Три богини судьбы - Татьяна Степанова

Дело об ограблении банка на Новой Риге срочно подняли из архива. Полковник Гущин, к удивлению Кати, начал звонить не в МВД и не в МУР коллеге Елистратову, а в службу экологической милиции.

– Сейчас отыщем Лямина… был бы только на месте он, пусть к нам, сюда на Никитский, подъедет, – Гущин, сопя, нашел в справочнике нужную фамилию. – Он в УБОПе тогда работал и дело это должен помнить в деталях со всеми подробностями. Эх, ребята, с тех пор как екнулся ваш УБОП, где вы только, родные мои, пенсию себе не высиживаете, в каких только службах… Лямин в экологи вон подался, по свалкам они, бедолаги, оперативные рейды теперь устраивают… Дожили…

Часа через три подполковник Лямин уже сидел в кабинете Гущина, прихлебывал кофе и комментировал фотографии из архивного дела. Катя скромненько строчила в своем репортерском блокноте, но мысли ее по-прежнему были далеко, и она заставляла себя сосредоточиться на деле этой самой Марины Заборовой из Куприяновского карьера. В случае удачного раскрытия этого убийства могла бы выйти отличная статья. Этим не стоило пренебрегать.

Фотография самой Заборовой в архивном деле, так, увы, и оставшемся на тот момент висяком, имелась. Одиннадцать лет назад потерпевшая была настоящей красоткой с фарфоровой кожей, с ямочками на щеках. Катя вспомнила снимки, сделанные в карьере. Нет-нет, что толку сравнивать теперь… Бесполезно…

– Значит, пришили все-таки ее. – подполковник Лямин закурил. – Странно, что не тогда, а через столько лет. Но все-таки счеты свели… Пытали, говоришь, перед смертью?

– Пытали, – Гущин кивнул. – И жгли.

Лямин поморщился.

Деньги большие тогда взяли в ходе ограбления, а где большие деньги – там и пытки…

– Сколько взяли тогда?

– Миллион зеленых без малого. Банк имел отделение в Москве на Петровке, ну знаешь, переулок напротив ЦУМа. Назывался банк «Европейское содружество», но иностранного капитала там не было, чисто «рублевские» вложения. Отделение на Новой Риге у них было оборудовано банковскими ячейками, тогда, одиннадцать лет назад, это еще новшество было, не все банки такую услугу предлагали. И многие из тех, кто с Рублевки на лето за моря подавался, пользовались этой услугой, ювелирку там свою хранили и прочие ценности. Ну и наличность была, банкоматы круглосуточно работали… Ограбление произошло первого августа ночью. Сигнализация там была американская, и вот в чем штука – так ее мастерски кто-то вырубил на четверть часа, что на пульт вневедомственной охраны сигнал не прошел, был только двухсекундный сбой. А вот вся внутренняя система отключилась – электронные замки хранилища, видеонаблюдение. Вскрыто было за четверть часа семь ячеек, причем только те, где действительно что-то имелось, и банковский сейф. В сейфе, как потом выяснилось, было двести тысяч долларов на тот момент. Ну а насчет содержимого ячеек мы только примерные сведения имели. Не очень эти рублевские терпилы распространялись, что их бабы там хранили – бриллианты, жемчуга, по самым скромным подсчетам, еще тысяч на семьсот-восемьсот. Быстро было все сделано, профессионально, с сигнализацией так обошлись, что ясно стало с первого взгляда – тот, кто отключал, знал досконально систему. Значит, время имел достаточно, чтобы предварительно все изучить, если нужно – отсканировать, схему отработать компьютерную и оборудование приобрести.

Начали мы разбираться с персоналом, а тут этот самый черный вторник вдруг настал, ну помнишь, что тогда было – кризис банковский, дефолт… Тот еще кризис, когда все в одночасье кинулись деньги свои из банков забирать. У нас расследование идет, а офисы банка этого точно в осаде. Потом узнаем, что банкир за границу смылся. Кстати, потом он так оттуда и не вернулся.

– Убили, что ли? – спросил Гущин. – Тогда, может, они сами там, в банке, это ограбление перед кризисом организовали?

– Мы так тоже думали, одна из версий была. Но банкира не убили, умер он от рака в Лондоне, все никак в себя не мог прийти, что вот так разом все прахом пошло. Нет, Федор Матвеевич, я тогда много над этим делом думал и скажу тебе: не банковская то была афера, грабеж чистой воды. Классический грабеж. Стали мы сотрудников шерстить. И в числе других наше внимание один привлек… ну-ка, где тут его снимок из личного дела… Так, вот он – некто Цветухин Евгений, тогда ему лет тридцать было… Он работал в службе охраны банка, являлся заместителем начальника, и как раз в его ведении была охранная сигнализация, кроме того, в компьютерах он классно разбирался… чистый хакер, как его сослуживцы характеризовали, видимо, спец был по взломам чужих банковских тайн.