Фонд - Уэс Демотт

Он сделал шаг назад.

– Подождите, пожалуйста, в соседней комнате, – предложил Сакетт Пейту и его напарнику.

Оба агента помедлили, потом не торопясь вышли, всем своим видом показывая, что их не выгнали, а они ушли по своей воле. Они направлялись к двери, а Блевинс оставался в нерешительности, понимая, что еще один решительный бросок вперед, малейшая оплошность с его стороны или со стороны Пейта могут закончиться кровопролитием.

Сакетт взял папку с документами и надел очки.

– Блевинс, подойди сюда. У меня для тебя еще одна плохая новость.

Блевинс посмотрел на уходящих агентов и подошел к столу Сакетта, оперся об него и наклонился над папкой.

– Сядь.

– Я постою.

Сакетт взглянул на него и выждал десять-пятнадцать секунд. Блевинс не пошевелился. Тогда Сакетт встал, и его глаза оказались на уровне глаз Блевинса.

– Я назначил новое административное расследование по поводу твоей связи с этим парнем Джеймисоном. Похоже, вы с ним большие приятели и всё такое. Поскольку он подозреваемый по делу об утечке сведений, составляющих государственную тайну, я должен убедиться в том, что вы не являетесь сообщниками в этом преступлении. Если будет доказано, что он иностранный агент, это может привести к твоему увольнению со службы.

Блевинс поднял руки вверх, Сакетт подпрыгнул и принял оборонительную стойку.

– Он не более иностранный агент чем вы, Сакетт. Нелеп сам по себе факт того, что внешняя контрразведка вообще считает его подозреваемым.

Сакетт снял очки.

– Дело «Диллон» – очень громкое, и если Джеймисон причастен к нему, торгуя секретными сведениями, это повергло бы ФБР в большое замешательство. Что бы ты ни говорил, я передаю дела, которые ты вел, другим агентам, пока мы не оценим степень твоего участия в преступной деятельности Джеймисона, если таковая вообще имеет место. С этой минуты ты находишься в административном отпуске вплоть до завершения расследования.

Блевинс промолчал. Он посмотрел на часы и заметил, что Сакетт сделал то же самое.

– К восьми тридцати меня здесь не будет, но я хочу, чтобы вчерашняя стрельба была расследована самым тщательным образом. Я готов ответить за любые свои проступки и знаю, что меня еще многое ждет. Но мне хотелось бы услышать ответы на вопросы «как» и «почему». Обо всем, что привело к ошибкам.

Сакетт вернул очки на место и, похоже, отказался от оборонительной стойки.

– Я разберусь, Блевинс. Даю слово. Буду держать тебя в курсе дел, касающихся расследования, насколько возможно.

Блевинс повернулся и ушел. В приемной он остановился перед спецагентом Пейтом, чтобы запомнить его тяжелый взгляд. Потом приблизился к нему вплотную, глаз в глаз, нос в нос, касаясь своей одеждой одежды Пейта и улавливая запах, который шел от человека, убившего его молодого партнера. Так он и стоял, ожидая, когда Пейт отступит. Ждать пришлось очень долго.

Когда Блевинс вернулся в кабинет своего отделения, чернокожий агент уже убирал папки с делами, которые он вел. Остальные агенты поспешили в кабинет Стрика.

– Томас, – обратился Блевинс к агенту у своего стола, – что происходит со Стриком?

Томас заговорил тихо, не глядя на него:

– Пока ты был в кабинете Сакетта, агенты доставили сюда подружку твоего приятеля, ту, что была вовлечена в перестрелку у «Коалиции».

– С ней ничего не случилось?

– Мне показалось, выглядит она хорошо. Красивая леди. Это, наверное, было говно хуже некуда, потому что нам теперь всем поручено расследовать это дело. Буквально всем. Мы должны выступить в качестве обвинителей, арестовать вашего друга и… таким образом спасти мир. Обычная рутина, только в ускоренном темпе.

– Жаль, что меня здесь не будет. Не смогу помочь. Сочувствую, что на вас еще переложили дела, которые вел я.

– Это ничего, но вся эта возня мне не нравится. Если ты работаешь в ФБР, а один из твоих друзей попадает в неприятное положение, это гроша ломаного не стоит. Они будут месяцами валять тебя в грязи только для того, чтобы убедиться, что ты невиновен, на тот случай, если кто-нибудь когда-нибудь спросит. Это унизительно и оскорбительно.

– Я тебя понимаю.

– Уверен, что понимаешь. Они, наверное, сделали тебе копию списка сыгранных тобой соответствующих ролей, подписанных автором.

– Если они до сих пор этого не сделали, то еще сделают. Я уже третий раз подвергаюсь такому расследованию.

Томас кинул очередную папку на стол.

– Дерьмо все это. Ты лучший агент управления. И если ты не чист, то не чист никто.

– Они считают, что должны проверить.

– Все равно дерьмо.

Заполняя свою «тройную карту», Блевинс прошептал Томасу:

– И еще одно, Томас. Я собирался сегодня завести дело по форме ФД-302, но теперь ясно, что у меня не будет на это времени. В этом ящичке лежат свидетельские показания, которые я обещал одному человеку опубликовать. Доводы по делу не очень убедительны, и оно должно быть закрыто. Документы в белой коробке размерами со стандартную папку. Ты не мог бы сохранить их?

Всем своим видом Томас показывал, что не расположен исполнить просьбу.

– Не знаю. Стрик и Сакетт захотят получить все материалы, с которыми ты работал.

Блевинс распрямился и, покачивая головой, читал заполненную форму.

– Ты прав. Мне просто не хотелось доставлять этому парню неприятности, если бы я не видел в этом необходимости. Он не хотел расставаться с этими материалами, но потом пошел на сотрудничество с нами. Мне очень не нравится ставить таких людей в затруднительное положение.

Томас наклонился и посмотрел в сторону картотечного ящика, потом громко захлопнул его.

– Если это позволит ему остаться на свободе, я сделаю.

– Спасибо, но будь осторожен. Мне не хочется, чтобы ты закончил, как я.

– Что ты хочешь этим сказать, братишка? Закончить так, как ты, – цель моей карьеры.

Блевинс взял свой портфель и в последний раз оглядел кабинет.

– Спасибо.

– Не за что. Я тебя провожу.

– Вернусь, когда растает лед.

Джеймисон сидел в столовой до тех пор, пока на противоположной стороне улицы не открылась скобяная лавка. Тогда он пересек улицу и купил моток проводящей ленты, стандартный телефон со стандартной вилкой и многоцелевой инструмент с плоскогубцами, ножом и набором отверток. К восьми тридцати вернулся в свой номер, вытряхнул все из своей спортивной сумки и положил обратно в сумку то, что, по его расчетам, ему потребуется – дезодорант, бритву, смену белья, вещи, купленные в скобяной лавке, несколько салфеток, которые он позаимствовал в столовой, коробочку с патронами калибра 9 мм и «беретту». Наконец, положил спортивную сумку и костюм, в который был одет накануне, в багажник машины. Потом взял такси.