Дорога смерти - Надежда Кащенко

Лиза подняла глаза. На площадке стояла сухонькая старушонка в накинутой на плечи пуховой шали.

– Ты чего тут делаешь? – разразился гневом «божий одуванчик» при виде девушки с дорожной сумкой. – А ну пошла вон, не то милицию вызову!

Лиза на мгновение представила себя в «обезьяннике», куда ее могут упрятать, если бабулька выполнит свою угрозу. От этой мысли девушке стало не по себе, и она пулей вылетела из подъезда под бранную тираду пожилой женщины.

На улице уже сильно стемнело. Было около десяти вечера, и Лиза совершенно не представляла, что делать дальше. Она подошла к остановке и, увидев подошедший автобус, запрыгнула в последнюю дверь. Салон был почти пуст, и девушка, устроившись на сиденье у окна, задумчиво смотрела на вечерние улицы. Автобус остановился возле станции метро. Лиза вышла на улицу и медленно направилась в сторону подземки. Кругом сновали равнодушные люди, поезд с шумом отъехал от станции. Лиза стояла на платформе, чувствуя себя страшно одинокой и потерянной. Что ей делать? Куда идти? У нее даже нет денег, чтобы снять номер в гостинице, а завтра – ее смена! Если она не появится на рабочем месте, ее уволят, лишив даже такого скромного заработка.

Громыхая, подошел очередной состав. Лиза зашла в вагон и расположилась на скамейке.

Внезапно в голову ей пришла мысль – доехать до кольцевой линии и кататься по кругу, пока метро не закроется. Что делать потом, девушка понятия не имела.

Через некоторое время Лиза уже сидела в поезде, следующем по кольцу. Даже в такой поздний час в вагоне было достаточно людей. Лиза удобно расположилась на сиденье, поставив сумку в ногах. Когда поезд делал второй круг, на одной из станций вошла полная немолодая женщина в потертом светло-голубом пуховике с вылезающими местами перьями и большой вязаной беретке, прикрывавшей неприбранные волосы с проседью. Мощные ноги были обуты в грубые сапоги. Женщина тащила за собой хозяйственную тележку, на которую водрузила клетчатую сумку и грязноватый пакет. Источая сильный запах пота, она подошла к Лизе.

– Чего разлеглась, ноги в проход вытянула? – недовольно пробурчала тетка.

Лиза молчала, погруженная в свои мысли.

– Ты, что ль, глухая? – не унималась неприятная пассажирка, обуреваемая явной жаждой скандала. – Встала бы хоть, видишь же, сумки тяжелые. Совсем уже оборзели! То уши закроют, то телефоном играются, то еще что, лишь бы задницу не поднимать!

– Да заткнись ты! – раздраженно крикнула Лиза.

– Ты чего это? В конец обнаглела? – разошлась тетка, трясясь от возмущения.

Лиза окинула взглядом вагон. Несколько человек увлеченно наблюдали за разгорающимся скандалом, но большинство лиц сохраняло выражение полного равнодушия к происходящему. Тетка, тем временем, явно войдя во вкус, продолжала костерить девчонку. Лиза, чувствуя, как лопается терпение, встала и со всей силы толкнула скандалистку, чем-то напоминавшую ей Алевтину. Тетка охнула и с грохотом приземлилась на солидных размеров пятую точку, выпустив из рук тележку. Из пакета выпала трехлитровая банка, до краев наполненная квасом с плавающим в нем внушительным чайным грибом. Прокатившись почти через весь вагон под взглядом изумленных пассажиров, банка ударилась о его заднюю стенку и со звоном раскололась на части. Спертый воздух наполнился кисловатым запахом, лужа кваса стремительно разрасталась, а чайный гриб весело катался из стороны в сторону.

Первым опомнился мужчина в куртке из дерматина и вытертой кепке.

– Чего ты творишь? – кричал он на Лизу. – Совсем свихнулась?

– Милицию надо вызывать! – возмущенно сказала маленькая аккуратная бабуля. – А то вон что делает, нахалка!

В это время поезд подъехал к станции. Схватив сумку, Лиза стремглав выскочила из вагона и бросилась к эскалатору. Поднявшись наверх, она увидела, что находится на Комсомольской площади, возле Ленинградского и Ярославского вокзалов.

Лизе сразу вспомнился случай, когда они с Таней хотели подработать курьерами. Только теперь все было далеко не так забавно. Наступала ночь, а она была совсем одна.

Достав телефон, Лиза бессмысленно вертела его в руках, просматривая записную книжку. Внезапно ей попалась на глаза фамилия родственников Вадима, проживавших в Раменском. Это у них они с матерью останавливались тем далеким летом, когда Лиза поступала в институт. Девушка набрала номер домашнего телефона. В трубке раздались длинные гудки. Если никто не ответит, то она сойдет с ума. Ночевать на вокзале – это выше ее сил!

– Алло, – раздался сонный голос.

Лиза облегченно вздохнула. Это же Даша, дочь Савенковых. Когда-то она давала Лизе советы насчет поступления.

– Привет, это – Лиза Кропоткина, приемная дочь Вадима Григорьевича, – она старалась, чтобы голос звучал как можно более спокойно.

– Аааа, Лиза, конечно, привет, давно не созванивались, – пробормотала Даша.

– Слушай, Даш, извини, что поздно звоню, у меня тут ситуация сложная…

– Что случилось? – поинтересовалась Даша.

– Ну понимаешь… – начала Лиза, пытаясь лихорадочно придумать правдоподобную историю, – дело в том, что… ну, в общем, я меняла квартиру. Нашла хороший вариант, съехала со старой, уже начала заселяться, а хозяевам вдруг эта квартира срочно понадобилась. А у меня ни договора на руках, ничего… Новую хату не успела найти, старая уже занята. Сегодня был последний день… короче… мне негде ночевать. Даш, можно к вам в Раменское приехать? Я как раз на Площади Трех Вокзалов стою.

– Конечно, в чем дело, – сказала Даша с сочувствием в голосе.

– Родители сейчас в Египте отдыхают. Я одна.

Лиза облегченно вздохнула. Больше всего она боялась, что родные вдруг узнают о случившемся. Крепко сжимая в руке сумку, Лиза направилась в сторону Казанского вокзала. На перроне стояла электричка Рязанского направления. Девушка села в почти пустой вагон, устало откинувшись на жесткую спинку сиденья. Электричка тронулась, унося в сторону области выбившуюся из сил Лизу.