Нулевой круг - Влад Райбер

«Другие зачем-то в это играют, значит и мне надо».

Костя стал совсем понурый. Мишка подглядывал за ним с балкона, ходил по пятам, чтобы он не видел. Всё ждал, когда же произойдёт хоть что-нибудь интересное!

И как-то дождливым утром это случилось. Костя вышел во двор. Хулиган прятался за стеной крыльца соседнего подъезда.

Парень шлёпал по лужам, направляясь к главной улице.

И вдруг Мишка различил то самое загадочное дребезжание и едва уловимый треск, похожий на электросварку. Костя топал прямо к источнику этих звуков, но ничего не слышал. Он был в наушниках. И двор пустой…

Хулиган шмыгнул ему за спину, крался позади и выглядывал вперёд: что же там происходит? Кто-то поджидал Костю за углом дома.

Сначала Мишка и не понял, что видит. Из-за стены выскользнул не человек, а смазанное пятно. Его судороги были ужасны, он едва не распадался на части от бешеной тряски, но как-то он мог совладать со своим телом.

Костя и опомниться не успел… Одна рука схватила его за шею, а другая запихала ему в рот оголённый провод. Теперь и Костя затрясся. Он будто танцевал в дождевой воде.

Мишка перепугался, наконец осознав происходящее: Тремор убивал Костю электричеством! От его куртки исходил пар. Воздух наполнился запахом жжёной кожи и палёных волос. Щёки парня стали чёрными, лицо высохло и покрылось трещинами. Судорожное нечто только глубже пихало кабель в его горло.

Мучитель отпустил жертву, довольно защёлкал челюстью и скользнул обратно за стену.

Поджаренная голова парня шипела на мокром асфальте. Рядом валялся оголённый провод, трещал и отбрасывал искры.

Мишка сглотнул подступающую желчь. А ведь он не ожидал, что Костян взаправду помрёт. Теперь осталось только делать вид, что ничего не видел, а то соседи заклюют, что не помог другу.

На душе у Мишки было паршиво. Потерял единственного человека, что относился к нему неплохо. Даже шуроповёрт в наследство оставил. Может и надо было дать ему совет. Но что уж теперь? Сделанного… или несделанного – не воротишь.

Угрюмый парень курил на балконе и слушал разговоры соседей внизу:

– Получается, кабель на крыше оборвался и упал ему прямо на голову?

– А он вам не рассказывал, что ходил через переулок?

– Да идите вы со своим переулком! Как дети!

– Был он там! И Тремора видел…

***

Мишку не позвали на поминки. Говорили, что он плохо влиял на Костю, да и вообще непонятно зачем хороший парень имел дело с таким козлиной. Обидно!

Хулиган уже обдумывал план мести: «Двери обхаркать? Мало им! Затолкать бы их всех в тот переулок, чтобы Тремор покарал!».

Угрюмый парень топал ссутулившись, тучи над головой были такие же тёмные, как его мысли.

«А где это я иду?!», – эта мысль пришла ему слишком поздно.

Две красные стены размокшего кирпича и окно с решёткой. Он сам не знал, как попал в «тайный переулок».

Мишка не собирался идти туда. Да и как можно забрести в этот переулок случайно? Наваждение!

И вот он Тремор за грязным стеклом. Сотрясается всем телом, бьётся в жутких судорогах и зубы стучат! Стучат! Стучат!

У Мишки чуть сердце от страха не выскочило. Он побежал в конец переулка, споткнулся и выкатился во двор.

Уже горели окна. В тех домах из-за постоянной темени рано включали свет. Угрюмый парень встал и отряхнул колени. Джинсы промокли.

Рядом послышался знакомый голос. «Тончик», как нарочно, оказался во дворе:

– Мишка? А откуда ты взялся?.. Через переулок шёл?

– Антон! – хулиган не осмелился назвать его детским прозвищем. – Я не сам! Меня каким-то обманом туда затянуло. Я не сам!

– А кого ты так испугался?

– Я видел Тремора! Он на меня смотрел! И как я теперь? Спасать меня надо! Антон, помоги! Поможешь мне, а?

Сосед дёрнул плечами:

– А что я сделаю?..

– Это всем подумать надо! – Мишка говорил быстро и нервно. – Мы же соседи. Можно сказать, семья.

«Тончик» лукаво усмехнулся уголком рта:

– Да ты не трусь. Всё будет хорошо! Может тебе уехать отсюда подальше? И ничего с тобой не случится.

Мишка разозлился:

– Избавиться от меня хочешь! Ладно! Я тебе припомню… Тончик!

Хулиган убежал домой. В ту ночь он много раз просыпался. Не мог вытрясти мысли о Треморе. Что теперь будет?..

Утром он вышел из дома разбитый, а во дворе полно соседей. И «Тончик» и бабка Ира. Все как-то странно молчат и смотрят на него.

«Всё уже растрепали и перетёрли между собой! – догадался Мишка. – Ждут теперь, что со мной случится… Выкусите! Я вам назло выживу!».

Дома у него был припрятан выкидной нож. Хулиган знал, что когда-нибудь ему это пригодится.

Он помнил, куда ему нужно – в квартиру под странным номером «ноль». Там и живёт Тремор. Мишка надеялся, что ему не понадобится нож, рассчитывал как-нибудь задобрить гадёныша, договориться. А если не получится – тогда уже драться.

Ох и страшно ему было туда идти. Сам трясся, как осиновый лист, но делать нечего…

Мишка сжимал рукоять ножа в кармане, стучал большим пальцем по кнопке. В том подъезде на углу пыль покрывала всё, как штукатурка. Грязь, обломки стен на полу и на ступеньках. Клубки пыли по углам, но и пауки там не жили, и мухи не летали.

Угрюмый парень раньше и не задумывался: а кто живёт в подъезде у «тайного переулка»? Оказалось, никто, кроме Тремора.

По логике, его квартира должна быть на первом этаже, но Мишка нашёл её не сразу. Единственная дверь пряталась в темноте под лестницей.

Всё это отдавало потусторонщиной… Нежилой подъезд, квартира в странном месте, железный «ноль», приколоченный к двери. И окно этой квартиры смотрит в стену ненужного переулка. Всё не по-людски, всё как не должно быть.

Мишка постучал и замер в ожидании. Он курил минуту назад, но опять изнемогал от желания затянуться. Страшно…

Дверь открылась, и дребезжащая рука потянула его за шиворот.

Местный хулиган и не заметил, как его втащили в квартиру. Он проехался коленями по разбросанным вещам и обломкам мебели. Перед его лицом щёлкала челюсть, судорожные пальцы дёргали его за куртку.

Мишка понял, что разговора не выйдет и достал нож, замахнулся… и вдруг его рука оказалась пуста.

Тремор отнял у него нож. Мишка заорал, когда лезвие вошло ему в плечо, а потом в живот и в бок. Житель квартиры резал и кромсал незваного гостя.

– Хватит… Хватит… – парень уже не кричал, а хрипел.

Тремор затачивал его, как карандаш: отрезал ему уши и выколол один глаз.

Когда хулиган больше