Я пойду одна - Мэри Хиггинс Кларк

Было уже половина восьмого вечера, когда Зан, вопреки всем настояниям врачей, вместе с Чарли Шором поехала на такси к Альвире и Уилли. Она настояла на том, чтобы Джош отправился домой, и категорически отказалась от его предложения переночевать на диване в ее квартире на случай какой-либо необходимости.

«Если мне сейчас что-то и нужно, так это побыть одной и собраться с мыслями», — думала Морланд.

— А вам не следует тоже отправиться домой? — спросила она Шора, когда такси пробиралось по Йорк-авеню.

Чарли решил не сообщать Зан о том, что у них с женой на сегодняшний вечер были куплены билеты в театр, на спектакль, который они давно хотели посмотреть. Ему пришлось позвонить жене и попросить оставить его билет в кассе, чтобы он мог его там забрать, когда доберется до театра. При этом Шор в очередной раз поблагодарил небеса за то, что Лин понимала его всегда, какая бы ситуация ни возникла.

«Вряд ли я опоздаю намного, — сказал он ей. — Морланд не в том состоянии, чтобы долго говорить со мной сегодня».

Это мнение возникло у него при виде смертельной бледности Зан и того, как она дрожала всем телом, несмотря на меховой жилет.

«Хорошо, что она решила отправиться к Альвире и Уилли, — думал Чарли. — Она им доверяет, может быть, даже скажет, где находится ее сын».

Когда этим днем Михан позвонила ему насчет Зан Морланд, она говорила прямо:

— Чарли, это человек, которому ты мог бы помочь. Когда я увидела те фотографии, на меня словно бревно свалилось. Я не думаю, что они фальшивые. Но и в страданиях Зан тоже нет игры, она действительно мучается и пытается отыскать Мэтью. Если мать и похитила сына, то ничего не помнит. Бывает ведь такое, что люди ведут себя как зомби, если на них рушатся несчастья?

— Да, и нередко, но иногда они потом все вспоминают, — ответил он ей.

Теперь, сидя в такси, Чарли гадал, не сумела ли Альвира с убийственной точностью поставить Александре диагноз. Когда он незадолго до этого добрался до госпиталя, Зан была все еще без сознания, но снова и снова повторяла имя своего сына. «Мне нужен мой Мэтью, мне нужен мой Мэтью…»

Он вслушивался в ее бормотание, и его сердце обливалось кровью. Когда Чарли было десять, его двухлетняя сестренка умерла. Он до сих пор ярко помнил тот ужасный день у ее могилы и горестный голос матери: «Мне нужна моя детка… мне нужна моя детка…»

Чарли посмотрел на Зан. В машине было темно, но в лучах фар автомобилей, проезжавших мимо, и ярко освещенных витрин он отчетливо видел ее лицо.

«Я обязательно тебе помогу, — мысленно поклялся адвокат. — Я сорок лет занимаюсь своим делом и намерен предоставить тебе наилучшую защиту из всех возможных. Клянусь жизнью».

Он предполагал подняться вместе с Зан в квартиру Миханов и немного задержаться там, но передумал, когда такси приблизилось к южной стороне Центрального парка. Александра Морланд явно доверяла Альвире и Уилли. Ей лучше побыть с ними наедине этим вечером. Сейчас уж точно неподходящее время для того, чтобы начать расспрашивать ее о разных подробностях.

Машина остановилась на подъездной дороге, описывающей полукруг, и Чарли велел водителю подождать его. Несмотря на уверения Зан, что ему незачем выходить, он все же проводил ее до лифта. Швейцар доложил об их приходе, и Альвира уже ждала их в холле, когда они поднялись на шестнадцатый этаж.

Не говоря ни слова, она обняла гостью, посмотрела на Чарли и сказала ему:

— Ты лучше иди. Зан сейчас необходимо немножко расслабиться.

— Полностью с этим согласен, знаю, что ты отлично о ней позаботишься, — с улыбкой произнес Чарли, возвратился в лифт и нажал кнопку первого этажа.

Такси доставило его к театру как раз к подъему занавеса. Представление было беззаботным и забавным, Чарли давно хотел его увидеть, но все же не мог до конца насладиться зрелищем.

«Как мне защищать женщину, которая не в состоянии хоть как-то помочь себе сама, — непрерывно думал он. — Сколько времени пройдет до того момента, когда полицейские решат надеть на нее наручники?»

Его терзало зловещее предчувствие, что это может подтолкнуть Зан к трагическому решению, когда произойдет.

Ее закутали в одеяло, подсунули под голову подушку, напоили горячим чаем с медом и гвоздикой. Все это создало у Зан ощущение, что она выбирается из какого-то темного, мрачного проулка. Морланд никак не могла найти лучшего сравнения, чтобы объяснить Альвире и Уилли, что она чувствовала и почему потеряла сознание.

— Я увидела те фотографии и решила, что сплю. Хочу сказать, я ведь могу доказать без труда, что в то самое время была у Нины Элдрич. Но зачем кому-то было нужно так потрудиться, чтобы стать точной моей копией? Разве это не безумие? — Не дожидаясь ответа, Зан продолжила: — Знаете, у меня постоянно крутится в голове та песня… из фильма «Вечерняя серенада». Она мне очень нравится и как будто подходит к моменту. Все это фарс, цирк. Но я знаю, что все будет в порядке после разговора с Ниной Элдрич. Я собиралась сделать это прямо сегодня, а потом потеряла сознание.

— Зан, нечего и удивляться твоему обмороку при всем том, что происходит. Но ты должна помнить, что Джош сразу связался с Чарли Шором, тот все бросил и помчался к тебе. Такой вот он адвокат и друг. Грин рассказал мне о вчерашнем вечере во «Временах года», куда ты ходила с Тедом. Насколько я поняла, тогда тебе так и не удалось поужинать. Скажи на милость, что ты ела сегодня? — спросила Альвира.