Откровения людоеда - Дэвид Мэдсен

Это был Господин Эгберт. Вот кто пришел к нам на помощь. Этот тучный, одаренный, бесстыдный буффон, которого я не думал еще когда-нибудь увидеть, позвонил на следующее утро после фиаско в II Bistro.

— Мастер Эгберт! — завопил я. — Что это такое…?

— Я слышал о твоих неприятностях, мой милый мальчик, — сказал он. — Я думаю, все из нашего круга теперь уже слышали об этом. Я не буду спрашивать о деталях.

— А я не хочу снабжать вас ими. Но мне надо смываться.

— Ну, надо думать.

— И?

— Я хочу сделать тебе предложение. Ради старых времен, можно сказать.

— Эгберт — Мастер — не воображайте ни на мгновение, что мы можем продолжать с того места, на котором остановились. Все изменилось.

— Это все, что ты думаешь обо мне, сексуальный приспособленец? Мне больно, Орландо, очень больно.

— Чепуха. Я просто сказал вам, вот и все.

Повисла пауза, и я услышал гиперболизированный театральный вздох на том конце линии. Затем:

— Ты хочешь услышать мое предложение или нет?

— Конечно, хочу.

167

ОТКРОВЕНИЯ ЛЮДОЕДА

— Хорошо, почему бы нам не встретиться?

Я медлил в нерешительности.

— Вы действительно думаете, что это будет хорошей идеей? — сказал я.

— Конечно, я так думаю. Только мои самые грешные сны смягчают боль разлуки с тобой, Орландо. О, ты делаешь со мной такие безнравственные вещи в моих снах.

— Я не могу отвечать за это.

— И я тоже не могу. Где мы встретимся?

— Я буду в отеле Фуллера.

— Когда?

— Как только смогу.

— Ну что ж, этот день подходит, как и все остальные…

— Это не вопрос удобства, Мастер Эгберт — я попаду в беду, если останусь здесь — это была моя личная ошибка, я должен был понять, осознать…

— Приезжай сегодня в полночь — это будет отлично. Я скажу Флавио Фалвио, чтобы он сделал нам специальную выпечку из своих кремовых рожков. Мы истребим ее с банкой персикового черного китайского чая.

— Я не могу — я имею в виду — я должен вернуться сюда, в II Bistro, сегодня ночью.

— Ты имеешь в виду, что ты не хочешь спать со мной. Разве может быть кто-нибудь столь же беспощадным, как освобожденный от чар любовник?

— Я имею в виду не совсем это, Мастер. Да, именно так.

— Ты должен будешь вернуться целомудренным и в безопасности на поезде семь сорок три из Бристоля. Я уверен, что мое предложение — одно из тех…

— От которых нельзя отказаться?

— От которого ты не захочешь отказаться. Кроме того, в моей жизни есть теперь и другой свет.

— о?

— Его зовут Свен, и я перевожу его на салаты на следующей неделе.

— О, тогда я могу догадаться о его судьбе.

— Ты голубоглазый ублюдок, — сказал Мастер Эгберт.

Затем разговор прервался.

Отель Фуллера совсем не изменился. На самом деле, Мастер Эгберт тоже не изменился — он был круглым, жирным, зрелым и смешным, как и всегда.

— Орландо, милый мой мальчик! — завопил он, обвивая руки вокруг меня, почти удуив меня запахом затхлого пота и острого запаха лука.

— Я никогда не думал, что вернусь сюда, — сказал я, освобождаясь из его объятий, в ходе которых мясистые руки начали блуждать, исследуя и сжимая меня.

— Разве кто-нибудь из нас думал? О, позволь мне посмотреть на тебя, Орландо!

Естественно, он посмотрел на меня чуть более долго и задержался взглядом ниже талии.

— Ведите себя хорошо, — проворчал я.

— Не злись на меня, — нагло сказал он. — Это было так давно, а ты такой же милый, каким всегда и был.

— Я бы предпочел, чтобы мы спустились вниз и поговорили о делах, Мастер Эгберт.

Он погрозил мне жирным указательным пальцем.

— Скажи «пожалуйста».

— Пожалуйста.

— Вот теперь все хорошо. Угощайся кремовым рожком. Флавио Фалвио испек их только этим утром, сделал так, как я тебе и обещал. Дорогой Свен просто обожает учиться у нашего Флавио, но я уже сказал, что ему придется быть терпеливым. Немного больше внимания моему рожку и, я думаю, тогда он сможет погрузить свои руки в кремовое многообразие.