Убивая ангелов - Кейт Родс

В пятницу, уже во второй половине дня, я отлучилась в столовую – захотелось выпить холодного чаю. Там, в столовой, меня и нашел Хари. Еще увидев его издалека, я поняла – хороших новостей ждать не стоит. Набор мимических выражений у моего шефа довольно ограничен. Главное, то, которым он пользуется основную часть времени – блаженная улыбка, но в час беды его сменяет маска абсолютного спокойствия. Подойдя к столику, он осторожно опустился на соседний стул.

– Только что видел Даррена Кэмпбелла. Хотел его принять, но он тут же сбежал. Есть признаки психоза.

– И какие же?

– В основном симптомы шизоидного расстройства – бредовые идеи и слуховые галлюцинации. И некоторые показатели острой паранойи.

– Замечательно, – проворчала я. – И теперь он еще таскается за мной.

Хари задумчиво посмотрел на меня.

– Ему требуется полное обследование. Постановка диагноза. Назначение лекарств. Я позвоню его инспектору.

Шеф ушел, а я долго смотрела в пустой стакан и лишь через несколько минут убедила себя подняться в кабинет и приготовиться к следующему приему. Вот тогда я и решила не бояться. Этому фокусу я научилась в больнице. Каждый раз, когда тебя накрывает волна беспокойства, приучай себя преодолевать ее. Знакомые психиатры предупреждали об опасностях подавления, но этот прием, по крайней мере, возвращал мне контроль над собой. Я не уступила страхам, и это помогло выздоровлению.

Я поймала себя на том, что думаю о Поппи Бекуит, когда на прием пожаловала сексоголичка. Ничего общего с Поппи у нее не было: средних лет, лишний вес, неухоженные волосы и нервная, прокуренная улыбка. Секс был лишь одним из ее пристрастий, наряду с виски и марихуаной, но именно он пугал ее больше всего. Он выгонял ее из дома, одну на темные улицы, увлекал в бары и заставлял спать с лучшим другом мужа. Каждый встречный мужчина был ее потенциальным трофеем, но секс не приносил удовлетворения, а лишь усиливал отвращение к самой себе. Интересно, как справляются с психологическим напряжением женщины вроде Поппи, обслуживающие пристрастия незнакомых мужчин? Неудивительно, что столь многие работники секс-индустрии оглушают себя наркотиками и алкоголем. Я бы, наверное, если бы мне приходилось каждую неделю спать с десятками клиентов, пила как проклятая. Остаток дня над головой у меня порхали падшие ангелы. По странному совпадению, квартира Поппи находилась на Рафаэль-стрит, носившей имя архангела, посланного к Лоренсу Фэрфилду в день его смерти.

В пять часов я собралась уходить. Почтовый ящик лопался от писем, так что я захватила их все и засунула в кейс. Потом я попыталась позвонить Бернсу, но телефон был занят. Пришлось отправиться в Найтсбридж без его разрешения. Инспектор, конечно, высказал бы мне все, что думает по поводу несанкционированного визита к Поппи, но звонить Тейлору я бы не стала ни при каких обстоятельствах. Еще одну дозу его вербального мачизма мне было не вынести. Я по-прежнему не сомневалась, что атаки на банк «Энджел» вызваны причинами личного свойства. Может быть, Грешэм поверял Бекуит какие-то свои секреты, и мне удастся найти правильный подход и убедить ее открыться. А может быть, убийца – один из ее клиентов.

От метро я, подумав, отказалась. Спуститься туда было все равно что прыгнуть на сковородку – устаревшая вентиляционная система лондонской подземки не в состоянии поддерживать температуру ниже точки кипения. Автобус катил мимо здания парламента. Сильных мира сего видно не было – только стайка мальчишек, перекрикивавшихся на итальянском. Через площадь Белгравии маршировали группки пожилых леди, привлеченные распродажами в «Фортнам энд Мейсон».

Я уже подходила к дому Поппи Бекуит, когда оттуда вышел мужчина. В какой-то момент его лицо показалось мне знакомым. Он придержал дверь и вежливо улыбнулся, но, лишь поднявшись до середины лестницы я поняла, в чем дело. Это был ведущий одной из тех спортивно-приключенческих программ, которые так нравились Уиллу, – смельчак, исполняющий мертвые петли на биплане и проносящийся на спорткаре через Найроби. Очевидно, список клиентов Бекуит включал в себя и телевизионных знаменитостей второго ряда. Я постояла минут десять на площадке, дав ей время передохнуть и собраться, а потом постучала. Дверь приоткрылась, и в щелку на меня уставился образцово-показательный глаз.

– Что тебе нужно? – Голос прозвучал грубее, чем прежде, как будто Поппи целый день без остановки курила крепчайшие «Голуаз»^[57].

– Пять минут вашего времени, если можно.

Дверь закрылась, и я уже подумала, что меня проигнорировали, но тут звякнула цепочка, и хозяйка отступила в сторону. Квартира осталась такой же стильной, а вот сама Бекуит изменилась не в лучшую сторону. Она только что вышла из душа и предстала передо мной в джинсовых шортах, футболке с дыркой на плече и с небрежно перехваченными шнурком волосами. Без искусно наложенного многослойного макияжа Поппи выглядела бледной, как смерть. Признаков присутствия здоровяка-телохранителя не наблюдалось – его, должно быть, спустили с поводка, отправив прогуляться. Моему визиту Бекуит, мягко говоря, не обрадовалась, но меня интересовало другое: настолько ли она сердита, чтобы спланировать кампанию убийств против своих клиентов?

– Ты чего сюда заявилась? – проворчала она.

Я уже уселась на диванчик, но Поппи осталась стоять, всем своим видом выказывая неприязнь. Возможно, ей не нравилось, что я отнимаю у нее драгоценное свободное время.