Расколотые сны - Сидни Шелдон

– Молодой человек, вы напрасно здесь сидите. Доктор Паттерсон уже ушел.

* * *

Дэвид в отчаянии направился в реанимационное отделение, где лежала мать.

– Только на минуту, не больше, – предупредила сестра. – Она очень слаба.

Дэвид переступил порог и при виде матери едва не расплакался. От носа и рук отходят пластиковые трубочки, рядом стоит капельница. Лицо белее простыни. Глаза закрыты.

– Это я, ма, – прошептал Дэвид, подходя ближе. – Не бойся, я не допущу, чтобы с тобой случилось что-то. Ты поправишься, обязательно поправишься.

Слезы покатились по его щекам.

– Ты слышишь меня? Нельзя сдаваться! Мы непобедимы, пока сражаемся вместе спина к спине. Я найду тебе лучшего доктора в мире. Продержись еще немного, а завтра я вернусь.

Он наклонился и нежно поцеловал ее в щеку.

«Дотянет ли она до завтра?»

* * *

На этот раз Дэвид, поняв, что так просто к доктору Паттерсону не прорвешься, выработал незамысловатый план. Спустившись в подземный гараж больницы, он с независимым видом подошел к дежурному.

– Чем могу помочь? – спросил тот.

– Я жду жену, – солгал Дэвид. – Она сейчас у доктора Паттерсона.

– Потрясный мужик, ничего не скажешь, – сочувственно улыбнулся дежурный.

– Он как-то рассказывал, что увлекается автомобилями и недавно купил себе новый, ужасно дорогой. – Дэвид сделал вид, что не может припомнить. – По-моему, “кадиллак”.

– Да нет, – попался на удочку дежурный, – не “кадиллак”, а вон та игрушечка.

Он показал на стоявший в углу “роллс-ройс”.

– Точно, – обрадовался Дэвид. – Ну и болван же я. Правда, по-моему, он вроде говорил, что имеет и “кадиллак” – Ничего удивительного, – кивнул дежурный и бросился навстречу въезжавшему автомобилю.

Дэвид небрежной походкой направился к “роллсу” и, убедившись, что никто не обращает на него внимания, скользнул на заднее сиденье и сполз на пол. Вскоре все тело затекло, ноги надсадно ныли, но Дэвид не шевелился, мысленно приказывая доктору Паттерсону поскорее прийти.

В шесть пятнадцать “ролле” слегка покачнулся. Кто-то сел за руль. Послышался рокот мотора, и машина двинулась к выходу.

– Спокойной ночи, доктор Паттерсон.

– Спокойной ночи, Марко.

Автомобиль выехал на улицу и свернул за угол. Выждав еще минуты две, Дэвид глубоко вздохнул и пошевелился. Стивен увидел незнакомца в зеркальце заднего обзора и невозмутимо заметил:

– Если это ограбление, вы ошиблись, молодой человек. У меня нет наличных.

– Давайте на боковую улочку и остановитесь у обочины, – велел Дэвид.

Доктор безмолвно повиновался. Дэвид настороженно наблюдал за его действиями.

– Я отдам вам часы и ту мелочь, которая у меня есть, – предложил Паттерсон. – Кроме того, можете взять машину. Нет нужды прибегать к насилию. Если…

Дэвид неловко, морщась от боли в занемевших мышцах, перебрался на переднее сиденье.

– Это не ограбление. И мне не нужна ваша машина.

– В таком случае что же вы хотели? – раздраженно буркнул доктор.

– Меня зовут Сингер. Моя мать умирает. Я прошу вас спасти ее.

Искорки облегчения в глазах доктора мгновенно сменились вспышкой гнева.

– Какого черта! Запишитесь у…

– У меня нет времени! – вырвалось у Дэвида. – Да поймите же, мама умирает, и я не имею права этого допустить.

Сжав кулаки так, что ногти впились в ладони, он уже спокойнее попросил:

– Пожалуйста. Врачи утверждают, что вы – наша единственная надежда.

Доктор Паттерсон все еще не пришел в себя, но профессионал взял верх над рассерженным человеком.

– Что с вашей матерью?

– Митральный клапан… Не знаю точно. Доктора боятся оперировать. Говорят, что случай безнадежный и только вы можете взяться за это.

Доктор покачал головой:

– Мой график…

– Да плевать мне на ваш график! Это моя мама! Ей плохо! Кроме нее, у меня никого нет!

Последовало долгое молчание. Дэвид зажмурился, боясь, что вновь расплачется. Наконец раздался невозмутимый голос Стивена:

– Я ничего не обещаю, но посмотрю ее. Где она лежит?

– В реанимации Мемориальной больницы Сан-Франциско, – выдохнул Дэвид.

– Будьте там завтра ровно в восемь утра.

– Не знаю, как благодарить… – еле выдавил Сингер.

– Какая там благодарность! Повторяю, ничего не могу обещать. И ненавижу, когда на меня набрасываются из-за спины, молодой человек. В следующий раз звоните, как все цивилизованные люди.

Дэвид, закусив губу, умоляюще воззрился на доктора.

– Ну, что вам еще? Кажется, уже обо всем договорились, – вновь начал терять терпение Паттерсон.

– Видите ли… Еще одна проблема.

– Да неужели?

– У меня…, совсем нет денег. Я студент юридического, и приходится работать, чтобы платить за учебу. Доктор Паттерсон поднял брови.

– Клянусь, – горячо воскликнул Дэвид, – что найду способ заплатить вам, даже если на это уйдет вся моя жизнь! Я слыхал, что операция очень дорогая…

– Вы и представления не имеете, насколько, сынок.

– Мне больше не к кому обратиться. Я…, умоляю вас, не отказывайтесь. Доктор нахмурился:

– Сколько вам еще осталось учиться?

– Я на первом курсе.

– И все-таки утверждаете, что соберете деньги?

– Даю слово.

– Проваливайте ко всем чертям, да побыстрее. Там посмотрим.

* * *

Добравшись до дома, Дэвид весь вечер не находил себе места в полной уверенности, что сейчас нагрянет полиция и арестует его за попытку киднэппинга, угрозу нанесения телесных повреждений и Бог знает за что еще. Но опасения оказались напрасны. Все, кроме одного. Покажется ли завтра в больнице доктор Паттерсон?

Войдя в палату, Дэвид застыл на пороге. Над матерью склонился доктор Паттерсон. Рядом с почтительным видом стояли врачи и медсестры отделения. Значит, все-таки пришел!

Дэвид с тревогой уставился на Паттерсона. Что он скажет?

Паттерсон выпрямился и, ни к кому в особенности не обращаясь, сухо приказал:

– Немедленно в операционную! Каждая минута дорога!

Когда подбежавшие санитары принялись перекладывать больную на каталку, Дэвид хрипло спросил:

– Она не…

– Посмотрим.

Операция продолжалась шесть часов. Все это время Дэвид прождал в комнате для посетителей. Наконец к нему вышел доктор Паттерсон. Дэвид немедленно вскочил: