Утопия - Линкольн Чайлд

Яростно сверкнув глазами и не говоря ни слова, Аллокко снова снял трубку.

— Оставьте телефон, — тут же сказала Сара.

Аллокко замер. Несколько мгновений на его лице отражалась внутренняя борьба, но холодному командному тону директора невозможно было противостоять. Глава службы безопасности разжал пальцы, и трубка снова упала на рычаг.

— Прежде чем поступить в точности противоположно тому, о чем нас предупреждали, нам стоило бы лучше узнать то, с чем мы имеем дело, — сказала она, чуть смягчив тон голоса.

Аллокко заговорил, продолжая смотреть на нее:

— С чем мы имеем дело? Давайте объясню. Я наблюдал за публикой, выходящей после представления из Башни грифонов. И знаете что? Они были в полном восторге. Никто не понял, ни у кого не возникло даже малейшей мысли о том, что кто-то пострадал. — Он махнул рукой в сторону взрывчатки. — Если бы этот заряд сработал, внутренняя стена башни обрушилась бы прямо на аудиторию в три тысячи человек. Это был бы провал всего шоу — в буквальном смысле. И знаете, что бы случилось? Они продолжали бы восторгаться — вплоть до момента, когда она рухнула бы им на головы. Ведь все они только что видели, как обвалился другой фрагмент башни с противоположной стороны зала. И это являлось частью спектакля.

Он медленно обошел вокруг стола, затем остановился напротив Сары.

— Сколько у нас сегодня посетителей? Шестьдесят шесть с лишним тысяч? И никто из них не ощущает даже примитивного чувства самосохранения. Все инстинкты они оставили у входа. Именно за это они и платят. Люди видят пламя, слышат взрыв, чувствуют, как тележка начинает сходить с рельсов, — и что они делают? Смеются еще громче. Потому что все думают, что это часть аттракциона. И в итоге любой из них становится легкой добычей.

Он повернулся к Барксдейлу.

— Сколько роботов работает у нас в парке?

Тот немного подумал.

— Тех, что подключены к метасети? После сокращения в прошлом месяце — восемьдесят, плюс-минус пять.

— Восемьдесят, и каждый из них — потенциальная бомба с часовым механизмом. Даже если бы мы могли без особых проблем все их отключить, у нас нет времени добраться до каждого. Но дело не только в роботах. Мы предоставили этому Джону Доу идеальное поле деятельности. — Он наклонился через стол. — Он подложил взрывчатку в стены Башни грифонов. Но он мог с тем же успехом устроить диверсию на газовых трубах для пиротехнических эффектов. Или…

— Именно в том и суть! — кивнул глава системного отдела. — Вы сами сказали: мы не в состоянии все проверить. У этих негодяев в руках все карты. Нужно думать о безопасности наших гостей. И сейчас не может быть и речи об эвакуации, о вызове полиции…

— Прошу прощения, но это единственный выход. У нас нет средств, чтобы защититься от подобной угрозы. — Аллокко показал на пластиковую взрывчатку. — Что касается гостей — думаете, тех, кто ее подложил, заботит жизнь нескольких сотен туристов?

— Вряд ли, — ответил Барксдейл. — Именно потому и нельзя их провоцировать.

Оба повернулись к Саре, словно призывая их рассудить. Взгляд начальника охраны был непреклонен и решителен; на аристократическом лице Барксдейла отражались почти физические страдания.

— Мы не станем вызывать полицию, — сказала она.

По лицу англичанина пробежала волна облегчения.

Аллокко побагровел.

— Что? — возмутился он. — Вы собираетесь подчиниться этому негодяю?

— Нет, — ответила директор. — Я не стану этого делать.

Она ощутила, как холодный гнев вытесняет все остальные чувства. Она вспомнила надменность, с которой Джон Доу явился к ней в кабинет, пил ее чай, выдвигал свои требования, гладил ее по лицу; то, как он продуманно, словно мимоходом осквернял ее парк, причиняя страдания ее людям… Он полагал, что она попросту опустит руки перед его угрозами. Но он ошибался.

— Джон Доу говорил мне, что наблюдает за входами и выходами, — сказала она. — Он намекал, что, если мы начнем эвакуацию, посетители погибнут. У меня нет оснований полагать, что он лжет. И наводнять Утопию полицейскими тоже не выход. Мы будем договариваться с Джоном Доу. Но на наших условиях и с участием наших людей. — Она повернулась к начальнику системного отдела. — Фред, ты говорил, что у них в руках все карты. Мне так не кажется. Это наш парк. И преимущество на нашей стороне.

Барксдейл протестующе поднял руку, но тут же снова ее опустил.

— Но прежде всего о деле. Они намекали, что наблюдают за монорельсом, поэтому всеобщую эвакуацию мы объявить не можем — по крайней мере, пока. Так что начнем с процедур, рассчитанных на случай угрозы взрыва бомбы. Боб, проинструктируйте сотрудников службы безопасности, но без подробностей. Соберите вместе всех важных персон, проводите их в центр для почетных гостей. Скажите им, что приезжает президент, вообще что угодно, но соберите их там. Тем временем я позвоню в Вегас и отменю молочную развозку. Фред, предупредишь свою финансовую службу?

Барксдейл кивнул. Хотя большинство финансовых операций в парке совершались с использованием кредитных карточек посетителей, во многих местах продолжали использоваться наличные, особенно в казино. «Молочной развозкой» в Утопии называли еженедельный рейс бронеавтомобиля из Лас-Вегаса.

Сара снова посмотрела на начальника охраны.

— Вход в парк мы закрыть не можем. Но давайте начнем раньше закрывать билетные кассы, скажем, по четыре каждые полчаса. Нужно сдвинуть расписание монорельса на пару часов, увеличив поток уезжающих.

— Можно отключить один или два основных аттракциона, — сказал Аллокко. — Если люди подумают, что они уже все увидели или что очереди становятся чересчур длинными, они могут уехать быстрее.

— Хорошо, но без лишнего шума. И отправьте того робота из Башни грифонов в лабораторию Терри Бонифацио. Пусть доктор Уорн изучит его. Возможно, найдется нечто общее, что поможет нам выяснить, нет ли подобных повреждений и у других роботов.

— Сделаем это немедленно.

Аллокко снова потянулся к телефону. Барксдейл хмуро посмотрел на него, затем повернулся к Саре.

— Но если ты хочешь, чтобы все оставалось в тайне…

— Мы не станем говорить Эндрю больше, чем требуется. Но сейчас нам нужна его помощь. Особенно если учесть… — Она помолчала. — Особенно если учесть, что, похоже, метасеть может быть тут и ни при чем.

Барксдейл стоял рядом с ней, с отсутствующим видом разглаживая галстук. Увидев озабоченное выражение на его лице, Сара вдруг ощутила, насколько он ей близок. Однако она тут же отбросила подобные мысли — сейчас не время для этого.

— О чем ты думаешь, Фред? — спросила она.

— Просто не могу понять. Если метасеть ни при чем, тогда что могло случиться? Каким образом эти парни могли загрузить программы в роботов? Наша компьютерная система полностью закрыта, и никто извне не мог…