Смерть в океане - Митчелл Грэм

— Это все, что я могу для вас сделать. Вы, ребята, многое перенесли. Капитан Баррони проинформировал меня о том, что видели вы и мистер Нельмс, однако я хотел бы услышать от вас подробности. Если не возражаете, мы запишем ваш рассказ.

— Меня это устраивает.

Блейлок нажал на кнопку своего интеркома.

— Управление, пришлите ко мне Мартинеса.

Последовала короткая пауза, а затем раздался стук в дверь. Вошел похожий на испанца хрупкий молодой человек с магнитофоном и желтым блокнотом в руках.

Блейлок представил присутствующим Рауля Мартинеса. Капитан объяснил, что Мартинес является его секретарем и владеет стенографией. Он будет записывать все сказанное в этой комнате. Никто не возражал.

Кэтрин в течение нескольких минут изложила свою историю. В ходе рассказа она сообщила о своей работе в качестве адвоката и о Беннете Уильямсе, чье дело рассматривалось в суде пятнадцать лет назад.

— Итак, вы не имели понятия, кто этот человек, увидев его на лайнере? — спросил Блейлок.

— Его лицо показалось мне знакомым. И только позже, когда мы находились в спасательной шлюпке, я вспомнила, где мы встречались с ним.

— А что навело вас на такую мысль?

Кэтрин пожала плечами:

— Не знаю. Иногда со мной случаются подобные озарения.

— Понятно. Таким образом, отправившись на поиски Стивенса, — продолжал Блейлок, заглядывая в свои записи, — вы нашли дверь закрытой, взломали замок и увидели, что этот человек убит.

— Правильно.

— Почему вы решили обратиться к лейтенанту Нельмсу? — спросил капитан Баррони, заговорив впервые за все время.

— Он был первым офицером, которого я увидела. Они с напарником пытались погасить пожар в коридоре, и я решила, что неплохо бы иметь свидетеля, на случай если мы потонем и все такое.

Тигр Блейлок покачал головой и повернулся к капитану Баррони:

— Вы считаете, что ваш корабль еще может находиться на плаву, капитан?

— Это под вопросом, — ответил Баррони. — Полагаю, какое-то время судно еще может продержаться на воде, но не могу сказать, как долго. В результате двух взрывов образовались две большие пробоины ниже ватерлинии. К тому же поврежден радар, так что способность к маневрированию теперь крайне ограничена. Можно задействовать лишь носовые двигатели малой тяги. Если море начнет волноваться…

Тигр Блейлок понял намек и кивнул.

— Сработала ли автоматическая насосная система? — спросил он.

— Она работала, однако невозможно было откачивать поступающую воду во всем объеме.

— Вы уверены, что на корабле совершена диверсия?

— Я в этом не сомневаюсь, сэр, — ответил Баррони.

— Согласен, — присоединился к нему Ла Рокка.

— Присоединяюсь, — поддержал их Эд Нельмс.

Блейлок открыл рот, чтобы сказать что-то еще, однако на столе перед ним зажужжал интерком.

— Капитан, говорит радиорубка, — раздался голос. — У меня сообщение для капитана Баррони.

— Вы хотите услышать его лично? — спросил Блейлок.

Баррони покачал головой.

— Говорите, радиорубка. Капитан Баррони сидит передо мной.

— Ваша компания предлагает послать к вам спасательное буксирное судно из Бетесды, штат Мэриленд, которое отправится сюда на всех парах. Они предполагают прибыть завтра в три часа утра. К вам также посланы еще два корабля. Вы должны принять все меры для обеспечения безопасности пассажиров. Им нужно также в ближайшее время знать количество пострадавших и имена всех погибших.

— Спасибо, — проговорил Баррони. — С позволения капитана «Теодора Рузвельта» передайте моей компании, что я получил сообщение и вскоре проинформирую их.

— Я не возражаю, — заметил Блейлок.

Они оба являлись капитанами и формально находились в одинаковом звании, тем не менее Баррони следовал принятому морскому протоколу и спрашивал разрешение у хозяина авианосца, на котором находился как гость.

— Не знаю, как вы, капитан, — продолжал Баррони, — но я хотел бы взглянуть на тело Эллиса Стивенса. Надо бы также убедиться в том, что ваши люди нашли Беннета Уильямса.

— Я хотел предложить вам то же самое.

— Если у вас тут есть фотограф или просто человек с фотоаппаратом, было бы неплохо сделать несколько снимков. Со временем власти захотят посмотреть на них, — заявил Дилани.

Он впервые открыл рот с тех пор, как они попали сюда. Все повернулись к нему.

— В этом есть смысл, — согласился Блейлок. — Вы будете мистер Адамс?

— Пока нет, — ответил он. — Меня зовут Джон Дилани.

Блейлок нахмурился и вновь склонился над записями.

— Простите. Мне казалось, что вы муж и жена. У меня тут стоит «профессор права» возле имени миссис Адамс.

— Джон — профессор, — поправила Кэтрин, — а я просто скромный адвокат в разводе.

— Вас понял, — сказал Блейлок, что-то помечая в бумагах. — Извините за ошибку.

— Ничего. Мы с Кэт размышляли над тем, как назвать наших детей, когда началась вся эта передряга.

Блейлок улыбнулся шутке.

— Вот почему он называет вас Кэт.

— Ну да, — согласилась Кэтрин. — К Джону надо привыкнуть. Однако мне кажется, он прав в отношении снимков. Кстати, он не счел нужным упомянуть, что служил детективом в убойном отделе, прежде чем стал юристом.

Блейлок окинул Дилани пристальным взглядом.

— Хорошо, — кивнул он наконец. — Вы хотите пойти с нами, миссис Адамс, или останетесь здесь?

— Пойду, — ответила Кэтрин, хотя менее всего ей хотелось этого. Она боялась, что ужасные воспоминания вновь воскреснут в ее памяти.

— А вы, мистер Дилани? Вы гражданский человек, и я не могу вам приказывать, однако полагаю, что ваша экспертная оценка будет много значить. Все, разумеется, на добровольной основе.

— Помню, отец не советовал мне идти добровольцем на флот. Но я с радостью пойду. Мне хочется призвать этих парней к ответственности.

— Парней? — спросил Блейлок, выражение лица которого вдруг утратило свою доброжелательность.

— Это всего лишь предположение, капитан. Однако если верить слухам о том, что шланги были порезаны и противопожарная система выведена из строя, тогда есть все основания считать, что Уильямс действовал не один. При условии, конечно, что диверсия — дело его рук.

Капитаны переглянулись, затем одновременно встали и направились к двери.