Слишком далеко от правды - Линвуд Баркли

– Что?!

– Мистер Чалмерс и его жена погибли. Мне очень жаль, что я принес вам плохие новости.

– Адам погиб?

– Разве вам никто не сообщил об этом? И вы ничего не знали?

– Невероятно. Господи, какой ужас! Невозможно поверить. Я же только вчера с ним общалась. Не по телефону, нет, по электронной почте. – Она тряхнула головой. – Мне надо выпить. Принесите мне.

Фелисия ткнула пальцем в сторону кухни:

– Что вам принести?

– Там на полке бутылка красного. Стаканы рядом. Налейте мне полный.

Плюхнувшись на огромный диван, она поджала под себя ноги.

– И себе тоже.

На кухне я обнаружил три пустые пивные бутылки. Так она пьет пиво? Тогда почему послала меня за вином? Впрочем, о вкусах не спорят.

Возможно, вино она пьет по утрам, а пиво на ночь. В пользу этого говорила вскрытая упаковка острых чипсов, заботливо перетянутая резинкой. Не очень-то вяжется со здоровым образом жизни.

Я вернулся в комнату с полным стаканом красного вина. Осушив половину, она возвратила его мне со словами:

– Долейте.

Пришлось принести бутылку. Выполнив задание, я сел на стул напротив нее.

– А вы не выпьете? – спросила Фелисия.

– Нет, спасибо.

– Если я скажу, что не пью одна, вы сразу догадаетесь, что я вру. Детектива не проведешь.

Бросив быстрый взгляд на дверь спальни, она потребовала:

– Так расскажите мне, что там случилось. Какой кошмар!

Я сообщил ей подробности происшедшего.

– О господи! Обоих раздавило? И они сидели в этом старом «ягуаре»? Он так его любил. Если бы он остался жив, то больше всего сожалел бы о своей машине. Конечно, Мириам тоже жалко, но машину свою он просто обожал.

Я не нашелся, что ответить. Впрочем, от меня этого и не ждали.

– Зачем вы пришли ко мне?

– В связи с некоторыми обстоятельствами, возникшими после смерти мистера Чалмерса. Они могут иметь к вам отношение.

Фелисия поджала губы. Ее уже несколько развезло.

– Адам мог умереть уже сто раз, но чтобы загнуться под свалившимся экраном? Невероятно.

– Что значит «сто раз»?

Фелисия пожала плечами:

– Это могли быть бывший дружок из байкеров, пырнувший его ножом за какое-нибудь свинство, ревнивый муж, которому не понравилось, что Адам трахает его жену, бывшая жена вроде меня, уставшая от его вывертов. Не знаю. Вам решать.

– А были дружки, которым он подложил свинью?

– Да целая куча. Но только Адам умел заметать следы или так замазывал беднягу грязью, что тот и думать не смел на него наехать. Понимаете, о чем я?

– Кажется, да.

Она наклонилась ко мне:

– Я не хочу, чтобы у вас создалось ложное впечатление. Вообще-то Адам был неплохой парень, только прошлое у него подкачало.

– Почему вы развелись? Ведь это была ваша инициатива?

Фелисия отхлебнула из стакана:

– А почему я должна отвечать на этот вопрос? Мне же неизвестно, кто вы и зачем сюда пришли. Из-за каких-то хреновых обстоятельств, связанных с его смертью?

Я усмехнулся:

– Кто-то проник в дом вашего бывшего мужа. Уже после его смерти.

Фелисия вытаращила глаза:

– Какая сволочь это сделала? Я слышала о таких случаях. Воры залезают в дом, где кто-то умер. Они знают, что там никого не будет. Все родственники уйдут на похороны. Люди приходят домой, а там все перевернуто вверх ногами, телевизор и драгоценности испарились.

– Здесь было не совсем так. Вор охотился за определенными предметами, которые находились в конкретном месте.

Фелисия Чалмерс слегка прищурила глаза:

– Ах, вот как.

– Вор, очевидно, имел ключ и знал код сигнализации. Видимо, это кто-то из близких знакомых.

Фелисия медленно кивнула:

– Понятно. И вы подозреваете меня?

– Я надеюсь, вы мне подскажете, кто это мог быть.

– Это точно не я. Адам наверняка сменил замки, когда мы развелись. Хотя вряд ли это была его идея. Адам всегда доверял мне. А вот для Мириам было крайне важно отвадить его бывшую жену, чтобы ноги ее не было в этом доме.

– А вы пытались туда попасть?

– Нет, конечно. Зачем? У меня до сих пор где-то валяется ключ, но я не знаю, годится он теперь или нет.

– Не могли бы вы его поискать?

– Прямо сейчас?

Я кивнул.

Вздохнув, Фелисия слезла с дивана и пошла на кухню. Я услышал, как она копается в шкафу.

– Наверное, я его выбросила, – громко сообщила она из кухни. – Нет, минуточку. Вот он. И еще один. Похоже, у меня сохранилось целых два.

Она вернулась в комнату, держа ключ двумя пальцами.

– Можно я заберу его? – попросил я. – Надо проверить, подходит ли он.

Фелисия с сомнением взглянула на меня.

– Вы можете позвонить его дочери, Люси Брайтон, и удостовериться, что я действительно детектив.

Еще чуть-чуть поколебавшись, женщина решила, что проще поверить мне на слово, чем терять время, наводя справки у Люси.

– Ладно, берите. Мне он все равно не нужен.

Я опустил ключ в карман куртки.

– Еще несколько вопросов. Почему вы с Адамом развелись?

Бросив на меня изучающий взгляд, Фелисия пожала плечами:

– Мне просто осточертело.

– Что осточертело?

– Такой образ жизни.

– Какой именно?

– Такой.

Теперь наступила моя очередь качать головой.

– Не понимаю. Вы хотите сказать, Адам был голубой?

– Нет, нет и нет. Хотя в какой-то степени он был бисексуалом. Чему же тут удивляться?

– Вы говорите об обмене женами?

Она нахмурилась.

– Так говорили в Средние века. Но сейчас это звучит неполиткорректно, как будто жены – это бейсбольные карточки. Это не обмен женами, а обмен партнерами.

– Групповой секс?

Фелисия посмотрела на меня, как на пятилетнего ребенка.

– Откуда вы? Из Мэйберри?

– Так просветите меня.

– Супружеский обмен – это когда две пары занимаются вместе сексом. Ну, от силы три. Если больше, то это уже оргия. Адам предпочитал, чтобы было три. Когда участвуют шесть человек, возможно множество комбинаций, а если мужчины трахаются друг с другом и то же делают женщины, вариантов еще больше. Это происходит по взаимному согласию, во всяком случае, все делают такой вид. Каждый трахается с каждым, причем совершенно открыто и ничего не скрывая. Предположительно: такая открытость и свобода укрепляют отношения. Вам уже не хочется ходить налево. Все свои фантазии вы воплощаете с благословения супруга.