Завтра нас похоронят - Эл Ригби

— Никто не увидит, — буркнул он, прислоняясь к стене. — Лучше давайте быстрее, холодно.

Я почти услышал, как Вэрди заскрипела от злости зубами, и поспешно положил руку ей на плечо:

— Он в чём-то прав, принцесса, шевелись.

Прошипев: «Не называй меня так!», она потянула на себя дверь.

Внутри действительно оказалось тесно — примерно как в вагонном тамбуре. Единственное, что я здесь увидел, — застеклённое окошко в стене. Вэрди подтолкнула меня вперёд, и, вынув деньги, я подошёл. Пожилой сонный мужчина, сидевший по ту сторону, поднял на меня слезящиеся глаза:

— Могу я вам помочь, герр?

— Да, я хочу обменять деньги, — сказал я, положив в маленькое углубление пачку.

Мужчина смерил её взглядом — брови на секунду удивлённо приподнялись. Я ждал каких-нибудь вопросов, но, подумав секунд десять, мужчина безэмоциональным голосом попросил:

— Ваш паспорт, пожалуйста.

Я замер. Я даже не подумал заранее о том, какой паспорт давать. Поколебавшись немного, протянул американский. Когда мужчина открыл его, брови приподнялись ещё выше. Пролистав паспорт, он начал что-то сосредоточенно записывать в гудящий компьютер. Машина пикнула, и он прищурился, точно сверяясь с чем-то. Начиная нервничать, я спросил:

— Что вы делаете? Что-то не так?

На этот раз обращённый на меня взгляд был прохладным и как будто оценивающим:

— Вы не знали, герр Старк? Каждого приезжего мы заносим в нашу базу. Это простая, но обязательная формальность.

Вэрди толкнула меня в бок, и я поспешно улыбнулся:

— Да, я забыл об этом. Конечно, пожалуйста. Ваша машина сказала, что я шпион?

Мужчина рассмеялся:

— Нет, она не может мне ничего сказать. Подождите минутку.

Выдвинув какой-то ящик, он начал отсчитывать деньги. Я покосился на Вэрди — она стояла так, чтобы особенно не бросаться в глаза, и пониже надвинула шляпку.

Пока мы выходили, я чувствовал его взгляд. Брр…. Неприятный тип, хорошо, что он не полицейский. Иначе у нас могли быть крупные проблемы. Следующую пачку денег нужно будет менять очень осторожно.

— Ты дурак, — заявила Вэрди, как только мы оказались на улице. — Зачем дал ему американский паспорт? У тебя же был наш!

— Если бы я дал наш, возникли бы вопросы, откуда у меня столько иностранных денег, учитывая, что в обороте их нет, а выезжать за границу вам нельзя, — парировал я.

И сам удивился, с какой уверенностью произнёс это. Вэрди тоже взглянула удивлённо:

— Так говоришь, будто сто раз уже был за границей с иностранными деньгами.

Я пожал плечами:

— Может быть. Не помню.

Принцесса фыркнула и протянула руку ладонью вверх:

— Ладно, давай.

Я усмехнулся, останавливаясь:

— А что мне за это будет?

— Я не свяжу тебя и не ограблю. Давай.

Вздохнув, я отдал ей половину пачки, и она тут же спрятала её в карман, довольно улыбаясь:

— Заметь, ты сам мне это предложил.

— Конечно, ты же моя жена по нашей «легенде», — хмыкнул я.

Сморщив нос, она пнула бутылочный осколок.

— Знаешь, я очень жалею об этом.

Маленькая разбойница. Я усмехнулся и начал оглядываться в поисках…

— А где Алан?

Раздавшийся из-за угла вопль и сопровождавшее его рычание мотора заставило нас обоих подпрыгнуть и броситься вперёд. Вэрди сильно побледнела… и почему-то мне показалось, что она прекрасно знает, кого, кроме Ала, мы увидим за углом. А вот для меня огромный автомобиль на красных колёсах оказался полной неожиданностью. Как и вёрткая одноглазая девушка с хлыстом, тянущая упирающегося Алана за локоть. Теперь я вспомнил, что Принцесса говорила о Котах… Передо мной была сама Джина Кац.

— Эй ты! — рявкнул я, подступая к ней. — А ну отпустила его!

Рука рефлекторно потянулась в карман… но там не было ничего, кроме денег. Черт… видимо, раньше я носил какое-то оружие. И сейчас оно очень бы мне пригодилось.

Девушка замешкалась лишь на секунду, но этого было достаточно, чтобы Алан вырвался и бросился ко мне. Оба — и он, и Вэрди, — сейчас стояли за моей спиной, и, даже не оборачиваясь, я ощущал их страх. А Джина Кац внимательно смотрела на меня своим единственным глазом — смотрела зло, холодно и явно оценивающе. Наверняка от неё не укрылся тот жест, после которого я ощутил в кармане очень неприятную и такую несвоевременную пустоту. И, сделав верные выводы, она усмехнулась:

— Лучше отойди.

— Ты хочешь, чтоб я ещё что-нибудь сделал? — я вежливо приподнял бровь. — Почистил твои туфли?

Принцесса шумно выдохнула за спиной и сжала пальцами край моей куртки. Я, не двигаясь и не отводя взгляда, продолжил:

— На каком основании ты нападаешь на моего сына?

Теперь выдохнул Алан — удивлённо. Я усмехнулся, видя, что привёл в замешательство и Кошку. Но оно длилось недолго: рука взметнулась, и хлыст сухо щёлкнул в сантиметре от моего уха. Когда я не шевельнулся, на ее лице отразилась явная досада, а потом изумление. Но всё же девушка продолжила:

— После следующего удара станешь слепым на один глаз, можешь выбрать, на какой. Это не твои дети, это крысы. Отойди от них.

Не поворачивая головы, я окинул окружающее пространство взглядом. Ни одного человека… чёрт возьми. А пару секунд назад захлопнулось последнее окно в доме напротив. И я, чуть шире раскинув руки и посмотрев на девушку исподлобья, упрямо возразил:

— Мои.

— Тогда пусть снимут перчатки, — дёрнула плечом нападающая.

— Ты не «бык», чтобы приказывать, что нам делать, — огрызнулась из-за моей спины Вэрди.

Щурясь, Кошка сделала шаг в нашу сторону:

— А я тебя, кажется, видела с этим щенком из Управления. На этот раз он тебя не защитит, а у твоего нового дружка даже оружия нет.

Она не спешила — упивалась своим превосходством. А я понимал, что, в общем-то, у нас нет особого выбора. Может быть, если я попытаюсь драться, Вэрди и Алан успеют убежать, но если я правильно помню, что Вэрди говорила мне про Котов, то…

— Леон, мне надоело! — Джина Кац оглянулась на автомобиль. — Проломи ему череп.

Рослый парень в кожаной куртке выпрыгнул из салона, но тут же замер, глядя куда-то за мою спину. И его сестра тоже замерла. Я боялся обернуться — что-то подсказывало, что это мог быть простой отвлекающий ход, чтобы снести мне голову. И я лишь сжимал кулаки, напряженно выдыхая через нос и готовясь броситься на первого из Котов, кто сделает хотя бы одно движение в нашу сторону. Но тут тишину разрубил новый голос:

— Именем закона я приказываю фройляйн и герру Кац отойти. Иначе стреляю без предупреждения.