Сказки чужого дома - Эл Ригби

– Знаешь, знак на ее лбу – нарисованный, – медленно произнесла Тэсс.

Джер безошибочно догадался, о чем речь.

– Чушь.

– Я была с ней, когда ее ранили. На моих пальцах осталось что-то красное.

– Когда людей ранят, бывает красное. Называется кровью.

– Я думаю…

Джер посмотрел на часы и перебил:

– Если мы хотим успеть, шевелись.

Они прибавили шагу. Тэсс настойчиво продолжила:

– Это не была кровь, Джер. И ты веришь. Ты помнишь, как… – она запнулась, – Странник называл ее?

Джер молчал. Он пошел быстрее, поступь стала тяжелее. Его следы напоминали ямы.

– Чара, – произнесла Тэсс. Он обернулся с желчной кривой усмешкой:

– Даже если и так. Тебе не плевать?

– А вдруг это объясняет, почему ее забрали? Вдруг Зодчий Странника и она… связаны?

Джер кивнул и быстро отвернулся.

– Это разве что слепой не заметил. Поздравляю с открытием, самка.

– Так ты…

– Я уважаю тайны тех, кто мне дорог. Когда она будет в безопасности, она, может быть, захочет мне все рассказать.

– Тебе?…

– Нам, – неохотно поправился он и еще раз глянул на циферблат.

– Кстати о чужих тайнах, – тихо пробормотала Тэсс и опять пошла рядом.

– Да?

– Не упоминай имени управителя при отце. Ни в коем случае. Теперь – точно.

Джер закусил губу, потом кивнул. Он не стал задавать вопросов и указал Тэсс на кривую лестницу среди камней. Башни Акра Монтара уже алели впереди.

* * *

Алопогонные ле маршировали по четверо. Конечно, в их движениях еще не было стройной слаженности, так поражавшей во время Выпуска. Некоторые не попадали в ногу, иные сутулились, кто-то, не сдерживая любопытства, вертел головой и считал птиц. Дети были разного возраста: от десяти и до тринадцати юнтанов. Но снова все то же сочетание – алые росчерки повязок на предплечьях, синие глаза, черные волосы, шерсть или чешуя – будило знакомое беспокойство.

Курсантов уже вели к воротам. Но Тэсс и Джер, успевшие подняться по лестнице, добраться до переулка и спрятаться за углом, все еще могли их различить. Тэсс глядела на детей, думая, как долго еще они останутся безобидными и насколько странно и противоестественно само то, что таких юных созданий одевают в форму. А еще она снова представила себе управителя – в этих рядах, в таком мундире, может быть, еще черноволосого, а рядом… маленького барсука, кота и ящероподобное существо. Среди марширующих было немало шпринг, ки и ками, а вот лавиби не нашлось ни одного. Тэсс как раз удостоверилась в этом, когда ладонь Джера сдавила ее плечо:

– Вон она!

Ту, о ком он говорил, было легко заметить. Прямая, голубоглазая, в черном, она шагала крайней в последнем ряду и держала знамя Четвертого региона. Тэсс успела рассмотреть: бледное лицо, тонкие руки и…

– Не может быть.

Да. Ева. Джер издал сдавленное рычание, но на этот раз уже сама Тэсс вцепилась в него, прошипев:

– Ты обещал.

А ведь ей и самой так хотелось выскочить.

– Самка…

– Стой на месте!

Не выпуская Джера, Тэсс крепко зажала под мышкой Марча. Она прекрасно помнила: Ева нравилась самолету, он кружил с ней рядом, стоило ей показаться. Тэсс справедливо опасалась, что он бросится здороваться, но…

– Я хотя бы переговорю! – настаивал Джер. Он не сводил с отдаляющегося строя глаз. – Я…

– Я сказала: стой.

Тэсс все еще думала. О том, что Марч в ее руках не шевелится. Может, забыл? Прошел не один день с тех пор, как Ева убежала. И все же… память Марча, пусть даже не наделенного рассудком полноценной, большой живой вещи, не была настолько короткой. Кое-что стоило проверить.

– У меня есть мысль.

Она знала, что Джера это удивит и он перестанет рычать. Он действительно замолчал, озадаченно уставившись на Тэсс. И та, воспользовавшись возможностью его отпустить, взяла Марча в обе руки.

– Ты не видел? Там наша Ева. Лети к ней. Передай привет.

Тэсс вскинула руки вверх. Самолет устремился вперед, негромко урча двигателем, и вполне мог успеть догнать удаляющуюся черноволосую ле и сесть к ней на плечо, а может, на знамя. Конечно, это было риском, учитывая, что детей сопровождал взрослый офицер, но…

– Слабоумная!

Джер отодвинул Тэсс с дороги. Он шагнул на набережную и, видимо, собрался бежать за самолетом вдогонку. Звук мотора заставил его замереть на одной ноге.

– Он…

Марч вернулся, даже не коснувшись Евы. Только описав над ее головой кружок. Более того, он гудел с явным недовольством. Тэсс подставила руку, и он сел.

– И? – тихо спросил Джер. Он все еще поглядывал назад. Строй детей пересекал мост и уходил в ворота, открытые часовыми. – Он… испугался?

– Он ее не узнал, – поправила Тэсс. – А должен был.

Джер пожал плечами:

– Твоя игрушка разве не липнет к кому попало? Он и чокнутую полюбил, и Варджина, и…

– Он не смог бы забыть ее так быстро или не узнать из-за цвета волос. Девочка в строю… – Тэсс глубоко вздохнула, – хотя я этого и не понимаю… не Ева. Просто похожа.

Джер помолчал. Он смотрел на мостовую, сосредоточенно хмурясь и притоптывая ногой. Наконец он ответил – подозрительно ровно:

– Что ж. Похожа, похоже пахнет… совпадение, бывает. Разберемся. Пойдем назад.

Засунув руки в карманы, он двинулся из переулка на набережную. Тэсс пришлось последовать за ним. Ей не верилось, что слежка окончена. «Что ты задумал?» – рвалось с языка, но она сдержалась. И вместо этого сердито возразила:

– И, кстати, нет. К чужим Марч не липнет. Если ты забыл, ему то и дело ломали крылья или пытались его украсть.

Джер процедил что-то сквозь зубы и перескочил через ограду. Тэсс стала спускаться по ступеням. Храня сосредоточенное молчание, она вдруг задумалась.

Ненастоящая Ева.

Ненастоящая доктор.

Ненастоящий управитель, ведь в каком-то смысле он оказался совсем другим человеком.

Кто еще из окружающих ее людей мог притворяться кем-нибудь другим?