Невинные души - Крис Муни

Второй и более серьезной проблемой был выбор оружия. Пистолет в наплечной кобуре был отличным оружием для ближнего боя, но не обладал точностью снайперской винтовки. Итак, от крыши пришлось отказаться. Теперь деревья: удобный наблюдательный пункт, но опять же возникнут проблемы с точностью стрельбы. Чтобы спрятаться на дереве, необходимо забраться довольно высоко. Если ее заметят, она сама станет отличной мишенью. Таким образом, она полностью лишает себя возможности маневра.

Остается прятаться на земле — либо где-то в лесу, либо в одном из трех контейнеров, расположенных возле места взрыва, куда она и рассчитывала заманить водителя и пассажиров БМВ. Возможно, им захочется подойти к ней поближе. Может, они даже решат напасть первыми. В любом случае, она должна быть готова.

Ее глаза привыкли к темноте. Заглянув в воронку на месте взрыва, она увидела разрушенные стены подвала, засыпанные какими-то обломками и землей. Дарби вытащила следящее устройство из кармана и швырнула его в яму. Он ударился об обломок металла и зазвенел.

Теперь ей предстояло выбрать контейнер.

Всего их было три, но контейнер в начале подъездной дорожки, метрах в двадцати от воронки, обеспечивал отличный обзор как леса, так и места взрыва. Подбежав к контейнеру, она увидела, что он почти полон. Обуглившиеся доски, обгоревшая мебель, одежда… Просто идеально.

Дарби перекинула тактический ремень через плечо. Ремни для очков ночного видения были пришиты к черной шерстяной шапке. Она надела ее, предоставив очкам болтаться у подбородка, расстегнула куртку и забралась в контейнер. Она сгребла все темные вещи, до которых смогла дотянуться, и отбросила в сторону обгоревшие простыни и одеяло. В ее ладони впивались деревянные обломки и бог знает что еще, а ее колени стенали и плакали, пока она на четвереньках пробиралась к краю контейнера. Быстрыми расчетливыми движениями она разгребала мусор, пока не расчистила углубление, в котором можно было спрятаться. Критическим взглядом Дарби окинула результат своей работы. Пожалуй, сойдет. Затем расположила тактический ремень так, чтобы до него было легко дотянуться. Из кармана курки она извлекла глушитель и положила его рядом с пистолетом. Забравшись в вырытое углубление и лежа на боку, она накрылась простынями, а край одеяла натянула на голову. Осталось последнее: прикрыть себя сверху досками и прочим мусором.

Опираясь на локти, она перевернулась на живот, взялась за оружие и присоединила глушитель к пистолету. Острые края досок впились ей в ноги, а не вполне зажившие ребра протестующе заныли. Неудобно, но не очень больно. «Терпеть можно», — решила она.

Торчавший над краем мусор обеспечивал дополнительную защиту. Дарби натянула очки, и зеленый свет залил все вокруг, рассеяв темноту. Теперь она отчетливо видела улицу и каждое дерево в лесу. Она стиснула пистолет и замерла в ожидании.

Не считая шороха ветвей над головой, вокруг царила тишина. Тихо, темно, вдалеке от жилья и людей… Идеальное место для нападения. Если они не предпримут попытку покушения сегодня, то сделают это в один из ближайших дней. Она единственная, кому удалось выжить, и они считают, что она слишком много видела и слышала. Иначе зачем за ней следить?

Сколько их будет? Водитель БМВ мог вызвать подкрепление. Главное — понять, кто у них главный, и как можно быстрее снять всех остальных. Захватить оставшегося в живых и заставить его рассказать о Марке Риццо.

Возможно, чтобы выжить, ей придется уничтожить всех до единого. А что? Если снять их всех одновременно, у нее будет больше тел, больше улик, больше возможностей.

Ветер снова закачал ветки деревьев. Что-то упало и разбилось.

Звук донесся с противоположной стороны улицы.

Она не могла повернуться и посмотреть на дом. Хотелось надеяться, что это сделал ветер.

Дарби прислушалась, но все было тихо.

«Наверное, ветер», — решила она и снова начала всматриваться в дорогу.

Вскоре издалека послышался хруст гравия под колесами автомобиля.

Большим пальцем она сняла пистолет с предохранителя.

Хруст стих. Через секунду выключился и двигатель.

Дарби выжидала, присматриваясь и прислушиваясь к темноте и тишине.

«Вот они».