Пособник - Иэн Бэнкс

Двенадцатью часами позже я на этих гребаных Нормандских островах[56]все еще мучаюсь похмельем и думаю: какого хера мне здесь надо?

— А? Что?

— Просыпайся, Камерон. Тебя к телефону.

— А? Сейчас. — Я пытаюсь сфокусировать взгляд на Энди, но, кажется, не могу открыть левый глаз. — Это важно?

— Не знаю.

Я встаю, натягиваю халат и шлепаю в холодный пыльный вестибюль, где стоит телефон.

— Камерон, это Фрэнк.

— А, привет.

— Как там дела в твоей хайлендской дыре?

— Прекрасно. — Мне все никак не убедить левое веко подняться. — В чем дело, Фрэнк?

— Тут твой мистер Арчер звонил.

— Ну? — настороженно говорю я.

— Он сказал, что тебе, может, будет интересно знать, — я слышу, как Фрэнк шуршит бумажками, — настоящее имя мистера Джеммела. Его зовут Дж. Азул. Дж. — это инициал, а затем А-З-У-Л. Этому Азулу якобы известна вся история, но он уезжает за границу… сегодня днем. Вот все, что он мне сказал. Я попытался узнать, о чем это он толкует, но…

— Минутку, минутку, — говорю я; мне наконец удалось поднять левое веко — глаз болит и начинает слезиться. Я делаю глубокий вдох, пытаясь проснуться окончательно. — Повтори все еще раз.

— Звонил, — медленно говорит Фрэнк, — мис-тер Арчер…

Фрэнк повторяет все сообщение. А я тем временем думаю. Уезжает сегодня… откуда уезжает?

— Хорошо, — говорю я, когда Фрэнк кончает свою диктовку — словно объяснял что-то читателю газеты «Сан». — Фрэнк, сделай доброе дело, посмотри, есть ли что-нибудь на этого Азула?

— У меня работы выше головы. Не все ведь считают, что сроки…

— Фрэнк, я тебя умоляю. Очень знакомое имя; кажется, я его уже встречал… Черт, никак не вспомнить, мозги заржавели. Прошу тебя, Фрэнк, проверь, пожалуйста, а? Очень тебя прошу. Считай, я твой вечный должник. Пожалуйста.

— Ну ладно, ладно.

— Спасибо; если что найдешь — сразу же звони мне, ладно? Позвонишь?

— Позвоню, позвоню. Ладно уж.

— Отлично. Здорово. Спасибо.

— Но если уж я позвоню, надеюсь, ты ответишь быстрее, чем вчера.

— Что?

— Твой мистер Арчер вчера звонил.

— Вчера? — переспрашиваю я, чувствуя, как у меня начинает крутить в желудке.

— Да, где-то в районе обеда. С ним Руби говорила. Меня в тот момент не было, я потом пытался до тебя дозвониться, но никто не брал трубку. Я попытался позвонить тебе на мобильник, хотя и сомневался, что он будет работать в твоих горах. Так оно и оказалось — робот предложил мне позвонить попозже.

— Черт побери.

— Да, и вот еще что…

Кажется, он собрался выдать очередную свою идиотскую шутку с проверкой орфографии, охереть можно. Мысли у меня обгоняют друг друга, а точнее, вроде как попытались бежать, да застряли у беговой дорожки — начали снимать тренировочный костюм, запутались в штанинах, попрыгали-попрыгали на одной ноге, да и рухнули на землю, а остальные бегуны тем временем ушли далеко вперед.

— …а если это распространенное имя? — спрашивает Фрэнк. — Что, если Азулами зовут половину жителей в Бейруте или еще где? Я хочу сказать, что оно звучит как-то…

— Слушай, Фрэнк, — говорю я (меня вдруг осенило, и мой голос звучит гораздо трезвее и спокойнее, чем должен бы), — кажется, я вспомнил, откуда его знаю. Я его видел на заднике «Частного детектива». Это как-то было связано с… Не помню. Ну, обычная ерунда, какая попадает на задник «Детектива». Прошу тебя, Фрэнк. Он может быть связан с обороной, космическими разработками, разведкой или торговлей оружием. Попробуй поискать в «Профайле» — просто набери «Азул» и…

— Да знаю я, знаю.

— Спасибо, Фрэнк. Я пошел одеваться. Если не дождусь от тебя звонка в течение получаса, то позвоню сам. Пока.

Черт побери! Та пятерка покойников, а теперь еще все остальные, которыми занимается Макданн, и этот тип собирается смотаться сегодня. Вчера звонил! Вечно времени в обрез — ненавижу! Я начинаю паниковать. Сердце у меня готово выпрыгнуть из груди. Пытаюсь думать, но ничего в голову не приходит. Решай!

И я решаю: если сомневаешься, чертовски важно не останавливаться. Важна скорость. Кинетическая энергия прочищает мозги и сбивает противника с толку.

Я жадно прихлебываю горячий кофе и натягиваю пиджак; моя сумка — на регистрационной стойке в вестибюле отеля, Энди стоит ссутулясь, мигает и непонимающими глазами смотрит, как я запихиваю в рот тосты и глотаю горячий кофе из кружки без ручки. Энди смотрит на мою сумку. В том месте, где наверху встречаются две молнии, торчит мой белый носок — ни дать ни взять выпадающая грыжа. Энди оттягивает бегунок одной молнии, запихивает носок внутрь и снова закрывает сумку.

— Телефон часто вырубается, — виновато говорит он. — Возможно, вчерашняя буря.

— Бог с ним.

Я смотрю на часы. Пора звонить Фрэнку.

— Слушай, — говорит Энди, почесывая подбородок и зевая. — У полиции может возникнуть желание поговорить с тобой…

— Знаю; я им сообщу, где меня искать, не…

— Я говорю о местной полиции.

— Что?! С какой стати?

— Понимаешь, — вздыхает он, — вчера, когда ребята расходились, у них тут вышла небольшая потасовка. Похоже, Хоуи со своими дружками поколотили на дороге двух приезжих — один теперь в больнице. Полиция ищет Хоуи. Ты-то, конечно, спал, когда все это случилось, но, может, они захотят и тебя расспросить, так что…

— Что за черт… — начинаю я, но тут звонит телефон. Я хватаю трубку и ору: — Ну что?!

— Камерон, это Фрэнк.

— А, привет. Узнал что-нибудь?

— Кажется. Возможно, это мистер Джемейл Азул, — говорит он. Он диктует имя по буквам, а я думаю: Джемейл — Джеммел, ну-ну. — Британский подданный, — продолжает Фрэнк, — мать — англичанка, отец — турок. Родился семнадцатого марта сорок девятого года, образование получил в Харроу, Оксфорде и Йейле.

— Так он занимается обороной или…

— У него собственная компания по торговле оружием. Связан с Саудовской Аравией, но оружие продавал всем подряд, включая Ирак, Иран и Ливию. Он скупил множество маленьких фирм в Великобритании, в основном для того, чтобы потом их закрыть; был допрошен в Палате. Израиль обвинил его в продаже ядерных секретов Ираку в восемьдесят пятом. Ты был прав, о нем упоминалось в «Детективе»; они писали о нем несколько раз, я взял вырезки… — Снова шелест бумаги. — Вот: по имеющимся сведениям, заключая сделки и открывая банковские счета, он пользовался вымышленными именами; одно из них — мистер Джеммел. Как тебе это?