Сотканный мир - Клайв Баркер

— И наша земля? — добавила Лилия. — Где вообще все?

Кэл оторвал взгляд от квинтета и посмотрел на стол рядом с кроватью, куда перед сном положил фрагмент Сотканного мира. Он исчез.

— Они вышли из клочка ковра, — сообщил он, не вполне веря собственным словам.

— Именно это мне и снилось.

— Мне тоже это снилось, — сказала Сюзанна.

— Из клочка ковра? — переспросил Фредерик в ужасе. — Вы хотите сказать, что нас разлучили с остальными?

— Да, — ответил Кэл.

— Так где же они? — спросила Апполин. — Отведите нас туда.

— Мы не знаем, где они теперь, — признался Кэл. — Шедуэлл унес ковер.

— Будь прокляты эти чокнутые! — взорвалась дама. — Нельзя верить никому из них. Вечные уловки и надувательство!

— Он действует не один, — сказала Сюзанна. — Он вместе с одной из вас.

— Сомневаюсь, — покачал головой Фредерик.

— Но это правда. С Иммаколатой.

При звуке этого имени Фредерик и Джерико вскрикнули от ужаса. Апполин, хоть и замужняя дама, просто плюнула на пол.

— Разве сучку еще не вздернули? — поинтересовалась она.

— Дважды, я знаю совершенно точно, — ответил Джерико.

— Она воспринимает это как комплимент, — заметила Лилия.

Кэл передернул плечами. Он замерз и устал, он хотел видеть сны о залитых солнцем холмах и блестящих реках, а не траурные лица, искаженные злостью и подозрением. Не обращая внимания на их взгляды, он отбросил в сторону подушку, подошел к куче одежды на полу и стал натягивать рубашку и джинсы.

— А где же тогда хранители? — спросил Фредерик, обращаясь ко всем собравшимся. — Кто-нибудь знает?

— Моя бабушка… — начала Сюзанна. — Мими…

— Да? — нетерпеливо произнес Фредерик. — Где же она?

— Боюсь, она умерла.

— Но есть и другие хранители, — сказала Лилия, заразившись нетерпеливостью Фредерика. — Где они?

— Этого я не знаю.

— Ты права, — произнес Джерико с видом почти трагическим. — Произошло что-то ужасное.

Лилия вернулась к окну и распахнула его.

— Ты сможешь их почуять? — спросил ее Фредерик. — Они где-то рядом?

Лилия отрицательно покачала головой.

— Воздух воняет, — сказала она. — Это не прежнее Королевство. Здесь холодно. Холодно и грязно.

Кэл, уже успевший одеться, протолкнулся между Фредериком и Апполин и взял бутылку виски.

— Хочешь глотнуть? — спросил он Сюзанну.

Она покачала головой. Он налил себе щедрую порцию и выпил.

— Мы должны разыскать этого вашего Шедуэлла, — заявил Сюзанне Джерико, — и забрать у него Сотканный мир.

— К чему такая спешка? — воскликнула Апполин с какой-то нездоровой беззаботностью. Она придвинулась к Кэлу. — Ничего, если я присоединюсь?

Он с неохотой протянул ей бутылку.

— Что ты хочешь сказать? «К чему такая спешка»! — возмутился Фредерик. — Мы проснулись не пойми где, совершенно одни…

— Мы не одни, — возразила Апполин, отхлебывая виски. — Мы нашли друзей. — Она одарила Кэла кривоватой улыбкой. — Как тебя зовут, милый?

— Кэлхоун.

— А ее?

— Сюзанна.

— Я Апполин. Это Фредерик.

Каммелл отвесил официальный поклон.

— Там стоит Лилия Пеллиция, а этот младенец ее брат, Нимрод…

— А я Джерико.

— Итак, — провозгласила Апполин, — мы теперь друзья, верно? Нам вовсе не нужны все остальные. Пусть себе гниют.

— Они наши соотечественники, — напомнил ей Джерико. — Они нуждаются в помощи.

— И поэтому они оставили нас в Кайме? — невесело съехидничала она, снова поднося к губам бутылку с виски. — Нет уж. Они оставили нас там, где мы могли погибнуть, и не пытайтесь найти в этом какой-то высший смысл. Мы для них грязь. Разбойники, негодяи и бог знает кто еще! — Она посмотрела на Кэла. — Да, да. Ты попал в воровскую шайку. Мы — их позор. Каждый из нас. — Затем Апполин обратилась к своим товарищам. — Это даже лучше, что мы разделились. Сможем хорошо повеселиться.

Кэлу показалось, что он заметил всполохи разноцветных красок, промелькнувшие в складках ее вдовьего одеяния, пока она говорила.

— Перед нами целый мир, — продолжала она. — Он наш, будем им наслаждаться.

— Все равно, потерялись так потерялись, — настаивал Джерико.

Апполин в ответ лишь яростно засопела.

— Он прав, — сказал Фредерик. — Без Сотканного мира мы изгнанники. Ты же знаешь, как сильно ненавидят нас чокнутые. Всегда ненавидели. Всегда будут ненавидеть.

— Проклятые дураки, — отозвалась Апполин и вернулась к окну, прихватив с собой виски.

— Мы тут несколько отстали от жизни. — Фредерик повернулся к Кэлу. — Может, вы скажете нам, какой теперь год? Девятьсот десятый? Одиннадцатый?

Кэл засмеялся.

— Накинь еще лет семьдесят, — предложил он.

Фредерик заметно побледнел и отвернулся к стене. Лилия испустила болезненный крик, словно ее ударили. Она задрожала и присела на край кровати.

— Восемьдесят лет… — пробормотал Джерико.

— Почему они так долго ждали? — спросил Фредди, обращаясь к притихшей комнате. — Что случилось, из-за чего им пришлось так долго ждать?

— Прошу вас, прекратите сыпать загадками, — перебила его Сюзанна, — и объяснитесь.

— Мы не можем, — сказал Фредди. — Ты не ясновидец.

— Только не говори глупостей, — отрезала Апполин. — Кому от этого будет вред?

— Расскажи им, Лилия, — попросил Джерико.

— Я протестую, — заявил Фредди.

— Расскажи им столько, сколько они должны знать, — нашла выход Апполин. — Если рассказывать все, ты не закончишь до Судного дня.

Лилия вздохнула.

— Почему я? — спросила она, все еще дрожа. — Почему это я должна рассказывать?

— Потому что ты самая лучшая лгунья, — произнес Джерико с натянутой улыбкой. — У тебя все получится убедительно.

Она бросила на него мрачный взгляд.

— Ладно, — согласилась она и начала рассказывать.