Красная луна - Маркус Луттерман

На ветру развевалась желтая оградительная лента. Полицейский расспрашивал Табису о том, что они видели, а следователь в синих перчатках и бежевой форме неспешными движениями водил металлоискателем по телу носорога.

Высоко над их головами кружили стервятники. Ждали, когда люди наконец-то исчезнут и они начнут свое пиршество.

Роб и ночной патруль помогали полиции искать стреляные гильзы. Одну они нашли, но поиски продолжались, поскольку Табиса и Роб сказали, что слышали как минимум два выстрела.

Послышался шум приближающегося автомобиля, и Роб увидел, как рядом с местом преступления, уткнувшись капотом в заросли, остановился «лендровер». Из него вышли двое мужчин.

Одним из них был Тинус ван Хобек. Другой, с обрюзгшим лицом и двойным подбородком, выглядел примерно лет на пятьдесят. У него были широкие плечи, а живот свисал огромным мешком над широким кожаным ремнем джинсов.

Он кого-то Робу напоминал. Возможно, потому, что выглядел как и миллион других жлобов, которые любят огнестрельное оружие, голосуют за консерваторов и думают, что в старые времена все было лучше.

– Роб, – сказал Тинус, – это Том Макнамара, начальник службы безопасности заповедника.

Роб повернулся к мужчине.

– Том, это Роб Чезей, музыкант и очень важный финансовый партнер, который поддерживает наш заповедник уже много лет.

Тинус подчеркнул слово «важный», словно пытался убедить Тома Макнамару в необходимости хорошо относиться к Робу.

Макнамара коротко кивнул и подошел к оградительной ленте. Роб смотрел ему вслед, пытаясь вспомнить, где видел этого мужчину раньше.

Тинус ван Хобек подошел ближе и негромко произнес:

– Том может показаться хмурым, но он хороший человек. Ненавидит браконьеров. Я слышал, кстати, что тебе пришлось заночевать там, в зарослях. Мне жаль, что так получилось. В этой местности нашему транспорту очень сложно проехать.

«Значит, Табиса рассказала о носороге?»

– Не нужно извиняться. На самом деле я бы с удовольствием был с вами ночью.

Тинус ван Хобек покачал головой.

– Роб, как я и говорил вчера, там бродят не только животные. Я не могу позволить, чтобы ты как турист рисковал попасть на линию огня, если снова раздастся выстрел.

– Я сделал бы новое пожертвование.

– Я на самом деле не могу этого позволить, Роб.

– Большое пожертвование.

Тинус ван Хобек устало улыбнулся и похлопал его по плечу.

– А ты упрямый ублюдок. Я посмотрю, что могу для тебя сделать.

Что-то запищало поблизости, и Роб увидел следователя, который остановился с металлоискателем в нескольких сантиметрах от головы носорога.

– Думаю, я нашел вторую пулю! – крикнул он, положил металлоискатель и натянул перчатку почти до локтя. Затем достал инструмент, напоминающий продолговатый пинцет, сделал надрез в толстой коже носорога, оттянул ее в сторону и через отверстие в черепе осторожно вытащил красноватый кусок металла.

Он вытер его тряпкой, положил в прозрачный пакет и показал Тому Макнамаре и начальнику полиции.

Острие пули было уплотнено и напоминало шляпку гриба.

– Триста семьдесят пятый? – предположил Том Макнамара.

– Да, – кивнул начальник полиции. – Стреляли из охотничьего ружья, судя по всему. И похоже, что они стреляли с вертолета. Обе пули попали в носорога сверху.

Следователь снял одну перчатку и почесал голову.

– Их оснащают все лучше и лучше. Если нам трудно догнать их, когда они просто охотятся на нашей территории, то что мы можем сделать, когда они прилетают на вертолете?

Роб, Машуду и Табиса стояли за оградительной лентой и наблюдали за ними.

– Как часто удается определить оружие по пуле? – спросил Роб.

– Как правило, только когда удастся поймать браконьера, – ответил Машуду. – Месяц назад мы поймали браконьера, а когда проверили ружье по базе, то оказалось, что полиция в Мозамбике уже изымала это оружие раньше. Видимо, кто-то из сотрудников продал его другому браконьеру. – Он взглянул на оградительную ленту и покачал головой. – Когда мы с вами смотрим на носорога, то видим красивое животное. Криминальные группировки не видят ничего, кроме рога, стоимость которого такая, будто он из чистого золота. И наши охранники, которым мало платят, должны защищать этих животных. Золото, которое вместо того, чтобы быть запертым в охраняемых местах, бегает на четырех ногах в дикой природе. – Он повернулся и указал на восток. – В километре отсюда проходит граница с парком Крюгера, чья площадь – как весь Израиль. Знаете, сколько там сейчас браконьерских группировок?

Роб покачал головой.

– Три-четыре?

– Двадцать или около того. Триста шестьдесят пять дней в году они скрываются там и выслеживают носорогов. И многие оснащены значительно лучше, чем мы.

– Но кто обеспечивает их оружием и техникой?

– Посредники из ЮАР и Мозамбика. Или азиаты. Китайцев в этой стране много.

– А кто находится на вершине иерархии?

Машуду вздохнул.

– Этого мы не знаем. Мы поймали много браконьеров и несколько посредников, но крупных шишек почти не встречали. Они сидят в Пекине и Ханое и считают деньги, пока мы ищем их подданных.

Мимо них с недовольным видом прошел Том Макнамара. Роб взглянул на мертвого носорога.

– А нельзя поставить GPS-передатчики на рогах носорогов? – спросил он Машуду. – Тогда можно было бы отслеживать все их передвижения.