Разоблачение - Майкл Крайтон

— А не можем ли мы отправить одну такую машинку в Нью-Йорк? — спросил Николс, показывая на очки.

— Конечно, — ответил Черри. — Сегодня же и пошлем. Где-нибудь в четверг получите. Я отправлю кого-нибудь из моих ребят, чтобы они все наладили.

— Это станет бестселлером, — сказал Николс, — просто бестселлером.

Он достал свои очки для чтения, которые в сложенном виде занимали совсем мало места — у них и оправа, и дужки имели по нескольку шарниров. Николс осторожно раскрыл их и нацепил на нос.

Остановившись на роликах дорожки, Джон Конли засмеялся и спросил:

— Ангел, а могу ли я открыть этот ящичек? — И, приподняв голову, прислушался.

— Он прибегнул к помощи Ангела, — объяснил Черри. — Ангел дает ему подсказку через наушники.

— И что же Ангел ему нашептывает? — спросил Николс.

— А это их интимное дело, — расхохотался Черри. Кивая головой, Конли протянул руку вперед, собрал пальцы щепотью, будто ухватив что-то, и потянул, делая вид, что выдвигает ящичек картотеки.

На экране монитора Сандерс увидел, как из стены «Коридора» выдвинулся ящичек, набитый папками.

— Ух ты, — восхитился Конли. — Класс! Ангел, а я могу заглянуть внутрь?.. Ага… Понятно.

Конли снова протянул руку и ткнул кончиком пальца в этикетку, прикрепленную к одной из папок. Папка немедленно вылетела из ящичка и, раскрывшись, повисла в воздухе.

— Иногда приходится отказываться от физического правдоподобия, — пожаловался Черри, — из-за того, что пользователи оперируют только одной рукой. Одной рукой папку не откроешь.

Стоя на резиновой дорожке, Конли несколько раз описал рукой в воздухе короткую дугу, как бы листая невидимые страницы. На экране, однако, было видно, что странички в папке на самом деле начали переворачиваться.

— Эй! — запротестовал Черри. — Скажите вашим ребятам, чтобы они не очень-то расходились — я забил в память все наши финансовые отчеты.

— А ну-ка, дай посмотреть! — вмешался Дейли, поворачиваясь.

— Да смотрите, что хотите! — весело засмеялся Черри. — Развлекайтесь пока. В окончательном варианте мы введем ограничения по доступу. Вы заметили, что некоторые числа — красные? Это значит, что на следующем уровне можно получить более подробную информацию. Дотроньтесь до одного такого числа.

Конли дотронулся до красного номера. Тот разросся, превратившись в новую информационную схему, повисшую в воздухе.

— Ух ты!..

— Многоуровневое представление информации, — объяснил Черри, — упорядоченность, я бы сказал.

Конли и Дейли, хихикая, развлекались, тыча пальцами в новые и новые красные числа, пока все пространство вокруг них не было увешано развернутыми листами.

— Эй, а как нам теперь от этого избавиться?

— Не можете найти самый первый лист?

— Да, он остался где-то внизу под всеми остальными.

— Наклонитесь и посмотрите — может, найдете. Конли нагнулся и, казалось, заглянул подо что-то.

Затем он, протянув руку, ткнул в воздух.

— Вот он.

— Так, а в углу есть маленькая зеленая стрелка — дотроньтесь до нее.

Конли дотронулся. Все листы съежились и втянулись под самый первый листок.

— Шикарно!

— Дайте, я сделаю, — сказал Дейли.

— Не дам: я сам сделаю. У вас не получится.

— Нет, я!

— Я!

Они хохотали, как расшалившиеся дети. Тут вмешался Блэкберн.

— Я понимаю, что это очень забавно, — сказал он Николсу, — но мы отстаем от графика. Нам, пожалуй, стоит вернуться в конференц-зал.

— Пожалуй, — согласился Николс с заметной неохотой и повернулся к Черри. — Так вы полагаете, что сможете передать нам одно из этих приспособлений?

— Считайте, что оно уже у вас, — пообещал Черри.

* * *

Представители «Конли-Уайт» возвращались в конференц-зал, оживленно переговариваясь и посмеиваясь, вспоминая недавний эксперимент. Сотрудники «Диджи-Ком» спокойно шли рядом, не желая портить им хорошее настроение. Воспользовавшись моментом, Марк Ливайн подобрался поближе к Сандерсу и шепотом спросил:

— Эй, почему ты не позвонил мне вчера вечером?

— Я звонил! — удивился Сандерс. Ливайн покачал головой.

— Весь вечер я был дома, и никто не звонил.

— Я передал для тебя сообщение на автоответчик около пятнадцати минут седьмого.

— Никакого сообщения я не получал, — сказал Ливайн, — а когда пришел утром, тебя не было. — Он понизил голос. — Боже, ну и каша. Я пришел на совещание по «мерцалкам», понятия не имея, какой линии придерживаться.

— Извини, — сказал Сандерс. — Не понимаю, как это получилось.

— Слава Богу, Мередит сама повела дискуссию, — вздохнул Ливайн, — а то бы я сидел по уши в дерьме. Я практически… Потом договорим, — быстро закончил он, заметив, что Джонсон направляется в их сторону, чтобы поговорить с Сандерсом.

— Где тебя черти носят? — спросила она.

— Я считал, что совещание начнется в 8.30…

— Я звонила тебе вчера вечером специально, чтобы сказать, что оно переносится на восемь. Гости хотят успеть на вечерний самолет до Остина.

— Я этого не знал.

— Я говорила с твоей женой. Она что, не передала тебе?

— Я считал, что совещание назначено на восемь тридцать.

Джонсон потрясла головой, как бы предлагая сменить тему, и сказала:

— Как бы то ни было, на совещании мне пришлось менять концепцию изложения наших проблем по «мерцалкам», и очень важно скоординировать наши действия свете…

— Мередит! — шедший впереди Гарвин оглянулся на рве. — Мередит, Джон хочет кое о чем тебя спросить!

— Никуда не уходи! — приказала Мередит и, бросив напоследок на Сандерса злой взгляд, заторопилась вперед.

Атмосфера всеобщей оживленности не рассеялась и в конференц-зале. Перешучиваясь, участники совещания рассаживались по своим местам.

Эд Николс открыл заседание, повернувшись к Сандерсу:

— Мередит уже ввела нас в курс дела по «мерцалкам». Теперь, поскольку вы здесь, мы хотели бы услышать и ваше мнение.

«…Мне пришлось менять концепцию изложения наших проблем…» — сказала ему Мередит.

— Мое мнение? — замялся Сандерс.

— Ну да, — подтвердил Николс. — Ведь вы курируете «мерцалки», не так ли?

Сандерс обвел глазами лица, в ожидании повернутые к нему, и бросил взгляд на Джонсон, но та рылась в своем кейсе, доставая из него раздутые манильские конверты.