Ларец Зла - Мартин Лэнгфилд

— В конверте Адама говорится о том, что вам надлежит хранить обет молчания до десяти часов вечера, — по-прежнему глядя на себя в зеркало, проворковала Кэтрин. — А если вы пророните хоть слово, мне приказано указать вам на дверь.

Роберт кивнул.

Она наконец приладила колпак на голове так, как хотела — кокетливо под углом, — обернулась на мгновение к Роберту, напрашиваясь на молчаливый комплимент, а затем отошла к журнальному столику и небрежно плеснула себе в бокал красного вина.

— Как все запутанно… — пропела она. — Адам страшно любит создавать разные сложности, не так ли?

Роберт пожал плечами, давая понять, что не может ни подтвердить, ни опровергнуть ее мысль.

— В его записке говорится, что явившийся джентльмен меня удивит, что ваше разоблачение явится для меня полной неожиданностью. И знаете, что я подумала? А может быть, вы и есть Адам? Это вполне в его духе. — Она улыбнулась. — Признайтесь честно! Я права?

Роберт словно окаменел, под ее пристальным взглядом он боялся даже дышать. Они с Адамом были примерно одного роста и сложения, а разница в три года под маской совершенно не угадывалась. В одеянии магов их, пожалуй, невозможно отличить друг от друга. Выходит, она убеждена, что перед ней именно Адам.

Кэтрин вдруг весело прыснула:

— Ну так как? Он? Или не он?

Роберт поймал себя на странной мысли: а ведь им обоим хочется, чтобы он был Адамом. Чертов мажор! И тут его обставил как мальчишку! Но Роберт ничего не мог с собой поделать. Ему хотелось обладать магнетизмом, легкой небрежностью в общении с людьми, которые от рождения даются лишь аристократам и в поте лица на протяжении многих лет — часто безуспешно — постигаются всеми прочими… Наконец, Роберту хотелось быть столь же эрудированным.

Он вдруг понял, что, если сумеет выдать себя за Адама, Кэтрин не останется равнодушной. И напротив — малейшие действия, которые, по ее мнению, не будут соответствовать образу Адама, приведут лишь к тому, что она потеряет к нему интерес.

Но Господи, зачем ему быть Адамом?.. Вдруг вспомнив о ее последнем вопросе, он едва заметно кивнул.

Тщательно скрыв постигшее ее разочарование, она легко поднялась из-за стола и отошла к окну.

— Вы знаете, меня совершенно не пугают выпускные экзамены. Но сама мысль о том, что через три месяца мне придется покинуть это место навсегда… убивает. А вы чувствуете что-нибудь подобное?

Он провел указательным пальцем по маске сверху вниз, отмечая путь воображаемой слезинки, а затем приложил руку к сердцу и учтиво поклонился. Кэтрин вновь улыбнулась.

Адам не просто так сводил молодого человека с девушкой. Он руководствовался причинами, которые были известны лишь ему одному. И исходя из тех же причин придумывал каждой паре наряды. Для Роберта осталось полной загадкой, почему Адаму вдруг захотелось увидеть их с Кэтрин магом и ведьмой. Как и то, почему другие две пары должны были нарядиться соответственно как рыцарь и прекрасная дева и как викарий и проститутка. Перед тем как объединиться на балу, каждая пара должна была разрешить некие головоломки, вложенные в их конверты. Удачный ответ должен был привести каждую из них в строго определенное место. А затем, как гласила инструкция:

Вам откроется вторая загадка — магические слова, которые необходимо точно записать и взять с собой. Позже вы исполните тайное желание, а еще позже решите третью загадку. Награды удостоятся лишь те, кто проявит в ходе исполнения своей миссии наивысшую изобретательность или кто переживет самые яркие приключения. Флирт горячо приветствуется. Взаимные недоверие и антипатия — категорически нет. Все маски будут сняты в 10 вечера.

— Что ж, пора решать загадки, — напомнила Кэтрин.

Роберт распечатал свой конверт и достал оттуда две открытки. На одной было написано:

Подсказка: я — эхо Града Святого.

На обороте:

Предположение: у нее есть тайное желание, связанное с этим местом. Как только попадете туда, исполни первое, о чем она тебя попросит. И не забывай хранить молчание.

Вторая карточка была вся покрыта точками и черточками и содержала лишь короткую приписку:

Храни до лучших времен.

Роберт повертел обе карточки в руках и наконец показал их Кэтрин. Она вынула из ящика стола перочинный нож и вскрыла собственный конверт.

Подсказка: я Око, узришь меня с неба…

Задумчиво хмыкнув, она посмотрела на то, что было написано на обороте, но Роберту не показала — лишь хмыкнула во второй раз и заметно громче. Вторая карточка, выпавшая из конверта, была запечатана красной сургучной печатью и содержала короткую надпись:

Вскрыть лишь по прибытии на искомое место.

Кэтрин спрятала карточку под платьем на груди и только после этого подняла глаза на Роберта:

— Что скажете, мой добрый маг?

Он лишь покачал головой.

— Что это за Град Святой? Уж не Иерусалим ли, столь дорогой сердцу любого христианина, мусульманина и иудея? Может, имеется в виду все-таки что-то другое?..

Кэтрин достала с книжной полки иллюстрированный путеводитель по Кембриджу и начала энергично перелистывать страницы.

— Око, Око… Узрим его с неба… Что ж это за Око-то за такое?.. Эхо Града Святого…

Роберт несмело тронул ее за руку и знаками попросил бумагу и карандаш. А когда получил требуемое, торопливо начеркал:

Как насчет Круглой церкви? С самолета она здорово смахивает на глаз. Кембриджская Круглая церковь, которая стоит тут еще с норманнских времен. Десять минут хода отсюда.

Кэтрин вновь начала листать страницы и наконец наткнулась на нужную.

— Точно! — воскликнула она, радуясь, как дитя. — А вы неглупый парень! Наша Круглая церковь является копией храма Гроба Господня в Иерусалиме, как и все другие круглые церкви в мире. Это все тамплиерские штучки!

Роберт всем своим видом изобразил немой вопрос. Кэтрин наконец отвлеклась от путеводителя и воскликнула:

— Вперед!

Нью-Йорк,

25 августа 2004 года

Воздух подрагивал в душном летнем мареве. Дышать на улицах, стиснутых по бокам тушами небоскребов из стекла и металла, было решительно нечем. Влажность стояла убийственная. Город томился в ожидании дождя.

Роберт невольно замер перед витриной сувенирной лавки на Пятой авеню, одной из многочисленных нью-йоркских лавчонок, торгующих дешевым ширпотребом для туристов: миниатюрными башнями Всемирного торгового центра, спрятанными в декоративных стеклянных шарах, пластмассовыми копиями знаменитого Эмпайр-стейт-билдинг с непременным Кинг-Конгом, взгромоздившимся на самый шпиль, зажигалками в форме Статуи Свободы и прочей ерундой. Странное дело, но эти сувенирчики буквально завораживали Роберта, и он продолжал тратить на них деньги. Кэтрин даже однажды назвала это хобби «диагнозом».