Остров Камино - Джон Гришэм

Мерсер нашла страницу, где указаны авторские права, и увидела слова «Первое издание».

– И сколько она теперь стоит? – спросила она.

– Я продал пару по пять тысяч долларов. Теперь прошу восемь. У меня в подвале еще хранится порядка двух дюжин экземпляров.

Мерсер промолчала, однако взяла услышанное на заметку. Она протянула роман Брюсу и подошла к другой стене, уставленной книгами.

– Все та же коллекция, но не все из этих авторов подписывали экземпляры здесь, – пояснил Брюс.

Вытащив с полки «Правила Дома сидра» Джона Ирвинга, Мерсер заметила:

– Думаю, что на рынке их очень много.

– Это Джон Ирвинг. Роман вышел через семь лет после «Мира глазами Гарпа», поэтому первый тираж был огромным. Этот экземпляр стоит несколько сотен долларов. У меня есть один «Мир глазами Гарпа», но он не продается.

Она вернула книгу на место и пробежала взглядом по соседним изданиям. «Мира глазами Гарпа» не было. Мерсер решила, что она тоже «погребена в подвале», но ничего не сказала. Ей хотелось спросить у него о самых редких книгах, но решила, что разумнее не проявлять интереса.

– А вам понравился вчерашний ужин? – поинтересовался он.

Мерсер засмеялась и отошла от стеллажа.

– О да. Я никогда не ужинала в обществе стольких писателей. Знаете, обычно мы не очень общительны и предпочитаем держаться особняком.

– Я знаю. В вашу честь все старались вести себя прилично. Поверьте, такие встречи далеко не всегда проходят столь цивилизованно.

– Но почему?

– Специфика ремесла. Больное самолюбие, спиртное, да еще разные политические пристрастия – и страсти начинают кипеть.

– Хотела бы я на это посмотреть! А когда намечается следующая вечеринка?

– С этой публикой никогда не знаешь наверняка. Ноэль собиралась устроить ужин через пару недель. Вы ей понравились.

– Она мне тоже. Она просто чудесна.

– Ноэль очень жизнерадостна и настоящий профессионал в том, чем занимается. Вам обязательно надо зайти в ее магазин.

– Я обязательно зайду, хотя ничего не смыслю в эксклюзивных вещах.

Рассмеявшись, Брюс посоветовал:

– Только ей не говорите. Ноэль очень гордится тем, что выставляет на продажу и хранит на складе.

– Завтра за кофе я встречаюсь с Сириной Роуч перед ее автограф-сессией. Вы с ней знакомы?

– Конечно. Она была здесь уже дважды. Сирина довольно эксцентрична, но вместе с тем приятна в общении. Ее сопровождают бойфренд и пресс-агент.

– Эскорт?

– Вроде того. Но в этом нет ничего необычного. Сирина лечилась от наркомании и нуждается в поддержке. Жизнь на колесах выбивает из колеи многих писателей, и им нужна опора, чтобы чувствовать себя защищенными.

– Она не может путешествовать одна?

Брюс засмеялся. Казалось, он сомневается, стоит ли сплетничать.

– Знаете, я могу рассказать вам много всяких историй. Часть из них грустные, часть веселые, но все они весьма колоритные. Давайте прибережем их на другой день, может, как-нибудь после хорошего ужина.

– А бойфренд у нее прежний? Я спрашиваю потому, что читаю ее последний роман, и там главная героиня борется с мужчинами и наркотиками. Судя по всему, автор хорошо знакома с материалом по личному опыту.

– Не знаю, но в двух последних турах ее сопровождал тот же парень.

– Бедной девушке достается от критиков по полной программе.

– Да, и она воспринимает это очень болезненно. Утром мне позвонил пресс-агент, чтобы я не устраивал никаких ужинов по окончании сессии. Они пытаются оградить ее от спиртного.

– А тур только начинается?

– Мы – ее третья остановка. Не исключено, что тур окажется неудачным, но Сирина всегда может его отменить, как когда-то сделали вы.

– Я бы очень ей рекомендовала.

В окно заглянула продавщица и сообщила:

– Извините за беспокойство, но вам звонит Скотт Туроу.

– Мне жаль, но это важный звонок, – сказал Брюс.

– До завтра, – попрощалась Мерсер и направилась к двери.

– Спасибо, что подписали книги.

– Я подпишу все свои книги, которые вы купите.

8

Три дня спустя Мерсер, дождавшись вечера, направилась к пляжу. Сняв сандалии, она убрала их в маленький рюкзачок и зашагала на юг по кромке воды. Время отлива, пляж широкий и пустынный, если не считать редких пар, гулявших с собаками. Через двадцать минут она миновала многоэтажные кондоминиумы и направилась в сторону отеля «Ритц-Карлтон». Возле деревянного настила она ополоснула ноги, надела сандалии, прошла мимо пустого бассейна и вошла в отель, где за столиком в элегантном баре ее ждала Элейн.

Тесса любила этот бар в «Ритц-Карлтоне». Два или три раза каждое лето они с Мерсер одевались в свои лучшие наряды и ехали в «Ритц», где сначала угощались напитками, а затем ужинали в знаменитом ресторане отеля. Тесса всегда начинала с бокала мартини, а Мерсер до пятнадцати лет заказывала диетическую колу. Когда ей исполнилось пятнадцать, она приехала на лето с поддельным удостоверением личности, и они с Тессой угощались мартини вместе.

Случайно оказалось так, что Элейн сидела за их любимым столиком, и на Мерсер, занявшую место рядом, нахлынули воспоминания о бабушке. Тут ничего не изменилось. На заднем плане негромко пел музыкант, подыгрывавший себе на фортепиано.

– Я приехала сегодня днем и подумала, что хороший ужин вам не повредит, – сказала Элейн.

– Я была здесь много раз, – отозвалась Мерсер, осматриваясь и вдыхая столь знакомый запах смеси соленого воздуха и дубовых панелей. – Тесса обожала это место. Оно, конечно, не для тех, кто вынужден экономить, но время от времени бабушка позволяла себе такую роскошь.

– Значит, Тесса не была богатой?

– Нет. Она не нуждалась, и к тому же образ жизни вела скромный. Давайте поговорим о чем-нибудь другом.

Подошел официант, и они заказали напитки.

– По-моему, неделя у вас выдалась удачной, – заметила Элейн.

По заведенной процедуре, Мерсер каждый вечер отправляла ей по электронной почте отчет о прошедшем дне, в котором сообщала обо всем, что могло иметь отношение к их поиску.

– Я не уверена, что знаю больше, чем когда приехала, но зато установила контакт с противником.

– И?

– Он действительно очень обаятельный и весьма симпатичный. Самое ценное хранит в подвале, но о сейфе не говорил. У меня такое впечатление, что внизу у него целый склад. Его жена сейчас в городе, и ко мне он не проявил особого интереса, если не считать обычного расположения к писателям.

– Расскажите мне об ужине у Майры и Ли.