Свобода - Арне Даль

— И что это была за фотография?

— Обычный кадр. На мобильном телефоне. Где они вдвоем. Красивая пара.

Блум изо всех сил старалась дышать ровно.

— Вы помните, как он выглядел?

— Да, помню неплохо. Кроме волос, потому что на нем была кепка.

Молли Блум помолчала, глядя на Меларен.

— Кепка? — переспросила она с нажимом.

— Бордового цвета. Плотно натянутая. Но лицо было видно отчетливо.

Блум нашла нужную фотографию на телефоне. Снимок с камеры наблюдения в Акалладалене. Ева Нильссон посмотрела на фото мужчины в кепке и спортивном костюме, идущего по тротуару.

— Да, это вполне может быть он, — сказала она.

Пара, подумала Блум, глядя в сумерки.

Пара?

— Вы сможете поехать со мной, Ева?

— Куда? — удивленно воскликнула Нильссон.

— К художнику, который помогает полиции составлять фотороботы, — ответила Молли Блум.

30

7 часов назад

Недавно взошедшее августовское солнце выскользнуло из-за облаков. Блики на поверхности залива Эдвикен ослепили Бергера, стоящего на мостках в освежающем воздухе воскресного утра. Он поспал здесь, на пирсе у эллинга, всего несколько часов. Весь вечер накануне их преследовало ощущение, что время просто убегает от них — это был последний вечер перед тем, как Наде перережут горло в адском подвале. Они далеко продвинулись, но дело все равно никак не выкристаллизовывалось, оно лишь разрасталось и прояснялось, но в то же время как будто утекало сквозь пальцы, растворялось.

Что-то было не так, и у них оставались жалкие семь часов, чтобы все выяснить.

В мятых после сна панталонах, он вошел в эллинг, предоставив мостки августовской прохладе.

Блум всерьез обосновалась за компьютером в своем кабинете. Бергер приблизился к ней, в первый раз позволил себе положить руку ей на плечо. И она не отдернулась.

— Одевайся, — произнесла Блум, не поворачивая головы.

— Хорошо спала? — поинтересовался он.

Она покачала головой.

— Жестко на жестком диване. Спина болит.

— Ну, по крайней мере, без кошмаров. Что делаешь?

Она показала на доску, которая каким-то загадочным образом переместилась в ее кабинет.

— Вчера мы неплохо структурировали материал, — сказала Блум. — Но при этом оба легли с чувством, что мы что-то упускаем. Ты не понял, что именно?

— К сожалению, во сне ответ так и не явился, — ответил Бергер. — А ты?

— В моем случае это связано с Юханнесом Эдборгом. Капиталистом в сфере ухода за больными на грани краха. Но я не могу вспомнить, что он сказал. Просто не получается.

— В любом случае, он упомянул Степанку, — сказал Бергер. — Ключевую для русской мафии фигуру, человека, который в девяносто втором году ввез в Швецию и Надю, и Юлию. И это по-прежнему тебе ни о чем не говорит? Ничего такого не всплывало за годы твоей работы в СЭПО? И ты не нашла никакой связи с тем исчезнувшим делом по сутенерству две тысячи второго года? Тогда ты только начинала, тебе все должно было быть любопытно.

Блум покачала головой, глядя в пустоту.

— Есть многое в той моей работе, к чему я не хочу возвращаться, — сказала она. — С чем я не готова встретиться вновь. Что преследует меня в снах. Но Степанки там нет. Можешь проверить возможные контакты в СЭПО.

— Я же нашел для себя место забвения, — сказал Бергер.

— Как поэтично, — пробормотала Блум.

— Акалладален. Что-то там такое произошло, что я упустил. Но если мы продолжим, оно рано или поздно всплывет. Семь часов. Может, приготовить завтрак на скорую руку?

— Я кое-что нашла в твоем холодильнике. Кстати, не трогай маленькие бутылочки.

— Откуда у меня маленькие бутылочки?..

— Теперь есть. Грудное молоко. Просто не трогай.

Бергер позволил себе добродушно рассмеяться.

— У Мирины все в порядке? — коротко спросил он.

— No news is good news, — ответила Блум. — Итак, семь часов. Как использовать их максимально эффективно? С какой стороны подойти?

— Ты приехала сюда вчера поздно вечером, — напомнил Бергер. — С фотороботом похитителя. Круто. Как мы узнаем его имя?

Блум что-то нажала на компьютере и вывела на экран профессионально нарисованный фоторобот. Из-под кепки смотрело вполне четкое мужское лицо. На вид лет сорок, внешность весьма заурядная.

— Новая для нас информация — это то, что Надин любовник — тот же самый мужчина, которого она пыталась застрелить. И который в результате похитил ее. У нас есть хороший портрет. Как нам его использовать?

— Надо сузить территорию поиска. Где дорожные камеры засекли наш фургончик?

— В ночь похищения, то есть в ночь на вторник, в начале третьего в местечке Хуммельста, не доезжая двадцать километров до Вестероса. Еще Самир обнаружил превышение скорости в июле на дороге 66 недалеко от Сюрахаммара, севернее Вестероса. Хотя…

— Если Надю держат в сельском подвале, — сказала Блум, — что вероятнее всего, можно делать предположения насчет места. Может, Берслаген? Раньше они бывали там вместе, возможно, провели несколько ночей в домике?

— Хотя, — повторил Бергер, уставившись в потолок, — мы ведь еще где-то сталкивались с превышением скорости? В базе правонарушений, так ведь?

Блум быстро закрыла файл с фотороботом и вывела на экран выписку из базы правонарушений.

— Да, тут тоже превышение скорости, — сказал Бергер. — Почему Самир ничего не сказал?

— Он искал по регистрационному номеру машины, — ответила Блум. — А здесь другой номер, не RUS 328. Датируется началом июня.

— Черт, — выругался Бергер. — Юлия Берглунд сказала, что Надина машина была в ремонте около недели в июне. Надя брала другой автомобиль на прокат?

— Вот, нашла на сайте фирмы, сдающей автомобили в аренду. Место, где расположена замеряющая скорость камера, называется Шлюз господина Карла Спарре.

— Что это за ерунда?

Блум погуглила и объяснила:

— Стрёмхольмский канал. Шлюз находится в местечке под названием Вирсбу, в сорока семи километрах к северу от Вестероса.

— И как далеко от Сюрахаммара?

— Двадцать пять километров к северу от Сюрахаммара. И двадцать пять к югу от Фагерсты. Там между ними система озер.

— Так, теперь уже близко, — сказал Бергер. — Карту.

Блум открыла на экране карту, и они с Бергером принялись ее изучать.

— Если мы движемся дальше в Даларна, то логичнее ехать по семидесятой дороге через Салу, — произнес Бергер, показывая на экране. — Дорога 66 ведет дальше в Людвику. Скорее всего, речь все же идет о провинции Бергслаген.

— Но мы не можем начать поиск, не определив северную границу, — заметила Блум. — Южная граница у нас есть, поскольку машина двигалась на север. Нужный нам