Где моя сестра? - Дэвид Бальдаччи

– Вы уверены, что они не смогут отследить эту машину? – спросила Блюм, когда они ехали на восток по 40-й федеральной автостраде.

– Я поставила ее в подземном гараже поздно вечером, когда перебралась в Шеттерд-Рок, – ответила Этли. – И езжу на ней только по ночам, но в последнее время довольно редко. Именно по этой причине я установила там зарядное устройство, в противном случае аккумулятор уже давно бы сел.

– Но они могут отслеживать номера машин.

– Если и так, у них нет данных о том, что машина принадлежит мне, потому что я не стала записывать ее на свое имя.

– Почему?

– Потому что ее хозяин все еще остается таковым, хотя он мертв. С точки зрения закона он владелец «Мустанга».

– Сколько времени это у нас займет?

– Нам нужно проехать около двух тысяч двухсот миль, – ответила Пайн. – Тридцать три часа, если мы не будем останавливаться.

– Я уже не так молода, как мне хотелось бы, – заявила Блюм. – Нам придется остановиться, чтобы немного прийти в себя.

– Мой мочевой пузырь не так велик. Но нам почти все время нужно будет ехать по сороковой автостраде, а к западу от Миссисипи мы сможем почти лететь. Так что дорога займет два дня. Если вы сможете сесть за руль.

– Амбициозный план. Но я в игре. Кстати, о полетах: самолет исключался?

– Кредитные карты, удостоверения личности… Мы сразу бы попали в систему. Да, это исключено. Вот почему только наличные. У меня есть дебетовая карта на крайний случай, но она привязана к счету моего друга. Потом я просто верну ему деньги, если возникнет необходимость взять их оттуда. И по возможности мы не должны использовать наши настоящие имена. Иначе можем попасться. И нам не следует распаковывать вещи – вдруг придется быстро уносить ноги.

– Принято. А куда ваш друг отведет мой «Приус»?

– Достаточно далеко, чтобы всякий, кто отслеживает ваши передвижения, поверил, что вы уехали в Лос-Анджелес. Не беспокойтесь, он будет хорошо заботиться о вашем автомобиле.

– А внедорожник?

– Я выбрала гору Нибо не просто так. Моя подруга, которая на нем уехала, и в самом деле намерена уйти в горы на две недели. И я сомневаюсь, что за ней будут следить до самого конца, – они вернутся, как только убедятся, что внедорожник едет в нужном направлении.

– А ваш телефон? – спросила Блюм.

– Остался во внедорожнике. На случай, если они его отслеживают, я в обозримом будущем нахожусь в Юте. Ваш телефон я положила в «Приус». И взяла с собой несколько одноразовых. Они лежат в сумке за вашим сиденьем. Я загрузила в каждый все важные номера, а также портрет фальшивого Бена Приста.

– А они могут отследить покупку одноразовых телефонов и сим-карт?

– Могли бы, если б я их покупала. Но это сделал для меня другой человек в качестве одолжения. Шесть месяцев назад.

– Еще до того, как вы узнали, что они вам потребуются? – удивилась Блюм.

– Я предпочитаю быть готовой к любым неожиданностям и иметь возможность уйти с радаров, но при этом оставаться на связи. – Этли посмотрела на свою спутницу. – Нам нужно быть на высоте, верно? Мы теперь играем в высшей лиге.

– Я поняла это, как только начала работать на ФБР. – Блюм посмотрела на часы. – Уже почти час ночи. Вы готовы дальше вести машину?

– Я спала на полу своего кабинета восемь часов. Меня хватит по меньшей мере до Оклахома-Сити.

– Но ведь до него довольно далеко?

– Примерно тринадцать часов, если вдавить педаль газа в пол. И мы можем остановиться для позднего ланча.

– Ваша выносливость впечатляет, – сказала Блюм.