Никто не знает - Мэри Джейн Кларк

21 августа, среда

Было уже за полночь, когда Касси дотащилась наконец до своего номера совершенно без сил. Обход соседей ничего не дал. Марка не видел никто.

У Венди сдали нервы, она дошла до истерики, и ей дали успокоительное. Касси сидела с ней, пока она не уснула. Касси не знала, кого ей больше жалеть: мать, у которой пропал ребенок, или Винсента, чувствовавшего ответственность за исчезновение брата. На парня больно было смотреть. Касси спросила, не заночевать ли ей у них. Но Винсент от ее предложения отказался.

— С нами все будет в порядке, — старался храбриться Винсент. — Я смогу позаботиться о маме.

— Смотри сам, но мне ничего не стоит остаться и поспать на кушетке.

— Нет. Лучше мне побыть с мамой. Хоть что-то сделаю сегодня, как надо.

Она ушла, а он остался сидеть один на протертом диване.

Во дворе Касси задержалась поговорить с помощником шерифа Греггом.

— Мы продолжим прочесывать окрестности сегодня вечером, а завтра утром начнем искать в каналах, что есть в округе.

— Покажите мне, где здесь канал. Я пойду его поищу.

Помощник шерифа покачал головой:

— Мы уже прошлись по берегу канала. Даже с фонарями больше сегодня уже не сделать. Вы не знаете окрестностей, и нам не хочется, чтобы кто-то пострадал.

— Но мы же не можем оставить малыша где-то одного ночью, — упрашивала Касси.

— Сегодня не получится сделать больше, — тихо и терпеливо повторил Грегг. — Патрульные машины будут курсировать здесь всю ночь, а утром мы активизируем поиск.

Касси возвращалась к себе в гостиницу, и на душе у нее было так неспокойно, что даже подташнивало. Как-то раз, тогда еще маленькая, Ханна потерялась в магазине. Девочка незаметно отошла и затерялась, и Касси на всю жизнь врезалось в память, как она металась, словно безумная, среди стоек с одеждой и звала дочь. Через несколько минут Ханна отыскалась. Продавщица появилась перед Касси с малышкой на руках. Эти несколько минут показались Касси вечностью. Даже спустя годы от этого воспоминания у нее все сжималось внутри. Она поблагодарила Бога, что ей никогда не приходилось засыпать, не зная, где находится Ханна.

Касси было все равно, что они в этот час могли уже спать. Она твердо решила, что позвонит домой. Джим взял трубку сразу же.

— Я тебя не разбудила?

— Нет. Мне попался интересный детектив, и хочется его дочитать.

— Как Ханна?

— Хорошо.

— А что она делает?

— Что за вопрос, Касси? Она спит, конечно.

Может быть, ей не стоило изливать душу мужу, с которым они жили врозь, но вместе было прожито столько лет, и своего ребенка они любили одинаково сильно. И она рассказала историю о пропавшем ребенке единственному человеку, которому ее дочь была так же дорога, как и ей.

— Ну и ну. Тяжелое дело. Господь, помоги той женщине.

— Джим, вдруг пропала бы Ханна. Ты можешь себе такое представить?

— Нет. И даже думать об этом не хочу. Не могу представить жизнь без нее.

— И я тоже. — Голос ее прервался, слезы вот-вот готовы были пролиться.

Усталой и вконец расстроенной, ей было очень плохо одной в этом номере гостиницы за сотни миль от тех, кого она продолжала любить.

— Не плачь, милая.

Милая. Как ей не хватало этого слова. Не хватало их близости.

— Джим, я все испортила, да?

— В этом участвуют двое, Касси.

Она проглотила комок в горле и задала трудный вопрос:

— Ты думаешь, у нас есть еще возможность все уладить?

Она отчетливо услышала тяжелый вздох на другом конце линии.

— Как по-твоему, Джим? — наступала она.

— Не знаю, Касси. Правда, не знаю. Но только в одном уверен, что я женился, чтобы у меня была жена и я видел ее, а не ее работу.

Больно, но откровенно. И, по крайней мере, категоричное «нет» она не услышала. Засыпая, Касси всей душой желала, чтобы у них с Джимом снова все было хорошо.