Большой риф - Нора Робертс

— Значит, вы давно в деле, — подсказал Бак.

— Десять лет. — Глаза Рэя вспыхнули. — Пятнадцать с того момента, как приятель уговорил меня поучиться нырять с аквалангом. Пройдя аттестацию, я отправился с ним на Алмазные отмели. Одно погружение, и я попался на крючок.

— Теперь каждую свободную минуту он ныряет, или планирует следующее погружение, или болтает о предыдущем. — Мариан рассмеялась. — Поэтому я научилась управлять яхтой.

— А я, я охочусь за сокровищами больше сорока лет. — Бак сгреб со своей тарелки остаток картофельного салата. Ничего подобного он не ел уже целый месяц. — Это у меня в крови. Мой отец был искателем. Мы работали у побережья Флориды. Я, мой отец, мой брат. Все Лэситеры.

Рэй хлопнул себя по колену.

— Ну конечно же. Я читал о вас. Ваш отец — Великий Мэт Лэситер. Нашел «Эль Дьяболо» у рифа Кончо в шестьдесят четвертом.

— В шестьдесят третьем, — ухмыльнувшись, поправил Бак. — Чего там только не было! Золото, драгоценности, серебряные слитки. Я собственными руками держал золотую цепь с драконом. Траханым золотым драконом! — Бак осекся и покраснел. — Прошу прощения, мэм.

— Ничего, ничего. — Мариан как зачарованная протянула ему еще один сандвич. — Какой он был?

Бак забыл о своей промашке.

— Вы такого и представить не смогли бы. Глаза — рубины, хвост весь в изумрудах. — Бак с горечью уставился на свои пустые руки. — Он один стоил целое состояние.

Лицо Рэя приняло мечтательное выражение.

— Я видел фотографии. «Дракон дьявола». Потрясающе.

— Но вмешалось государство, — продолжал Бак. — Таскали нас по судам несколько лет. Утверждали, что трехмильная зона отсчитывается от рифа, а не от берега. Ублюдки обобрали нас до нитки и в конце концов выиграли дело. Почище пиратов.

— Как ужасно! — прошептала Мариан. — Найти все это и потерять.

— Они разбили отцу сердце. Больше он никогда не нырял. Ну, есть и другие затонувшие корабли. Другие сокровища. — Бак внимательно взглянул на Рэя и рискнул: — «Санта-Маргарита», например, или «Изабелла».

— Да, они здесь. — Рэй спокойно встретил испытующий взгляд Бака. — Точно.

— Вероятно. — Мэтью потянулся за шпагой, повертел ее в руках. — А может, оба корабля унесло в море.

— Но с других судов видели, как «Изабелла» и «Маргарита» пошли ко дну, — возразил Рэй.

— Мэтью — циник, — заметил Бак, — не дает мне помечтать. Но я кое-что скажу вам, Рэй. Я провел собственное расследование. Три года назад мы с парнем больше полугода прочесывали двухмильную полосу между Сент-Кристофером и Невисом. Кое-что находили. Корабли, правда, не нашли, но они там. Я уверен.

— Мне кажется, вы искали не в том месте, Бак, — задумчиво сказал Рэй. — Я, конечно, не говорю, что знаю больше вас, но по моей информации два пропавших корабля потерпели крушение к северу от Сент-Кристофера.

Бак скупо улыбнулся.

— Я тоже так думаю, но море велико, Рэй. У меня сорокалетний опыт, и парень ныряет с тех пор, как научился ходить. Чего у нас нет, так это финансов.

Рэй закончил свою карьеру главным администратором крупной брокерской фирмы и без труда понял, что ему предлагают сделку.

— Вы ищете партнера, Бак? Давайте обговорим условия.

— Я посижу в тени, подремлю над книжкой, — улыбнулась Мариан — А вы, дети, развлекайтесь.

— Пожалуй, поплыву к себе, почищу добычу. — Мэтью взял большой пластиковый пакет. — Не возражаешь, если я одолжу это? — Не дожидаясь согласия Тейт, он положил в пакет свой костюм, подхватил акваланг. — Не хочешь помочь?

— Не хочу.

— Я думал, тебе интересно, — спокойно сказал Мэтью и стал ждать, когда любопытство победит ее раздражение. Ждать пришлось недолго. С недовольным видом Тейт выхватила пакет и прыгнула в море.

При ближайшем рассмотрении «Морской дьявол» оказался еще хуже, чем издали. К тому же он вонял рыбой. Правда, снаряжение было аккуратно сложено и закреплено, но палубу не мешало покрасить или хотя бы вымыть. Пара перевернутых ведер и свернутая койка служили сиденьями. Сквозь окна маленькой рубки — грязные, в соляных разводах — виднелась еще одна койка, подвесная.

— Это не «Куин Мэри»,[1]но и не «Титаник», — невозмутимо заметил Мэтью, забирая у Тейт пакет и складывая свой костюм в большой пластмассовый бак. — Пить хочешь?

Тейт снова огляделась.

— Есть что-нибудь стерильное?

Мэтью откинул крышку ящика-холодильника, выудил банку пепси и бросил ей.

— Вы живете на судне?

— Угадала.

Он прошел в рубку, и Тейт потянулась к шпаге, погладила ее.

Украшала ли она пояс испанского капитана? Убивал ли он ею пиратов? Сжимал ли ее в руке, когда волны обрушились на его корабль?

Тейт подняла глаза и увидела, что Мэтью стоит в дверях рубки и следит за ней. Она смущенно отдернула руку, открыла банку, отпила и как можно небрежнее заметила:

— У нас дома есть шпага. Шестнадцатый век.

И не стала уточнять, что у них только эфес, и тот — сломанный.

— Вам повезло. — Мэтью взял шпагу, уселся на палубу. Он уже сожалел о своем импульсивном приглашении. Сколько он ни убеждал себя, что Тейт молода для него, не помогало. Мокрая футболка слишком плотно облепляла ее, чуть позолоченные солнцем ноги казались слишком длинными. А голос… чертовски сексуальный голос. Голос женщины, а не ребенка.

Тейт хмуро смотрела, как он терпеливо отчищает ржавчину.

— Зачем тебе партнеры?

Мэтью не поднял глаз.

— Я не говорил, что мне нужны партнеры.

— Но твой дядя…

— Деловой стороной занимается Бак.

Тейт поставила локти на колени, подперла руками подбородок.

— А чем занимаешься ты?

Он наконец поднял глаза, беспокойные, в противоположность терпеливым рукам.

— Охотой.

— Это чудесно, правда? Где ты нашел монету? — В ответ на озадаченный взгляд Мэтью Тейт коснулась серебряного диска на его груди. — Эту.

— Моя первая добыча, — неохотно сказал он. — В Калифорнии. Мы жили там некоторое время. Почему ты решила нырять с аквалангом вместо того, чтобы сводить с ума очередного студентика?

— Это слишком легко, — сказала Тейт, стараясь выглядеть как можно искушеннее, — а я предпочитаю трудные задачи.

— Осторожнее, малышка.

— Мне уже двадцать, — заявила она с высокомерной гордостью юной женщины, прибавив себе пару месяцев. — А почему ты не работаешь?