он сдох. Мне, конечно, до них нет дела, но я уверен, что в конце концов вами все-таки займутся те, кому по долгу службы положено. Так знал или нет?