Спящая кукла - Джеффри Дивер

— Мы закажем камбалу-ерша.

— Хорошо, — согласилась Дженни. — А что это такое?

— Такие маленькие рыбки. Похожие на кильку, но несоленые. Мы сделаем из них сандвичи. Я буду два. Тебе тоже два?

— С меня хватит одного, любимый.

— Полей их уксусом. Уксус есть на столах.

Пелл с Дженни находились в Мосс-Лэндинг, к северу от Монтерея. Две одинаковые огромные трубы электростанции Дьюка взмывали в небо. За шоссе располагался небольшой кусок земли, по сути, остров, до которого можно было добраться только по мосту. На этом клочке песчаной почвы находились различные компании по обслуживанию морских судов, доки и громоздкие массивные постройки, в одной из которых и сидели Пелл с Дженни — в «Морских деликатесах Джека». Названное заведение функционирует уже три четверти века. За его грязными, ободранными столами сиживали Джон Стейнбек, Джозеф Кэмпбелл и Генри Миллер, а также самая знаменитая дама Монтерея Флора Вудс. Они спорили, смеялись, пили до закрытия заведения, а иногда даже и намного дольше.

В настоящее время «Деликатесы» представляют собой коммерческую рыболовецкую компанию, оптовый и розничный рынок по торговле морепродуктами и похожий на мрачную пещеру ресторан. Атмосфера здесь уже значительно менее богемная и переменчивая, нежели в 40-е и 50-е годы, но в качестве компенсации за утраченный эстетский шик теперь ресторан представлен на кулинарном канале.

Пелл помнил его с тех времен, когда они жили здесь неподалеку, в Сисайде. Его «семья» редко ходила по ресторанам, но время от времени он посылал Джимми или Линду за сандвичами из камбалы-ерша, жареной картошкой и овощным салатом. Ему очень нравилась здешняя еда, и он был искренне рад, что ресторан не закрылся.

У Пелла в этой местности были кое-какие дела, но, чтобы приступить к ним, ему нужно было немного подождать, подготовиться, добыть определенную информацию. Кроме того, его по-настоящему начал мучить голод, и Пелл подумал, что, вероятно, может рискнуть появиться на публике. Полиция вряд ли обратит внимание на счастливую семейную парочку туристов. В особенности здесь, так как в полиции уверены, что он сейчас на пути в Юту. Так по крайней мере заявил по радио надутый придурок по имени Чарльз Овербай.

В ресторане имелось патио с видом на рыбацкие катера и на залив, но Пелл предпочел остаться внутри и внимательно следить за дверью. Стараясь не поддаться острому желанию поправить пистолет, спрятанный сзади за поясом, Пелл уселся за столик, Дженни села рядом, прижавшись к нему коленями.

Пелл медленно потягивал холодный чай. Он бросил взгляд на свою спутницу и заметил, что она не сводит глаз с вращающегося стеллажа с пирожными.

— Хочешь, мы закажем десерт после камбалы?

— Нет, любимый. Здешние пирожные мне не нравятся.

— Вот как?

И ему они не нравились. Пелл не любил сладкое. Но здесь на тарелках лежали настоящие большие куски торта. В «Капитоле» за один такой можно было выторговать целую пачку сигарет.

— Это всего лишь сахар, пшеничная мука и ароматизаторы. Кукурузный сироп и дешевый шоколад. Они красиво смотрятся, сладкие, но вкус у них такой неестественный.

— А ты на работе такие не делаешь?

— Нет, конечно, никогда. — Она говорила весело и оживленно, кивая в сторону карусели с пирожными. — Люди едят много такой ерунды, потому что она не приносит им ожидаемого удовольствия, и они хотят все больше и больше. А я готовлю шоколадные пирожные вообще без всякой муки. Только из шоколада, сахара, тертых орехов, ванилина и яичных желтков. А сверху поливаю небольшим количеством малиновой глазури. Всего несколько моих пирожных сделают тебя по-настоящему довольным и счастливым.

— Впечатляет. — На самом деле слова Дженни вызвали у него отвращение. Но она говорила о себе, а стремление людей рассказать о себе следует всегда поощрять — эту истину Пелл знал прекрасно. Напои их, и пусть болтают. Информация — гораздо более эффективное оружие, чем нож. — Такова, значит, твоя основная работа? В пекарне?

— Ну, я действительно больше всего люблю печь, потому что тогда у меня все под контролем. Я все делаю сама. В приготовлении всей остальной еды, как правило, участвуют и другие люди.

Значит, контроль… Он задумался. Интересно. Пелл решил запомнить эту ее особенность.

— Иногда я работаю официанткой. Работая официанткой, часто получаешь чаевые.

— Могу поспорить, что чаевые тебе дают неплохие.

— Время от времени да. Но раз на раз не приходится.

— И тебе нравится их получать?.. Чему ты смеешься?

— Просто так… Даже не припомню, когда в последний раз кто-нибудь — ну, я, конечно, имею в виду знакомого парня — спрашивал, нравится ли мне моя работа… В общем, нравится. Обслуживание других людей всегда доставляет мне удовольствие. А иногда я внушаю себе, что не просто обслуживаю их, а участвую в вечеринке с друзьями и семьей.

За окном голодная чайка парила над сваями, затем неуклюже опустилась на землю и стала выискивать остатки еды. Пелл уже успел забыть, какими большими бывают чайки.

— Примерно так я думаю, когда пеку торт, скажем, свадебный, — продолжала Дженни. — Иногда я просто думаю, что это то маленькое счастье, на которое мы все можем рассчитывать. Ты печешь самый лучший свой торт, и люди от него приходят в восторг. Ну конечно, совсем ненадолго. Они быстро о нем забывают. Но ведь и обо всем остальном на свете тоже быстро забывают.

Очень точно подмечено.