Приготовься умирать - Мелинда Ли

Стоп!

Работая помощником Морган, он должен был искать слабые места в версии обвинения, а не задумываться о виновности или невиновности Хейли.

Телефон Шарпа зажужжал, возвещая о пришедшем смс:

– Это Морган. Они приехали. – Они с Элизой подошли к окну, выходящему на дорогу. Шарп раздвинул пластины жалюзи и увидел, как джип Ланса подбирается к воротам, осторожно, но решительно тесня толпу репортеров и демонстрантов в сторону. Он нажал на кнопку, установленную возле двери, и створки ворот распахнулись. Ланс свернул на подъездную дорожку и остановил машину прямо у входа в дом, а Шарп впустил их внутрь.

В движениях Морган сквозила явная опаска, а Ланс неотступно шел следом, и было прекрасно видно его беспокойство за нее.

– Это кофе так пахнет? – вскинула голову Морган.

– Ага. Хотите чашечку? – предложила Элиза, направляясь на кухню.

– Определенно да! – ответила Морган.

Желая вставить свое дежурное замечание, Шарп уже было открыл рот, но Морган тут же пролетела мимо него:

– Не сегодня, Шарп!

Качая головой, Шарп вернулся в просторную двухъярусную гостиную.

– Что там насчет угрозы? – спросила Морган.

Шарп открыл ноутбук, стоявший на столе, и развернул его экраном к Морган. Сам он уже столько раз прочитал это письмо, что помнил его наизусть.

Госпожа Пауэлл!

Вы пролили кровь невинного человека. Вы – убийца! Хватит прикидываться бедной овечкой. Прекратите лгать! Покайтесь или будете уничтожены. Нечестивцам не избежать расплаты.

Глядя на экран, Ланс нахмурился:

– Морган сегодня получила похожее послание.

Морган достала из сумки компьютер, запустила его и прочитала Шарпу полученное ею письмо. Тот запустил руку себе в волосы:

– Вот черт!

– А ведь расследование может продолжаться месяцы, а то и годы. – Морган закрыла ноутбук и обратилась к Хейли: – Мне очень неприятно это говорить, но это явно не последнее предупреждение, которое вы получите. Я бы хотела предоставить доступ к вашей электронной почте нашему компьютерщику, чтобы впредь она могла отслеживать все поступающие угрозы.

– Хорошо. – Хейли смиренно опустила плечи и сгорбилась.

Ланс рассматривал стену, от пола до потолка представлявшую собой сплошное стекло, и недовольно поводил бровями:

– Не нравится мне, что дом так у всех на виду.

– Это да, – согласился Шарп. – Вчера вечером, когда я изучал систему безопасности, мы с Элизой договорились, что она прикроет все здесь чем-нибудь.

Прямо за черным забором задний двор резко обрывался в глубокую лощину.

Элиза подошла к нему, потирая руки:

– Во всех других комнатах у меня стоят жалюзи, но здесь надобности в них никогда не было. Нам всегда хотелось иметь вот такой вид, и чтобы ничто его не загораживало… Ладно, я вчера откопала все свои запасные простыни…

Хейли стояла все на том же месте, глядя вдаль сквозь стеклянную стену:

– Мне всегда нравился этот вид, но сейчас все время кажется, что кто-то за мной наблюдает.

Ланс внимательно оглядел открывающуюся панораму:

– А что по ту сторону калитки?

– Тропинка, которая ведет к обзорной площадке. – С тоской в голосе сказала Хейли. – Там потрясающий вид! Мы с мамой ходим туда чуть ли не каждый день. – Она хмуро взглянула на браслет на лодыжке: кто знает, когда она теперь сможет побродить по горам?

– Летом правда здесь лазит много народу, – добавила Элиза. – Поэтому приходится калитку запирать на замок.

– Вы пробовали спускаться вниз? – спросил Ланс Шарпа.

– Да, вчера вечером, – ответил тот. – После площадки тропинка снова поднимается вверх и выводит к небольшой придорожной парковке где-то метрах в восьмистах отсюда. Тропа удобная, я легко прошел в темноте с фонарем. Для целеустремленного фотографа ландшафт не станет препятствием.

А если у тебя есть мощный телеобъектив, то с противоположного склона лощины можно сделать вполне приличный снимок.

– Я проверю эту тропинку, когда буду уходить. – Ланс потер ладони друг о друга. – Давайте прикроем эти стекла.

– Сейчас принесу простыни, – сказала Элиза и вышла.

Шарп сходил в гараж за лестницей. С помощью скотча импровизированный занавес занял свое место, и, едва стеклянные окна, вместе с великолепным видом скрылись за простынями, просторное помещение с захватывающей дух панорамой мигом превратилось в душное и мрачное.

И хоть Хейли и не под арестом, свободной ее уж точно не назовешь – по сути, ее прекрасный дом теперь стал роскошной тюремной камерой.